За други своя. Добровольцы (СИ)
6К вождению меня допустили к концу второй недели. Сначала мы садились на мягкие грунты, потом на объекты потвёрже. Капитан, как оказалось, готовил сразу шестнадцать пилотов. Подумалось: у него в запасе точно десяток кораблей.
Заход на глыбу — человек пять наблюдают за последовательностью действий пилота. Потом за управление садится следующий. Уже ходят разговоры, на следующей неделе будем осваивать скоростные режимы. РодоПрав нам показал отрывки фильма «Звёздные войны», — там, среди опасных ландшафтов, скорости запредельные.
— Разве это возможно? — усомнился я.
— В кино всё возможно. Они эти эмоции называют… «драйв» и ещё как-то, но не это главное. Опасность в том, что зритель верит, поэтому готов рисковать головой.
— Там же по приборам, вроде, — не сдавался я.
— А в чьих руках они? Того, кто подсунул технологии. Зрители и доверяются, как дети малые. Количество смертей в авариях зашкаливает, да статистику тщательно скрывают — мол, давай, рискни! Кто следующий?
Словом, завязался разговор, подключились пилоты. Так уж вышло, что наши кресла рядом.
— В Зоне Поражения, где нет Великих Воинов, нас используют настолько, насколько мы позволяем. Страшно даже подумать, как разнятся условия, от планеты к планете. Чем ближе к старой Земле, тем хуже.
— А на новой не так.
— Ну, её можно считать исключением. И те несколько планет, которые умеют защищаться. Думаете, Главное Око не ищет путей проникновения?
— Против Гармонии вибраций у него нет вариантов. — ЛадоПер на миг оторвался от планшета. — А где-то есть и жрецы, несущие звуковую службу. К ним тоже хотят ключики подобрать.
— Так и к добровольцам хотят войти в доверие. Думаете, наша группа, все четыреста человек, не повстречала «доброжелателей» всяких? — РодоПрав напомнил про фильм «Аватар»: — А ведь режиссёр фильма был допущен на спецпросмотр, просто чудом угодил в число допущенных. Документальные съёмки старой Земли, до штурма её союзными войсками. Руссов самих не снимали, просто запечатлели растительный и животный мир.
— Это где про Родовое дерево?
— Каждый род оберегал своё. Люди черпали от него силы и не ведали проблем с питанием. Оно и кормило, и оберегало, предупреждало об угрозах. Приближался захватчик — птица поднималась на крыло и атаковала, в меру своих навыков. Люди подключались следом.
В наших рядах появился свой историк, кто посвятил себя подробному изучению порабощения старой Земли. Спорить с ним если кто и пытался, то ЖелоТрон разбивал все разночтения. Лживых источников масса, да есть у него надёжный, откуда черпает, эпизод за эпизодом… Капитан как-то намекнул — наблюдай за ним: на него вышел кто-то из Великих и снабжает верными данными.
— Так он и учебник по истории сможет написать?
— Похоже на то.
Сказать, что очень сильно интересуюсь прошлым — так нет: мне бы свою жизнь прожить — имя не запятнать да своим помогать, если сбились с пути. ЖелоТрон настораживал своей молчаливостью, как губка, впитывал мнения, сам искал правильные ответы, и находил. Шла настройка его организма на здоровые вибрации, и ложь, качественные фальшивки он научился распознавать с первого раза. По крайней мере, дважды ошибался сам, уточнял, потом подходил к спорщику и сообщал правильный ход событий.
После той лекции капитана, и ЖелоТрон взял за привычку устраивать малые доклады по той или иной теме. Я уже подумывал его отговорить — дескать, учёба движется такими темпами, нам бы современные данные усвоить. Он очень интересно возразил:
— Не зная прошлого, ты безоружен, ибо не ведаешь, на что способен враг. Десять тысяч лет русы воевали за свои земли родовые, доходило до того, что четырежды выбивали с планеты врага, думали — всё, избавились. Союз захватчиков пополнился свежими силами, и пятая попытка обернулась полным поражением русов. Затем, отвоёвывая территории, враг переписывал историю, выращивал подневольное население под свои нужды. Древнюю веру подменил христианством, и пошло-поехало. Язык, обряды, службы — всё исказили, вплоть до подмены понятий. Сегодня земляне не ведают, что живут на положении рабов.
