Двойник. Арка 2. Том 2 (СИ)

Как и в Древесниках, праздничного настроения ни у кого не было. Да, мы оказали троллям огромную услугу, и не единожды, но события сплелись в такой клубок, что сходу и не разобраться было, радоваться или огорчаться. Да, нас, конечно, вкусно и сытно накормили. Да, нас благодарили за помощь, кое-кто даже пожимал руки. И всё же тяжёлых вздохов мы услышали достаточно, чтобы понимать, каково их отношение на самом деле.
Мы ураганом ворвались в их уютный мирок, в котором они существовали долгие годы, ураганом прошлись по их моральным принципам и установкам и показали им, как безнадёжно они отстали во времени. Что будет дальше? Лес ненадолго покинет Ринианд — и вернётся с новостями и слухами. Людские советники, конечно, попытаются наладить с ним контакт, но ничего у них не получится: антропоморф слишком предан своей расе и слишком сильно чувствует ответственность, чтобы уйти куда бы то ни было. Но его слова разожгут сомнения в тех, кто молод, горяч, ищет применения своей силе — и не застал тех вещей, которые заставили троллей отгородиться от людей. И они обязательно захотят изведать новый мир… Мы принесли им перемены. За это никогда не благодарят.
  
Глава 7.13
 
Глава 13. Божественное напутствие.
Нам дали ещё три дня на то, чтобы отдохнуть и подготовиться к путешествию обратно. Все это время, я уверен, Ринианд, которому слова Таркуса в самом буквальном смысле попали вожжёй под хвост, носится по округе, ища малейшие признаки опасности, которой могут оказаться подвергнуты его сородичи, пока он сам отсутствует. Я же, наконец, позволил себе расслабиться. Всё это время я почти не вставал со своей кровати, пребывая в полудрёме и вполуха слушая, как мои спутники рассказывают разные случаи из своей жизни — и с моего лица никак не желала сходить довольная улыбка.
— Дэмиен, чего у тебя рожа такая счастливая, — не выдержал, в конце концов, Кермол, закончив историю об очередной грандиозной охоте, — как будто медовые соты за щеку сунул и теперь лежишь, довольный.
— Да ну тебя, — притворно отмахнулся я, — не скажу. Будешь смеяться.
— Не буду. Честное слово, — пообещал орк. Не осмелившись подвергать сомнению честное слово орка — за что, между прочим, можно было и по голове получить — я выдохнул.
— Вы трое, когда решили идти за мной, доверили мне свои жизни. И теперь я радуюсь тому, что оправдал ваше доверие.
— Это точно, — с жаром сказал Фрайсаш, — кабы не ты, так помер бы я ещё там, в Озёрном. Я, правда, до сих пор не уверен, что это было правильно…
— Фрайсаш, мы с тобой уже об этом говорили, — очень убедительно имитируя раздражение, сказал я, — будь на то действительно воля богов — ничего бы у меня не получилось. Зато ты получил исключительную возможность увидеть, что я за друг. И, надеюсь, увиденное тебя не разочаровало.
— Да что за вещи ты говоришь, — горячо сказал таисиан, — да я…
Но в этот момент в дверь постучали, и через пару секунд в комнату вошёл Таркус.
— Отдыхаете? — участливо спросил он, — не помешаю?
— Вовсе нет, заходи, — кивнул я, — поделись хоть новостями. А то мы весь город так встряхнули своими выходками, что нам неловко теперь и нос отсюда казать.
— Да всё становится на свои круги. Я убедил Меннга провести ритуал тут, чтобы душа моего… деда как можно скорее пришла к Вариликусу. Ему, конечно, ох как долго придётся заслуживать прощение, но я хотя бы буду знать, что теперь он на правильном пути. По такому случаю, думаю, Вариликус и остальным душам поможет как можно скорее найти нужную дорогу. Меннг был даже рад. Он не очень горел желанием делать крюк и возвращаться в Столицу. Тем более, что, как я и обещал, мы его прилично наградили.
— Это теми-то деньгами, которые тут строго ограничены, — не выдержав, хмыкнул я.
— Ой, будет тебе, — махнул рукой Таркус, — для таких вещей у нас не только деньги есть. В общем, — неловко продолжил он, — не знаю, как ещё вас благодарить. Я, конечно, хотел было устроить хоть какой-то небольшой праздник в вашу честь, но… сам понимаешь.
 
