Неистовый (ЛП)

  
Дж. Б. Солсбери
 
«Неистовый»
 
Серия: Братья Норт — 1
 
Переводчик: Светлана П.
Редактор: Дмитрий С.
Вычитка и оформление: Виктория К.
Обложка: Екатерина О.
  
ОДИН
 
ДЖОРДАН
— Ты слышишь это? — шепчу я из теплого спального мешка. Солнце едва поднялось над горами, борясь с ночным холодом, который проникает в нашу подержанную палатку. — Линкольн, проснись.
Изо всех сил толкаю его ногой — нелегкая задача, когда ты завернута в мешок, как сосиска.
Мужчина стонет и приоткрывает веко, приподнимая рукой шапочку, низко надвинутую на лоб.
— О, хорошо, что ты проснулся. Слушай. Скажи мне, что ты слышишь.
Он остается неподвижным, моргает, а затем бормочет:
— Я ни хрена не слышу.
Во мне поднимается волна головокружительного возбуждения.
— Вот именно! Никаких криков соседей, шагов, дребезжащих по потолку, автомобильных гудков, визга шин, мотоциклов… это же рай, верно?
Линкольн щурит карие глаза.
— Ты разбудила меня для этого?
Шуршание спального мешка наполняет палатку, когда я поднимаюсь и придвигаюсь ближе.
— Вообще-то для этого. — Я целую его холодные губы.
Мужчина без особого энтузиазма целует меня в ответ. Я уже начинаю привыкать к этому.
Не знаю точно, когда искра между нами начала угасать, но знаю, что это так. Эта поездка в поход была моей попыткой устранить все внешние отвлекающие факторы и посмотреть, сможем ли мы вернуть наши отношения в нужное русло и снова разжечь эту искру.
Линкольн наблюдает за моим полным надежды, восторженным выражением лица и хмурится.
— Я знаю, о чем ты собираешься спросить, — говорит он. — И ответ — нет.
Я хмурюсь и удивляюсь, почему он вообще согласился на уик-энд в походе, если не прилагает особых усилий, чтобы насладиться этим.
— Я не готова возвращаться в город. — Потому что придется столкнуться с реальностью, что нам нужно расстаться, и со всеми вытекающими из этого осложнениями. Мы живем вместе и работаем вместе, и за последние несколько лет мы построили целую совместную жизнь.
— Мы должны. — Он расстегивает спальный мешок и хватает пальто. — Черт, как же холодно. Как же мне не хватает обогревателя.
— Да, конечно. — Обогревателю в нашей квартире лет сто, и вероятность успешного обогрева составляет пятьдесят процентов.
— Ты знаешь, что я имею в виду. — Линкольн засовывает ноги в носках в походные ботинки и расстегивает дверь палатки. — Твою мать, как же здесь холодно, — бормочет он, топая прочь от нашего лагеря, как я предполагаю, чтобы попи́сать.
Со вздохом откидываюсь на спальный мешок. Свежий воздух в Адирондакских1 горах, каким бы холодным он ни был, успокаивает мою измученную городом душу. Я бы осталась здесь на несколько месяцев, если бы могла. Покой, тишина и воссоединение с природой — это кнопка перезагрузки, в которой я отчаянно нуждаюсь.
Если бы только на открытом воздухе у Линкольна и меня был такой же эффект перезагрузки.
Каким бы мрачным ни выглядело будущее наших отношений, я отказываюсь тратить еще одну минуту своего последнего дня в горах. Надеваю куртку, натягиваю штаны поверх кальсон, засовываю ноги в ботинки и выхожу из палатки.
Бросаю последние дрова в импровизированную яму и начинаю разжигать костер как раз в тот момент, когда Линкольн появляется из-за сосен.
— Со вчерашнего дня температура упала, по меньшей мере, градусов на десять, — говорит он, потирая руки и усаживаясь на бревно, которое мы положили поближе к огню.
После недолгих уговоров пламя разгорается, и я хватаю наш походный чайник, чтобы согреть воду для чая. Почему все вкуснее, когда потребляется в лесу? Я всегда думала, что зеленый чай на вкус как разбавленная грязь, но здесь он похож на манну богов.
— Какого черта… — Моя подруга Кортни выходит из своей палатки, обхватив руками живот и натянув шарф до глаз. — А где снег?
 
