Люби ее или потеряй ее (ЛП)

— Нет. Нет, Господи, — выдохнул Доминик, хватая ключи и выбегая за дверь. Его руки сильно дрожали, когда он открыл дверь со стороны водителя и ворвался внутрь, завел двигатель и выехал с подъездной дорожки. Он знал маршрут наизусть, но ничто не казалось знакомым, когда он столкнулся с потерей Рози.
— Почему я не сказал ей? Почему я не сказал ей?
Как только он въехал на подъездную дорожку, его сердце упало в желудок, а пальцы на руле превратились в лед.
Рози сидела на крыльце дома. Разве не было главной изюминкой то, что она выглядела идеально в окружении старого, увитого плющом кирпичного крыльца? Он так много раз представлял ее перед домом, но его воображение не отдавало этому должного. Они наблюдали друг за другом через лобовое стекло.
Выйди и извинись.
Это то, что он должен сделать. Это был единственный вариант. Но он был таким праведным, злясь на себя за то, что испортил лучшую часть своей жизни — снова — он чувствовал, как гнев скручивается в животе, как гремучая змея.
Доминик распахнул дверь грузовика и выбрался наружу, его отвращение к самому себе заставило его произнести неправильные слова вместо извинений.
— Я продал его, чтобы заплатить за ресторан, Рози. Это то, чего ты хотела.
— Нет. — Она стояла, сжав кулаки по бокам. — Нет, не веди себя так, будто я имею какое-то отношение к этому процессу принятия решений. Я даже не знала, что у нас есть дом.
Несмотря на холодный октябрьский воздух, по спине Доминика струился пот.
— Это должно было быть сделано. Если бы я рассказал тебе о доме, ты бы не позволил мне его продать.
— Мы никогда не узнаем, не так ли? — Она прервалась на рыдания, оглядываясь вокруг. — Это прекрасно. Будь ты проклят, Доминик.
Он сделал шаг вперед, желая утешить ее, но она подняла дрожащую руку. — Как долго он принадлежит нам?
Он сжал челюсти и не ответил.
— Скажи мне.
— Год, — прохрипел он, не в силах смотреть на нее. — Может быть, немного дольше.
Звук недоверия от Рози заставил его оглянуться и увидеть полноценное предательство на ее прекрасном лице. С таким же успехом она могла воткнуть отвертку ему в грудь.
— Рози, с тех пор, как мы были детьми, я только хотел дать тебе все, но только когда я вырос, я понял, насколько… это невозможно. У меня были свои руки и моя трудовая этика. И это все. — Он не мог достаточно наполнить легкие. Ему нужно было обнять ее, но он не мог. — Когда меня направили и я встретил этих людей… Боже, Рози, какие планы они строили. Места, где они были, места, куда они пойдут. До тех пор я не понимал, насколько простой может быть эта жизнь. Насколько неадекватной для такого невероятного человека, как ты. Я узнал только один способ справиться с этими страхами, и я последовал этому примеру. Опусти голову, надорвись. Зарабатывай. Мне потребовалось четыре года, чтобы откладывать деньги, пока я не смог позволить себе этот дом, и к
тому времени я так долго опускал голову, что забыл поднять глаза и увидеть, что тебе нужно что-то еще. Ресторан, да. Но и меня тоже. Ты нуждалась во мне. Твоя любовь была бы достаточно сильной, чтобы преодолеть все, если бы я не закрылся от тебя — закрыл все. Но сейчас я здесь. Просто прости меня за это. Пожалуйста.
Казалось, целую вечность Доминик стоял там, пока Рози переваривала его слова. Они пришли к этому слишком поздно, это было очевидно.
Ее глаза остекленели от боли, тыльная сторона руки прижата к груди.
— Даже если бы ты рассказал мне о доме сегодня утром… Я думаю, я бы поняла. Мы могли бы поговорить об этом. Но зная, что ты собираешься скрывать это от меня навсегда…
— Мне жаль, — сказал он отрывисто, извинение было похоже на последний спасательный круг. — Я только что вернул тебя, Рози. Я не хотел напоминать тебе, почему ты ушла.
Она сделала несколько вдохов с закрытыми глазами.
— Мне нужно немного времени.
