Десять тысяч стилей. Книга шестая (СИ)

— Хо. Учишься на своих ошибках, — сказала Ялум, почти моментально погружаясь в сон. За ней последовал и Ливий — стоило поспать хотя бы пару часов перед работой.
Внезапные совещания в Сильнаре проходили редко. В былые годы — раз в полгода, не чаще, но война сделала свои коррективы. Теперь верхушка школы собиралась чуть ли не каждый день.
— Остальные наконец-то восприняли Единство, как реальную угрозу. Пришли сообщения о семидесяти двух стычках, — сказал Синий Флаг всем присутствующим. — Альянс светлых сил победил в шестидесяти девяти.
— Мелкие сошки, — сказал Стратон, глава Отдела Панциря.
— Верно, — кивнул Синий Флаг. — Главное — продолжать в том же темпе, ведь даже мелкая рыбешка рано или поздно закончится.
— Потери есть? — спросил глава Отдела Пера, пожилой мужчина в длинной желтой мантии.
— Убитых нет, только раненые, — сказал Синий Флаг.
Это успокаивало. Раненого всегда можно вернуть в строй, а погибшего к жизни не вернешь. Мастера Сильнара чуть расслабились, но Синий Флаг тут же заставил их вновь вернуть концентрацию:
— Мы смогли добыть информацию. Скоро произойдет бой — Единство решило сразиться с нами в открытую.
— Даже так? — удивился Стратон. — Я думал, они будут до последнего действовать из тени.
— Все так думали. Я хочу знать, что у нас по резервам. Главы Школ Наследия и Кристалла, положите мне на стол анкеты учеников, которых в случае чего можно отправить на фронт, — сказал Синий Флаг. — Два основных критерия: сила и надежность.
Приказание тут же было выполнено. На каждого ученика Сильнара заводили дело и анкету — для детального и поверхностного ознакомления.
— А кто из Школы Войны? — спросил Синий Флаг через пятнадцать минут, когда закончил со Школами Наследия и Кристалла.
Мастера удивленно посмотрели на главу Сильнара. Использовать учеников на уровне Зарницы и Чемпиона — крайняя мера, на которую можно пойти только тогда, когда войска ощущают острую нехватку бойцов. Сейчас Альянс светлых сил был в порядке, но раз глава Сильнара спросил о таком…Значит, все могло поменяться, и очень быстро.
Красс положил на стол пять листов бумаги. На каждой был нарисован портрет ученика и записана основная информация о нем.
— Эти пятеро. Ялумиэль, Торун, Ливий, Диаз и Сванхат.
Синий Флаг прошелся глазами по каждому листу. Конечно, глава Сильнара слышал имена этих учеников, но сейчас он думал о другом.
— Победитель чемпионата Централа, которого лучше не отправлять за пределы Сильнара лишний раз, еще три участника…И Сванхат. Что думаешь, Красс?
— С ним сложно, — признался глава Школы Войны. — Отличный боец, только испытания Зала отражений проходит месяцами. Он сейчас на восьмом. Знаете, сколько уже было попыток?
— Ну? — поднял глаза Синий Флаг.
— Тридцать две.
— Да уж, — вздохнул Желтый Флаг.
Тридцать две попытки — и это только на одно испытание. Одно это уже говорило о многом.
В первую очередь, конечно, о том, как плох ученик. И загвоздка была не в силе Сванхата, а в умении командовать — с этим у него появились серьезные проблемы.
Во вторую очередь, это говорило об упорстве ученика. Тоже важная черта, только на одном упорстве далеко не уедешь. Все в зале собраний это понимали.
— И сколько он потратил попыток на прошлое испытание? — спросил Синий Флаг.
— Шестьдесят две, — признался Красс, стараясь не смотреть главе Сильнара в глаза. Тяжело считать одним из лучших учеников Школы Войны того, кто не может пройти испытания десятки раз.
  
Глава 7. Десятое испытание
 
— М? Мы не можем полежать дольше? — томно спросила Ялум, когда Ливий попытался выбраться из ее объятий.
— Работа скоро. Надо еще успеть принять душ — после этой ночи лучше не заявляться на пост в таком виде.
— А, хорошо, — сказала Ялум. Ее сонливое состояние будто сдуло ветром: девушка поднялась и вместе с Ливием направилась к ванне.
— Что, даже не накинешь на себя что-то? — спросил ее Волк. Ялум вышагивала совершенно обнаженной.
— А сам-то?
— Вообще-то, это моя квартира, хожу как хочу.
 
