Мир в пузыре. Том I: Иллюзия реальности (СИ)
Владислав сделал паузу, вновь бросая взгляд на Гибитца.
— Моран не стал говорить о подобных опытах! — промелькнула мысль в голове доктора. — Почему? Гибитц ему запретил это? Уверен, то был его почерк! Однако это необоснованно. Почему? Может, мне стоило заранее предупредить его о своей теме. Черт! — переживал доктор. — Уверен, Альфред весь доклад бы перечеркнул мне…
Гибитц улыбнулся Лесневскому. Владислав посмотрел по сторонам, ощущая дискомфорт. Хотелось все бросить и уйти. Что-то говорило ему, что он пожалеет о своем докладе. Доктора не отпускала мысль, которая пришла в его голову в последнюю секунду.
— Влад, возьми себя в руки, — сказал он себе. — Это полная чушь, я уверен, они не воспримут это всерьез, мало фактов. Черт меня дери, без таблиц и слайдов я выгляжу полным дураком, — продолжал размышлять Владислав. — Как хорошо было бы сейчас оказаться дома. Черт, думаю, Альфред останется недовольным.
Зал ожидал продолжения.
— Подобные феномены известны психиатрии, однако вызывают интерес, — наконец продолжил Владислав, стараясь держать уверенность в голосе. — Моими пациентами стали десять студентов. Ну, или как я уже сказал ранее: „мои подопытные“, — сказал он сквозь улыбку. — Они согласились на эксперимент, ведь какой студент откажется от поощрения, в особенности денежного. Стимулом была возможность заработать, — улыбнулся доктор. — Я еще раз повторю — они видят одинаковые сны. Не то чтобы каждую ночь — частота их видений то возрастала, то вновь падала. Я пока не установил, с чем это связано. Раньше подобные случаи были редким явлением, однако в последнее время студенты все чаще видят одинаковые сновидения. Возможно, дело в том, что увеличилось количество экспериментов, проводимых мной, и повысилась их продуктивность. Я буду продолжать исследования и надеюсь, что к следующему симпозиуму, когда мы вновь соберемся в этом зале, я предоставлю более интересную и точную информацию. Спасибо за внимание! — сказал Лесневский.
— Доктор Лесневский, спасибо за столь интересный доклад, — поблагодарил его профессор Гибитц, выходя на сцену.
— Чертовы слайды, — подумал Владислав. — Доклад мой был настолько нелеп! Вот тунеядцы! — со злостью бормотал доктор, вспоминая Сергея и Богдана.
Владислав посмотрел на Гибитца и заметил недовольство на его лице — оно читалось в его глазах. Но это мог понять лишь Лесневский, ведь они были давними друзьями.
— Прости, Альфред, — произнес Владислав про себя, смотря в глаза друга. — Слайды. В следующий раз буду полагаться только на себя.
Спустя еще несколько часов симпозиум подошел к концу. Профессора и доктора стали расходиться, направляясь в буфет, чтобы подкрепиться. К слову, некоторых интересовала исключительно эта часть мероприятия. Из толпы участников симпозиума вырывались реплики на разных языках, из-за чего в огромном зале поднялся шум.
— Лично я всегда с собой беру пол-литра водочки, — сказал кто-то из профессоров в толпе на ломанном русском языке с явным французским акцентом. — Ну, естественно, если бы я взял только пятьдесят грамм, коллеги бы обиделись.
— А вот интересно, они сегодня те булочки с изюмом будут подавать, — еле слышно донесся голос из толпы на чистом русском языке.
— Я бы рассказал об анализе, но ты же мне так и не… — на том же ломанном русском, прозвучало в шуме скрипящих рядов.
— Сегодня вроде дождь обе… А за че… — доносились обрывки фраз расходившейся толпы.
Владислав ощутил журчание в животе, как вдруг увидел ее…
[1] Интернет-планшет — мобильный компьютер, относящийся к типу планшетных компьютеров, построенный на аппаратной платформе того же класса, которая используется для смартфонов.
Глава 3
Тогда, когда тебя увидел в первый раз,
Почувствовал я силу, родственную связь.
Мир отразился светом солнца твоих глаз,
И заговорить с тобой решился не боясь.
