С любовью, Рома (СИ)

— Скажет что?
Вся троица примолкла. Старшие братья переглянулись, словно ведя какой-то немой спор.
— Не смей, — уже более грозно повторил Дамир.
— Она должна знать, — округлил глаза Стас, видимо пытаясь сказать Дамиру всё, что думает об этой ситуации.
— Знать что? — вновь попыталась я вклиниться в их разговор.
— Тебя это не касается, — передразнил меня тот, который почти семь лет назад приходил курить под мои окна.
— Зашибись, вот и поговорили! — фыркнула я, закатив глаза.
— Сонь, не обращай внимания, — немного виновато попросил Дам, — мы пойдём, нам пора.
Чернов одарил брата злобным взглядом и, гордо вздёрнув подбородок, отправился к выходу из комнаты. Любовь к театральности у них, видимо, была в крови. Самое смешное, что у самих Сашек её не наблюдалось ни на йоту, зато старшие сыновья и близняшки отрывались по полной.
Стас прошёл мимо, едва не задев меня плечом, на что Дамир печально вздохнул, покачав головой:
— Не обращай внимания, нервы у него в последнее время ни к чёрту. А насчёт окна… мы сегодня кому-нибудь позвоним, его вставят.
— Не нужно, я сама что-нибудь придумаю…
— Нужно, — безапелляционно отрезал Бероев и тоже вышел в прихожую.
Киру всё ещё было непросто смотреть на меня в открытую.
— Что случилось-то?
— Рома неудачно постучал в окно.
— Неудачно? — удивилась я. — Камнем, что ли, швырнул?
На самом деле взбешённый Чернов мог вытворить и не такое.
— Да нет, — пожал плечом Кир, — кулаком.
— И где он сейчас? — спросила, предчувствуя неладное.
— Папа его в больницу повёз.
— О боже! — схватилась за голову.
— С ним всё в порядке… — запнулся он, а потом поспешно добавил: — Должно быть.
Покачала головой. Ну почему всё обязательно так сложно? 
— Я пойду… — начал было Кирилл, но был прерван воплями, донёсшимися с улицы.
Мы с младшим Черновым тут же бросились к выходу, мешая друг другу.
На улице нас ожидала эпичная картина под номером два.
Денис и Стас уворачивались от ударов метлы, которые им нещадно наносила моя мама.
— Ма! — кинулась я к ней в попытке остановить. На самом деле, агрессии за своей родительницей я не наблюдала ни разу, в каком бы состоянии она ни находилась, разве что по отношению к самой себе. А в последнее время и вовсе она практически ничем не отличалась от других людей, если только повышенной тревожностью. А тут…
Я рванула вперёд, но неожиданно была перехвачена Дамиром.
— Они заслужили.
— Лариса Игоревна! — странным тоном взмолился Дэн. — Мы всё поняли и больше не будем.
И тут до меня дошло, что он попросту едва сдерживает смех.
— Ишь чего удумали! — почти по-старушечьи возмутилась мама, явно копируя бабушкин тон, добытый откуда-то из глубин памяти. — Драться! У-у-у-у, окаянные!
— Драться? — переспросил Кирилл у меня над ухом.
— Ага, — весело откликнулся Дам, всё ещё удерживающий меня на месте. — Вы пропустили разборки в стиле «Кто тут обидел моего младшего брата?!». Твой друг решил дать достойный отпор нашему молодцу. Ну и дальше всё как-то завязалось само собой.
— Боже, — в который раз простонала я, прикрывая лицо ладонью. С каждым часом моя жизнь всё больше начинала походить на «Санта-Барбару». — Мама, пожалуйста…
— Но эти несносные мальчишки…
— … вели себе ужасно, — усмехнулся Дам, — но, Лариса Игоревна, позвольте, я сам с ними разберусь.
Мама задумалась и, к счастью, опустила метлу. Редкие прохожие едва не сворачивали шеи, натыкаясь по пути на нашу честную компанию.
Стас разогнулся, кряхтя и хватаясь за поясницу.
Рома в моей голове выдал саркастический комментарий про старость старшего брата. Я даже улыбнулась, представив их типичную перепалку, но быстро опомнилась, дав себе мысленный подзатыльник.
— Спасибо, что всё-таки решил вмешаться, — язвительно бросил Стас Дамиру.