— Спасибо, Таркус, это лишнее, — ответил я, — тут большинству не до праздников теперь будет. Если ты хочешь помочь — помоги мне провести ещё одну ночь в храме Вариликуса. Мне это очень нужно…
— Конечно, Дэмиен, — кивнул тролль, — это самое меньшее, что я могу для тебя сделать.
* * *
Несколько часов спустя я находился в Храме. Компанию мне составлял Ринианд.
— Уж извини, Дэмиен, но при всём нашем к тебе уважении одного я тут тебя не оставлю. Не положено.
— Всё в порядке, так даже лучше, — кивнул я, — Вариликус с большей вероятностью откликнется на мой зов, если при этом рядом будет искренне верующий последователь.
Пожав плечами, Ринианд указал на подушку, которая лежала в дальнем левом углу Храма. Благодарно кивнув, я занял указанное место и медленно начал погружать себя в транс. Уже в полудрёме я ощутил, что с непривычки падаю, но кто-то бережно меня подхватил…
* * *
Когда я раскрыл глаза, то увидел, что нахожусь около озера. Здесь в самом разгаре было цветение деревьев, было уже тепло, но ещё свежо… такая погода бывает, когда апрель передает маю эстафету.
— А вот и ты пожаловал, — удовлетворенно сказал кто-то. Я обернулся — и увидел Вариликуса, лежащего в гамаке и потихоньку качающегося.
— Ты… меня ждал? — удивлённо спросил я.
— Конечно, — хмыкнул тот, — когда герой совершает труд, он всегда является просить награды за проделанную работу. А работу ты проделал немалую, что и говорить.
— Да не нужна мне никакая награда, — сердито сказал я, — я не стану требовать награду за то, что на моём месте сделал бы каждый.
— Да я знаю, — лукаво улыбнувшись, сказал Вариликус, — просто у тебя в такие моменты такое искренне-сердитое выражение лица, что просто грех тебя чуточку не подразнить.
— К тебе, наверное, в последнее время слишком часто заходил в гости Аорташ, — мрачно хмыкнув, сказал я.
— И как это надо понимать? — спросил кто-то меня сзади знакомым голосом, одновременно положив руку на плечо.
— Потому что раньше я не замечал за Вариликусом такой потребности играть на чужих нервах, какая имеется у тебя, мой покровитель, — спокойно ответил я, — я, между прочим, тут стараюсь, чтобы моя миссия увенчалась успехом, переживаю, ночей не сплю, а вы…
— Хам, — спокойно констатировал Аорташ, — за такое обращение с любой бог тебя бы очень серьёзно наказал… Ну да что поделать, я всех своих детей люблю, родных или приёмных, — с этими словами он, погладив меня по голове, соизволил появиться в поле моего зрения, — что же до игры на нервах: только на нервах таких, как ты и играют. Просто расслабься и делай своё дело с ответственностью, но без фанатизма.
Взгляд альбиноса затуманился. Как видно, его настигли собственные далёкие воспоминания.
— И мы когда-то были смертными, Дэмиен. Как ты можешь догадаться, одними из самых выдающихся в своём роде, за что были возвеличены подобным образом в посмертии. И мы тоже искренне радели, страдали, переживали за то, что мы делаем, за то, для кого мы это делаем, за то, получится ли у нас задуманное. И когда мы умерли, то обнаружили презабавнейшую вещь. С нашей смертью в мире не поменялось ничего. Нашлись новые возмутители спокойствия, которым обычная жизнь была не по нутру. Нашлись и герои, усмирившие их и получившие благодарность и память в поколениях. Жизнь идёт своим чередом, и так будет до тех пор, пока нерушимы скрепы этого мира. Не справишься ты — на твоё место встанут другие. Даже если тебе кажется, что нет того, кто мог бы занять твоё место, знай: он всегда есть. Просто он не проявит себя до тех пор, пока в том не возникнет великой нужды.
— Ладно, хватит всей этой философии, — зевнув, сказал Вариликус, — ко мне-то ты зачем пожаловал, коли награда тебе не нужна.
— Я хотел попросить, — запнувшись, сказал я, — об одном знании. Знании магии воды.