отрывок из романа
„Дети царя: Воссоединение“
писатель и поэт
Любомир Муравьев
1313 год н. э.
Глава 3. Знакомство (часть 1)
— Доктор Лесневский, — обратился незнакомый, но приятный женский голос на английском языке.
— Да! — оборачиваясь, Владислав поправил галстук.
— Мне нужно с Вами поговорить, — сказала молодая женщина.
Владислава будто ослепило солнцем, когда он увидел свою собеседницу. Ее длинные рыжие волосы в лучах потолочных ламп сияли подобно солнцу на рассвете, а строгий деловой костюм убедительно подчеркивал стройную фигуру. Алые губы притягивали к себе, как зрелые ягоды клубники, которую Лесневский просто обожал. Внезапно женщина ему кого-то напомнила. Кого-то очень близкого. Черты ее лица были знакомы Владиславу. Он будто узнал эту женщину и что-то начал бормотать.
— Она так похожа, — подумал доктор, не отдавая отчет сказанному.
На лицо будущей собеседницы падали лучики света. Яркие световые пятна преломлялись через, стоящий неподалеку, графин с водой. Она зажмурилась и развернулась к ним спиной, вновь приоткрыв глаза. Их зеленый цвет погрузили Владислава в ступор. И вновь мужчину посетило чувство, что эта женщина ему знакома.
Он внезапно вспомнил свое детство в приюте. Это было очень давно, деталей он уже не помнил. В голове проскочили фрагменты самых ярких впечатлений. Но, все уже было размыто в его памяти, как в тумане. Однако, он ещё помнил свою первую любовь. Ему было всего четырнадцать, а ей двадцать пять. Владислав уже не помнил имени этой девушки, но до сих пор вспоминал ее волшебные зеленые глаза.
Она просто смотрела в глаза, чтобы успокоить группу. Своим магическим взглядом девушка с легкостью погружала детей в сон, и в ее смену всегда было тихо. Но, возможно дело было не в ее магических чарах, а потому, что за доброту ее любили все дети.
— Интересно, — подумал Владислав. — Где она сейчас, чем занимается? Наверняка, она уже давно вышла замуж, у нее уйма прекрасных детей, которых она укладывает спать все тем же волшебным способом, а может…
Владислав пришел в себя.
— На кого похожа? — улыбалась молодая женщина.
— Ой, я сказал это вслух, — подумал он. — Да, так песню напевал, — сквозь улыбку. — Я… Я слушаю, — почти заикаясь.
— Здравствуйте! — молодая рыжеволосая женщина улыбнулась и протянула руку. — доктор Анна Черевко.
— Доктор наук? — спросил Владислав, пожимая руку, — Очень приятно, — с улыбкой на лице. — У вас на бейджике написано „Профессор“.
— Ах да, доктор Лесневский, я — педагог, профессор в области психологии это по учебной части, — в ее голосе была небольшая растерянность. — Я преподаю в трех университетах Севастополя. Что касается звания доктор, я имела в виду, что дополнительно работаю в психиатрическом отделении. В социальной сфере я чувствую себя нужной. Но вообще-то, — женщина улыбнулась, — Я пришла поговорить не о том, кем я работаю.
Потом Черевко вздохнула.
— Вы из Крыма? — сказал он на русском языке.
— О, Вы хорошо говорите, — с улыбкой на лице ответила она на том же русском. — Официально из Краснодара, — улыбнулась она. — Южный федеральный округ России.
— Крым и сейчас под Россией?
— С 2014 года.
— И как?
— Как что?
— Как живется? Это получается уже как 9 лет.
— Уровень жизни стал лучше. Жизнь стабильней. Зарплата выросла. Появилось уверенность в завтрашнем дне. Я не жалуюсь, — сквозь улыбку.
— Я просто знаю, что этот город находится в Крыму. У нас студенты раньше были по обмену, но потом, после 2014 года, как-то все резко прекратилось.
— Да, да, — выдохнула она. — Но я не по этому вопросу.
— А по какому?
— Ну вот, теперь мысль потеряла.
— Извините! — произнес Лесневский, продолжая держать улыбку на своем лице. — Вы очень молоды для профессора.