Его охватила паника. — Нет.
— Ты должен позволить мне переварить это, — взорвалась Рози — Черт возьми, я так зла на тебя.
— Я знаю. Давай просто сядем и поговорим об этом.
 
— Такое чувство, что последние несколько недель теперь испорчены. Все это время мы якобы делали успехи, но это было не так. Не совсем.
Доминик уронил голову на руки, впившись большими пальцами в глазницы.
— Я, блядь, этого не понимаю. Я не понимаю, как мы можем так сильно любить друг друга… — Он ударил себя кулаком в грудь. — Посмотри на меня. Я люблю тебя. Мне жаль.
Она повернулась по кругу и посмотрела на дом, прежде чем, спотыкаясь, уйти, остановившись перед ним, язык ее тела предупреждал его не прикасаться к ней.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. —Мне жаль, что ты жил с достаточной неуверенностью, что ты скрывал от меня что-то настолько важное. Это, должно быть, было тяжело. — Она открыла рот, а затем закрыла его, ее глаза касались всего, кроме него. — Я — я просто не знаю, смогу ли я справиться с этим.
Он мог только стоять парализованный, когда его жена ушла. Снова.
Р ози сидела на парковке перед офисом Арми, пытаясь настроиться на то, чтобы зайти внутрь. Или уезжай. Или думай здраво. Казалось, ее разум не мог удержать ни одной мысли дольше, чем на несколько секунд, прежде чем она улетела, как стая испуганных птиц. Прямо посередине
ее сознания был разделитель, как мысленный список "за" / "против". С одной стороны, все плохое осталось позади. Страдая в тишине, прежде чем она ушла от Доминика. Чувство отсутствия поддержки. Каждый день, когда она ходит в универмаг, ее мечта становится все дальше и дальше
недосягаемой. Другая сторона ее мозга хранила весь прогресс, которого они достигли. Не говоря уже обо всех откровениях, которые у нее были с тех пор, как они с Домиником воссоединились. Ее муж не игнорировал ее все эти годы. Она была его центром притяжения, как и всегда.
Это ошибка… Да, она узнала это сегодня на собственном горьком опыте.
Дом.
Он купил ей чертов секретный дом. Кто это сделал? Рози потянулась, чтобы помассировать пульсирующую боль в центре ее лба. Там, в "тайном доме", был момент, когда ей захотелось броситься в объятия Доминика и сказать ему, что дом прекрасен. Что он смешной, романтичный, сложный мужчина, и она любит его, несмотря на это. Но когда она сидела на крыльце, наблюдая за его приближением, она услышала голос терапевта.
Я боюсь, что ваш брак не спасти.
Мог бы у них быть успешный союз, если бы он скрывал от нее такие вещи? После всего, через что они прошли за последние несколько недель, если он все еще не мог быть честным, на что они надеялись, что он откроется в будущем? Она была так уверена, что они поставили все на карту, но оказалось, что она даже не знала, где была линия. Ей просто нужно было с кем-то поговорить. Ее друзья были удивительным выбором, но честно? Рози было почти неловко рассказывать им о секретном доме. Как ее могли так долго держать в неведении? И вот она здесь. Ей не только нужно было выговориться, но она хотела знать, почему Арми не думал, что ее брак с Домиником можно спасти. Что он видел?
Беспокойство перевернулось в ее животе, когда она вылезла из "Хонды". Она закрыла дверь со стороны водителя и несколько секунд стояла там, замеряя дыхание и теребя ремешок сумочки. Арми определенно был открыт для бизнеса — она чувствовала запах марихуаны, доносящийся из-под двери здания. Когда она вошла внутрь, она обнаружила его в позе для медитации в центре его приемной.
— Эм…
Его глаза приоткрылись.
— Миссис Вега — Улыбка зажглась на его лице. —Привет.
— Привет! — Рози сделала все возможное, чтобы смягчить свой слишком резкий тон. — Я знаю, что у нас больше не запланировано никаких встреч, но я надеялась, что мы могли бы поговорить несколько минут.
Арми поднялся на ноги, не без некоторого усилия, и засунул конец косяка в карман рубашки, захлопнув его.
— Доминик не с тобой?
—Нет.
Он изучал выражение ее лица.