— Твоя — значит, в какой-то мере и моя, — хитро улыбнулась Лягушка.
Ванна с теплой водой всегда была наготове, Ливию оставалось только крутануть вентиль, чтобы добавить горячей воды.
— Лезь, сейчас приду, — сказал девушке Волк и потопал в сторону кухни.
Еду там оставляли всегда. Например, если служанка приносила еду на ужин, а с обеда никто ничего не взял, то старая еда забиралась, а вместо нее ставилась свежая.
Идущие просыпаются рано, поэтому завтрак начинают разносить с первыми лучами солнца. Когда Ливий открыл железную дверцу, то увидел лицо и руки девушки, которая как раз ставила поднос с другой стороны.
— Извините! — сказала она, стараясь быстро выполнить работу и уйти.
— Больше не пристают? — спросил Ливий, узнав девушку.
Из-за нее Волку как-то пришлось избить двоих учеников Школы Войны — изнасилования и домогательства всегда были для Ливия чем-то мерзким и неприятным. О своем поступке он совсем не жалел, и Волк, признаваясь себе, понимал, что без малейших колебаний поступил бы так же и сейчас.
— Н-нет. Спасибо большое!
— Та не за что, — сказал Ливий, забирая поднос. — Обращайся, если будут проблемы.
Четыре бутерброда с ветчиной, отварная картошка, кувшин молока и сырная нарезка — неплохой завтрак для идущего. С подносом в руках Ливий пошел прямиком в ванну, где Лягушка уже успела залезть в воду.
— Завтрак в ванну? Романтично, — улыбнулась она.
— Вот такой я у тебя романтик. Мне напомнить, что ты красивая?
— Конечно.
— Ты красивая, — сказал Ливий, поставив поднос на бортик. Не нужно было даже раздеваться, поэтому Волк тут же присоединился к своей девушке.
— Это да. Оставляешь свою любимую в ванной после бурной ночи, а потом идешь на кухню флиртовать с служанками?
— Все ты слышишь, — сказал Волк, забирая с подноса один бутерброд.
— В моем роду у всех острый слух, — сказала Лягушка, подхватывая второй бутерброд.
— Просто встретил одну знакомую. Помог ей как-то, — откинулся на спинку ванны Ливий.
— Какая-то история, где ты помогаешь обездоленной служанке, становясь для нее героем?
— Вроде того…Что ты так на меня смотришь? Не было у меня с ней ничего.
— Знаю, — сказала Ялум спокойно, наливая в кружку молоко.
— Знаешь? — удивился Ливий. — А что, если бы переспал с ней?
— Это вряд ли. Ты не из того типа парней.
— Хо-о?
— Ну, знаешь, «эти». Падкие на всяких стеснительных девочек-служаночек. Ты им: «Прости, я совсем неопытна в этом всем», а он: «Не волнуйся, дорогая, я тебя всему научу». Пфе.
— А ты хорошо в этом разбираешься, — усмехнулся Ливий, подхватывая вареную картошину. — И какой же у меня тип?
— Ты любишь сильных женщин. Характер для тебя важнее внешности. В твоем вкусе девушки, которых надо добиваться. Вроде меня. Или той вертихвостки, с которой ты работаешь в Отделе Пера.
— Откуда ты?!
— Я женщина, Ливий. Вчера на тебе было много запахов, но найти нужный не составило труда, — довольно сказала Ялум, воруя уже последний бутерброд с подноса.
— Да уж. Ее зовут Бирэнна, она — старший алхимик, работаю под ее начальством. Собственно, вот и все, — сказал Ливий. — Ты меня поразила, слушай.
— Вот такая я поразительная. Женщины разбираются в запахах лучше мужчин. Это — наше оружие. Или ты думаешь, что я не заметила то, как ты возбудился вчера, когда мы стояли в коридоре?
— Скажешь, все шло по твоему плану?
— Конечно. Потрешь спинку?
— Поворачивайся, поразительная.
«Я и правда не ожидал, что ты так можешь», — думал Ливий, усердно натирая своей девушке спину. Учуять запах духов среди десятков запахов алхимических средств…Обоняние Ялум оказалось просто поразительным, Волк был уверен, что не сможет так даже с Покровом тишины.
— Поворачивайся, — сказала уже Ялум. Ливий не собирался с ней спорить, ведь время поджимало — зачем отказываться от лишних рук, когда их тебе предлагают?