— Ладно, поостынь, ЖелоТрон, — сказал я в ответ. — Я подумаю, но тебя лучше не трогать. Ты заводишься с пол-оборота, и тормозов, похоже, не имеешь.
— Подскажи, где купить.
— Буду иметь в виду, заглянем на какой базар — обязательно узнаю.
И надо признать, товарищ меня заинтересовал. Если даже представить, что наш полковник тоже не в курсе, что исполняет чужую волю, то… Надо разбираться, как Главному Оку удаётся внушать, что мы проживаем свои жизни, не навязанные его ограничениями. Тогда, волшебная культура руссов — как кость в глотке ему. Потому и насыщают быт всякими устройствами, действие которых можно объяснить полудетскими, примитивными законами «вижу — значит, это существует».
Наш капитан иногда любуется издали, чем занимается оружейник. Похоже, его предсказания имеют свойство исполняться. Если это не дар формировать грядущее. Уиль Штирль не кажет носа, и отговорку себе, поди, давно придумал, на случай встречи: я вам маячки подбирал, искал, где дешевле.
Кивнул мне — заходи!
В рубке царит торжественное настроение. Мы готовимся к серьёзному делу, не афишируя и не выдавая способностей. Школьники в зоопарке. Свои преимущества мы покажем в должный час, а удивим — готовьтесь.
— Наш знакомый прислал сообщение. — Капитан зачитал с монитора: — «Уиль Штирль, ваш друг, никуда не пропал. Я в поиске современной модели маячков, на главных рынках слишком дорого. До встречи».
— На двух стульях надеется усидеть. Вдруг мы ещё когда пригодимся.
Капитан указал на кресло пилота.
— Попробуем выжать из двигателей максимум. Как ты?
— Если с малым нарастанием, попробуем.
На новой Земле, помню, я носом приклеился к огромному аквариуму. Всякие твари, числом, не поддающимся учёту, страдали, нападали, выращивали потомство и отходили на покой. Свойства аквариума позволяли проследить полный цикл любой зверушки, достаточно сосредоточиться на ней. На несколько минут — вся жизнь, от малька до колючего скелета, который доедают специалисты по скелетам.
Космос — тот же аквариум, с той лишь разницей, что процессы растянуты в такой же пропорции, как разнятся размеры. Я уже подметил момент: когда выбран маршрут, глазам предстаёт пространство, сравнимое с притяжением глубины колодца. Тебя манит погрузиться до самого дна, а там ожидает подарок — планета, не нанесённая на карты. Жители не хотят, чтобы всякие нарушали их спокойствие и размеренный образ жизни: вы там у себя воюете без конца? И на здоровье!
Полковнику она точно не откроется, как бы ни старался. Все знают о наличии неуловимых планет, все хотели бы пошарить по тамошним сусекам или хотя бы побывать. Не каждому повезёт, возможно, везение зависит и от того, кто капитан.
Уверенность — вот что движет пилотом. «Б-2403» сделан настолько добротно, что никаких сомнений. Препятствий, можно сказать, для такого корабля не существует. И отсюда следует вывод: эта модель сотворена не под присмотром Главного ока.
Колодец набегал мелкими ориентирами, мы падали с нарастанием, и оно никак не сказывалось на изображении. Сама планета, куда мы держим путь, ещё не видна, приборы сами вносят поправки. Мы лишь пересекаем солнечные ветра, и скорость явно выше, чем летали до сих пор, я кожей чувствую, душа поёт. Ей такое по нраву, это её стихия — брать расстояния одним глотком.
Боковым зрением заметил, капитан пошевелился.
Теперь и я вижу крохотную точку. Она растёт на глазах, небольшие помехи мелькают облаками, картинка всё яснее.
— Сбрасывай скорость.
А так хотелось продолжить, так хотелось… Для простаков придуманы расстояния и скорости света. Для твоего фонарика — оно, может, и годится.
Хлопком разошлись стены колодца. Мы ворвались в ярко освещённое пространство, где грязь видна всякому.
Мой взгляд упал на безымянный палец. Под ногтём скопилось нечто, и где это я влез?