— Снег не должен выпасть еще несколько дней, но сегодня вечером должен начаться дождь. — Дарин выходит из палатки позади нее, запрокинув голову и устремив глаза в небо. — Я пока не вижу дождевых облаков.
Кортни садится на бревно рядом с Линкольном, а Дарин исчезает в лесу, чтобы заняться своими делами. Дарин — друг Линкольна, и пригласить его с собой было моим способом подсластить сделку, чтобы Линкольн, который обычно не очень любит прогулки на свежем воздухе, согласился поехать. Я пригласила свою подругу Кортни, чтобы попытаться свести их. Линкольн говорит, что я не должна вмешиваться в любовную жизнь других людей, но Кортни всегда жалуется на отсутствие мужчины рядом, поэтому я подумала, почему бы и нет? Их палатка достаточно велика, чтобы они могли спать на платоническом расстоянии друг от друга, но они оба привлекательны и одиноки, так что…
— Ну, что у вас происходит, ребята? — шепчу я, не сводя глаз с деревьев, чтобы убедиться, что Дарин не поймает меня за расспросами.
Подруга глубже закутывается в куртку.
— Он очень милый.
— Милый? Значит ли это, что вы не превратили эту палатку в парилку…
— Джо, — огрызается Линкольн, — прекрати.
— Что? Я просто присматриваю за своим другом. — Я улыбаюсь Кортни, которая неловко улыбается в ответ. Как раз собираюсь потребовать больше информации, но Дарин возвращается, застегивая штаны.
— Какой у нас план? — спрашивает он и садится на корточки по другую сторону костра от Кортни.
Я хмурюсь. Не очень хороший знак для любовной связи.
— Предлагаю в последний раз подняться к водопаду, пообедать там, а затем спуститься вниз и ехать домой. — Я переставляю чайник, чтобы он нагрелся еще больше.
— Я голосую за то, чтобы выпить кофе, собрать вещи и спуститься с горы. — Кортни переводит взгляд с меня на Линкольна. — Таким образом, мы будем дома до темноты.
Дарин кивает.
— Дорога вниз займет не менее трех часов, а потом пять часов езды. Согласен с Корт. Предлагаю спускаться.
Корт? Ладно, прозвище многообещающее.
— Звучит как план, — говорит Линкольн и наливает горячую воду в чашку Кортни, затем в свою и, наконец, в мою.
— Подожди, ты не хочешь в последний раз подняться к водопаду?
Он смотрит на Дарина и Кортни и, словно не желая нарушать порядок, соглашается с правилом большинства.
— Нет, мы здесь уже достаточно долго. Было весело, но я не хочу надолго задерживаться.
— Да ладно тебе. Всего на час. Я даже поведу машину обратно в город, и вы, ребята, сможете поспать.
Кортни выпрямляет ногу и крутит ступней в ботинке.
— У меня болит лодыжка. Я не хочу идти пешком дольше, чем нужно, чтобы спуститься и вернуться к машине.
— Да, и я не понесу ее с горы. — Дарин тычет палкой в огонь, и я не могу понять, шутит он или серьезно.
— Почему бы тебе не пойти? — спрашивает Линкольн, не сводя с меня глаз. — Мы соберемся здесь, а ты в последний раз сходишь к водопаду.
— Одна?
Он пожимает плечами.
— А почему нет? Это прямой путь на восток.
— Мне жаль оставлять вас, ребята, делать всю работу.
Дарин фыркает.
— Ты позволила нам сделать всю работу, когда мы приехали сюда, пока вы с Кортни распивали бутылку вина.
Я поднимаю и опускаю свой пакетик чая, удивляясь, почему его отказ пойти со мной кажется еще одним подтверждением того, что нам нужно идти разными путями. Замечаю кольцо на своем левом пальце и удивляюсь, как позволила всему зайти так далеко с самого начала. Может быть, поход в одиночку поможет мне прояснить мысли и даст время придумать план. Если бы лодыжка Кортни не была повреждена, может быть, она пошла бы со мной, и я могла бы поговорить с ней о том, чтобы арендовать ее диван на несколько недель.
Линкольн достает из кармана протеиновый батончик.