За други своя. Добровольцы (СИ)

— Ловчат с вооружением?
— Вооружение почти то же, с небольшой разницей в системах наведения. Кабы не вздумали нанести удар по своим, кто требует подчинения общим нормам.
Красные корабли плели сеть, заполняя вытоптанную тропину многочисленными ловушками. Тут напрашивался пробный шар: пустить глыбу с маячком, пусть прощупает порядки. Хотя да, лучше не давать повода. Идёт стадо — ни малейшей тревоги, пусть шагает.
Наша пена, вдруг подумалось, в этом случае может показаться без пользы. Не имеется на борту нужного количества — первое, и второе: повторяться — значит, проявить слабость. Ищем другие способы, — я поглядывал в затылок изобретателю: на тебя одна надежда!
Полосатый носился с химикатами, готовил рабочее место в отсеке по соседству. Стало быть, как созреет идея, мистер Уймистер отпросится на часок. «Я отлучусь ненадолго, вы тут без меня уж постарайтесь», — мы с ладой ждали именно этих слов. Они так до обеда и не прозвучали. Полосатый доставил обед, замешкался, маяча у главного монитора. Между командиром и помощником свои тонкости, словно они прекрасно понимают и дополняют друг друга.
— Возможно, ты прав, — совсем неожиданно сказал в монитор изобретатель, напихал в рот из порции, жуя на ходу, кивнул нам:
— Вы остаётесь! Смотрите в оба! — И поспешил за помощником. Получается, тот мимоходом подал идею, которая не давалась, а вдвоём одолели.
БероГора взглядом пожелала им удачи, взяла управление на себя. И я не посмел отвлекаться, имея перед глазами армаду рептов. Тропина продолжала рост, внедряясь всё глубже в зону, которая прежде была закрыта для посещений группировкой. Ну, не хотели их видеть, согласовали координаты, подписали договор. Он аннулирован сего дня, и возражающих не видно и не слышно.
По курсу — обычный базар, и мы заинтересовались: зайдут или сотрут в пыль?
Обошли. Командующий, видимо, посчитал, что пустить кровь всегда успеет. И лишним разговорам повода не дал. Командующие сменяют друг друга, суть армии остаётся прежней. Наши жрецы умеют с именем работать, но, как правило, имя командующего берегут от чужих ушей. Есть представитель, готовый ответить на поверхностные вопросы прессы, есть помощники, следящие, чтобы лишнего не сболтнул который. Опасней другое. Кто-то научил рептов, дал подсказку: хотите стать равными среди равных — старайтесь: чем больше приблизитесь к человечьему облику, тем будет проще находить общий язык. Равные права подразумевают общие сходства, а о чём можно говорить с людоедами?
— Яр! — БероГора указала мне на планшет. На своём она нашла нечто, заслуживающее моего внимания. В почтовом ящике лежало сообщение, под шапкой «Интервью».
8
У всякой власти случаются кризисы, их избежать не представляется возможным по одной причине: во всех мирах есть чёткое разделение на тружеников и паразитов. Одни создают материальные блага, другие пользуются, без угрызений совести, что блага отняли у тех, кто мог их употребить сам. Посему власть изыскивает механизмы, как сгладить недовольство, создаёт или находит среднее звено, иначе — посредников, на чьи головы в первую очередь обрушивается гнев создающих. Профсоюзы, карманная оппозиция — как ни назови, они простые исполнители. Именно это звено позволяет власти воспользоваться паузой и выбрать вариант усмирения. В известной истории, однако, случаются события, какие трудно предусмотреть. В первую очередь, это касается союзников, с кем проводились совместные экспедиции против инакомыслия и неугодных лидеров, кто мутит воду и тормозит развитие прекрасно отлаженной системы.
Можно обратиться к примеру рептов. Союзники в прошлом, сегодня они тянут одеяло на себя и требуют равных прав. По заказу свыше, и проводились мероприятия, призванные ткнуть носом тех, кто хочет равноправия, не имея ничего общего с человеческими ценностями. Показательно одно интервью, прекрасно доказывающее невозможность признать за рептами равных прав с главенствующей расой людей.