— Всегда пожалуйста, — ничуть не смутился тот. — В следующий раз будешь думать головой, прежде чем всякую хрень творить…
— Если бы она не… — начал старший из Черновых, но тут же наткнулся на перекосившееся лицо Белова, включившего режим защитника.
 
— Но-но, попрошу выбирать выражения в отношении моей невесты.
И как по команде три пары глаз впились в меня. Я вновь покраснела. Ощущение было такое, что Денис помахал перед ними красной тряпкой.
— Значит, всё-таки правда, — вслух проговорил Дамир с плохо скрытым разочарованием. И это тоже оказалось больно, хотя сама я полагала, что готова ко всему.
— Ты ещё на что-то надеялся? — хмыкнул Стас. — Ладно, пойдёмте домой. А то компания тут с каждым мгновением становится всё менее приятной.
И, не дожидаясь братьев, направился прочь от нашего дома. Впрочем, отошёл он недалеко, всего лишь на пару метров, после чего развернулся и небрежно бросил:
— Какое счастье, что Рома уже нашёл себе другую.
***
Черновы
— Ну и зачем ты это сделал? — негодовал Дамир на старшего брата. Старшего — условно, поскольку иногда Бероеву казалось, что в психологическом развитии Стас застрял ещё где-то в юности.
— С Катей же сработало, — ничуть не смутился Чернов.
— С Катей была иная ситуация, — поморщился Дам, вспоминая тот вечер, когда Рома соврал его будущей жене (хотя никто на это уже и не надеялся), что Дамир уехал из Москвы. В итоге маленькая ложь послужила катализатором для них обоих. — К тому же там Рома врал. А в отличие от него, у тебя это получается топорно.
— Но-но, — усмехнулся Стас. — Между прочим, я тоже кое-что могу.
— Прохожих пугать? — не удержался от комментария Кир.
Они сидели в небольшой кофейне (по иронии судьбы в той самой, где в школьные годы любили зависать Рома с Соней). Всю дорогу от Сониного дома младший из троицы предпочитал отмалчиваться, осмысливая услышанное. Разворачивающиеся события плохо вязались с его представлениями о Романовой. Та Соня, которую он знал, никогда бы не бросила просто так его брата, даже встреть она принца на белом коне. Ну или, по крайней мере, удосужилась бы объясниться…
— Ой, а кто это тут у нас в остряки записался? — фыркнул Стас, растянув губы в улыбке до ушей. На удивление, настроение у него было крайне жизнерадостное. — Вырос, что ли?
Последнюю подколку Кирилл решил пропустить мимо ушей, хотя в последнее время шутки про его возраст вызывали острый приступ горечи. Словно братья отказывались видеть в нём равного.
— Лучше объясни, что такого случилось, что ты сияешь аки новогодняя ёлка? Или же я проглядел момент, и Денис успел приложить тебя головой о землю? — напрягся Дамир, не понимающий перемены в настроении брата, ещё десять минут назад готового рвать и метать, а теперь бессовестно радующегося жизни.
— Никто меня ни к чему не прикладывал, — вяло отбился Стас. — Просто, может быть, я и вру так себе, а вот чужую ложь вижу на расстоянии. И что я вам скажу. Соня врёт!
— Очень интересно, — скептически покачал головой Дамир. — И с чего такие выводы?
— Я почувствовал, — победно хлопнув ладонью по столу.
На что Кирилл лишь закатил глаза. Зато Бероев не удержался от новой возможности поддеть брата:
— И давно ты стал специалистом в женской лжи?
— Как отцом дочери стал, — гордо заявил старший из братьев. — Или нет? — он задумчиво поскрёб подбородок. — Или как с Верой связался? Что, впрочем, по степени развития паранойи одно и то же.
— Какой-то сомнительный довод.
— Вот станешь отцом дочери — и тогда мы посмотрим. Кстати, ты когда родителям скажешь?
— Не до этого пока было…
— Не до чего? — в момент встрепенулся Кирилл, уставившись во все глаза на Дамира. — У вас с Катей будет ребёнок?
Бероев скромно улыбнулся и покаянно развёл руки, мол, виноват.
— Офигеть, — выдохнул бывший «Мелкий». — А когда…
— Давай не сейчас, — чуть смущённо попросил Дам, полагавший, что всё же следует посвятить в эту новость родителей, а уже потом трепаться об этом с братьями. — Сначала нужно решить Ромкины проблемы. Так что там с Соней и этим Денисом? — кивнул он брату.