Поскольку разговор давно назрел, представитель командования рептов откликнулся мигом: «Готов прибыть в указанное место, ровно через двое суток».
 
СМИ подготовились. Чем пичкали представителя советники, все надеялись услышать в специально подготовленном дворце, за пределами столицы. Охрана обеспечила полную безопасность от проникновению неблагонадёжных журналистов, кто был бы рад просочиться и ахнуть сенсационными данными. То, что вопрос трудный и давно требует окончательного решения, чтобы избежать в будущем недопонимания, ни для кого не было секретом.
К исходу вторых суток, представитель прибыл. Для участников встречи, облик прибывшего оказался загадкой. Представитель и рассчитывал на такой эффект — мол, то ли ещё будет!
По специальным пропускам, занимая приглянувшиеся места, вся масса журналистов ринулась в зал, мешая и переругиваясь друг с другом. Представителю указали на место в президиуме. Первая часть собрания была посвящена прошлому: какие задачи оказались по плечу союзным войскам, участие рептов было отмечено отдельно, их армии воздали должное во всей красе. И прелюдия плавно повернула к главной теме — равноправию среди бывших участников союзных войск. Тут взял слово представитель власти, второй или третий заместитель по контактам, отдела главного управления и координации…
— Очень здорово, что мы собрались наконец-то рассмотреть очень старые претензии одного из основных союзников…
— Можно и без уточнений, — с места подсказал прибывший.
— Пусть так и будет, — согласился заместитель. — Поскольку я сам, да и многие из присутствующих сильно ограничены со временем, предлагаю перейти к сути повестки собрания. Равные права — между участниками известной экспедиции, блестяще завершившейся полной победой. Победой над таким противником, что сам факт заслуживает уважения и делает честь всем участникам. И сразу же приведу неплохой пример, убедительный и красочный. Вместе с нами, в той экспедиции, приняли участие морские обитатели, отряд хищников, частично уцелевший и продолжающий род на далёкой Земле.
— На старой, позволю себе уточнить, — подал голос гость.
— Это и без уточнений понятно, здесь все свои. И давайте договоримся сразу: я вам дам слово, когда потребуются уточнения отдельных моментов.
— Посмотрим.
Вот и приоткрылась завеса: гость получил инструкции, как держать себя, какие аргументы придержать для финала.
Заместитель проглотил намёк, постарался вернуться к своему курсу.
— Никто не готов спорить, на данный момент армия рептов не имеет себе равных. Но многие забывают, что оружие, дающее все преимущества, созданы и предоставлены нами. Двуногими и беЗхвостыми, как говорят в ваших краях. Имей тогда мы современное оружие, к ядерным ударам не пришлось бы прибегать. Тот эпизод, как принято обозначать в источниках, до сих пор остаётся актуальным. «Охотник» до сего дня не вызывает сомнений, как самый успешный элемент в атаке. Пока до противника дошло, что с дронами не тягаться, местные ушли под верхний слой почвы. Подземные тоннели множились с удивительной скоростью, жрецы преуспели в этом, соединили все континенты в единую сеть. Выкуривать из-под земли уцелевшие войска достаточно сложно, мы теряли живую силу в несоизмеримых пропорциях.
— На одного руса — двести и даже триста наших, — выдал гость, демонстративно зевнув. В его распоряжении множество фактов, это понятно, и как часто будет пользоваться статистикой — зависит от его желания.
— Не стоит повторять известные всем моменты. Мы же собрались говорить о другом. Вы — представитель армии. Ваше основное занятие — тоже говорить не надо, а мы другие. Пока нам никто не угрожает, мы возвращаемся к мирным будням и предаёмся радостям жизни. Рептам этого не понять, что у нас есть культурная программа, высокие потребности в созерцании, прослушивании и накапливании впечатлений. Мы находим удовольствие в прекрасно сделанных вещах, в красоте мелодий и картин. Вы рассматриваете всё с позиций — это съедобно или нет. Именно в этом заключается разница между нами: то, что нас радует, вы тому равнодушны, то, чем питаетесь вы, не подходит нам. Нас не радует вид крови, разрушенные города, но готовы потерпеть, пока не добьёмся главной цели. А вам ничего не стоит устроить отдых среди развалин, охотиться за выжившими.