Невеста против (СИ)

Герцог собирался сказать мне что-то, но я перебила его, громко закричав на весь дом:
— Анна! Мне срочно нужна чистая вода и бинты!
Мужчина зажмурился, неприятно пораженный истинной силой моего голоса.
— К счастью, я сейчас чувствую себя достаточно хорошо, чтобы позаботиться о вас, герцог, и уже сегодня покинуть этот дом! Как вы справедливо заметили, я не пленница, а вы не варвар, и вы больше не сможете удерживать меня!
Я ругала себя последними словами за то, что вызвалась перевязывать рану этому твердолобому мужчине, но, увидев бледное личико горничной, которая при виде крови едва ли не хлопнулась в обморок, словно кисейная девица, поняла, что никого другого для этой работы я искать не буду.
Оливер молчал и смотрел на меня странным и задумчивым взглядом, медленно расстегивая пуговицы на рубашке. Я закатила глаза и осмелилась приблизиться.
— Вы намеренно медлите? — раздраженно пробормотала я, продолжая расстегивать пуговицы за него, но делая это намного быстрее.
— Надеюсь, ваш племянник не устроит сейчас новую сцену ревности, неожиданно ворвавшись в эту комнату, — хмуро пробормотала я.
Не знаю, что именно на меня нашло, но я не могла и дальше позволять ему истекать кровью. Вероятнее всего, это слишком глубоко засело в моем сердце: отчаянное стремление помочь, излечить, забрать боль. Сколько раз отец делал это со мной? Я не понаслышке знала о боли, как быстро кровоточащие раны могут забирать твои силы и превращать в жалкое и беспомощное существо. Я нередко помогала залечивать раны дворовых, которых отец избивал с завидной регулярностью и, конечно, никогда не приглашал для них лекаря. Алисе доставалось реже, но и за ней я иногда ухаживала, переживая ее страдания, как свои собственные. Вот и сейчас, я не могла больше смотреть на окровавленную ткань рубахи герцога и торопливо сдирала ее с его плеч, вызывая недоумение и даже неверие в глазах мужчины.
— Думаю, я мог справиться с этим и без вас, — несколько хрипло произнес он.
— А вот я так не думаю, — раздраженно ответила ему, отбрасывая ненужную тряпку в сторону.
Казалось, мои руки живут своей жизнью, заранее знают, что делать, а каждое новое движение, словно опережает мои мысли. Промываю порез и придирчиво осматриваю края раны, осторожно, но уверенно касаясь здоровой кожи. Смачиваю рану спиртовым раствором и с удивлением отмечаю, что герцог спокойно терпит боль: на его лице не дрогнул ни единый мускул, разве что немного напряглись мышцы живота — я не ожидала подобной выдержки от французского дипломата!
— Она не так уж и безобидна, как вам кажется! — заключила я. — Такая царапина может принести кучу неприятностей, если не позаботиться о ней вовремя, уж поверьте моему опыту.
Он не сводил глаз с моего лица, но я не чувствовала страха и смущения, не злилась, понимая, что улавливаю жалость и сожаление в этих глазах.
— Когда явится доктор, он еще раз осмотрит рану и обработает ее! Я же просто постараюсь хорошенько ее перетянуть, чтобы остановить кровотечение! — решительно заявляю я и берусь за изучение принесенных Анной тряпок.
Я невольно отмечаю несколько шрамов и задумчиво отвожу взгляд: он воевал? сражался на дуэли? Какое мне до этого дело? Закусываю губу и обхожу его со спины, которая без рубашки кажется еще шире. Рядом с ним я все-таки всегда ощущаю себя хрупкой и беззащитной!
Честно говоря, я тоже перенервничала и сейчас чувствовала некоторую слабость и даже дрожь в руках, но упрямо продолжала храбриться.
Алиса заглядывала в комнату и, увидев, чем я занимаюсь, удивленно округлила глаза, я же шикнула на нее и взглядом дала понять, что ей не следует злить меня еще больше. Сестра виновато опустила головку и, спросив, не нуждаюсь ли я в ее помощи, тут же исчезла. Ее лицо тоже показалось мне несколько бледным и растерянным, но я не придала этому особого значения: с этой девчонкой я разберусь позже! Да и то, что Эрик так и не помешал мне закончить начатое, я посчитала тоже заслугой сестры и почти простила ей сегодняшнюю выходку…почти простила!
 
— Ну, вот и все! А теперь вы немного отдохнете, — наставительно произнесла я.
И Оливер, повинуясь мне, действительно опустился на кровать и выглядел несколько уставшим, пока я не сообщила ему, что собираюсь отдать распоряжение о приготовлении наших вещей к отъезду.
— Нет, — сухо и коротко прозвучало в ответ.
— Не будьте капризным ребенком, герцог! Я не собираюсь с вами спорить… опять! — раздраженно топнула я ногой.
— Вот и прекрасно, не стоит со мной спорить! — сквозь зубы произнес мужчина. Его сонливость и усталость тут же исчезли. Он поднялся с постели и решительно направился ко мне.
— И это вместо благодарности за мою заботу? — отступая к двери, произнесла я.
— Я благодарен вам, — крайне недобро сообщил мне герцог, голодным взглядом изучая мои губы.
Я уперлась в дверной косяк спиной и едва смогла отыскать на ощупь ручку, повернула ее, чтобы выскользнуть прочь, слегка приоткрыла дверь и уже было собиралась сбежать, как герцог, ухватив меня за плечо, бесцеремонно прижал к стене и захлопнул дверь, для надежности опершись на нее своей широченной ладонью.
Я не могла вымолвить ни слова, пригвожденная его опасным и решительным взглядом, загнанная в ловушку. Несколько коротких мгновений ничего не происходило, а потом он прижался ко мне губами, обжигая меня горячим дыханием и забирая остатки кислорода. Я не шевелилась и не сопротивлялась, а он почти сразу прекратил эту пытку и прижался своим лбом к моему.
— Не так… все опять не так, — с досадой пробормотал он.
А потом вдруг вздрогнул и резко отстранился, удивленно уставившись на собственные ноги. Я проследила за его взглядом и громко охнула, увидев куницу, нагло вцепившуюся зубами в ногу герцога.
— Стеша! — севшим голосом пискнула я. — Стеша прекрати!
Она тут же спрыгнула на пол и ловко забралась ко мне на руки.
— Должно быть, она проскользнула, когда вы открыли дверь, — со вздохом проговорил герцог.
Я прижала к себе свою мохнатую защитницу, но вопреки моим ожиданиям, герцог вовсе не собирался отбирать ее и учинять расправу.
— Мне лучше уйти, — тихо отозвалась я, затаив дыхание и не зная, чего еще ожидать от мужчины.
— Мы еще продолжим этот разговор позже, — тихо и очень сдержанно ответил Оливер.
Я неуверенно кивнула в ответ и торопливо выскользнула за дверь, почти сразу почувствовав глухой удар кулаком по дереву.
Нужно уезжать и как можно скорее! Слабость снова накатила на меня, но я быстро справилась с легким головокружением, собралась с духом и решительно направилась вниз: в моей голове уже рождался план «побега» из «башни голодного дракона»!
Часть 2. Глава 26
Я смотрел на малышку Кэт, играющую на фортепьяно что-то слишком веселое и задорное для своих поклонников. Мужчины, как и всегда, одаривали ее восхищенными и похотливыми взглядами, а она наслаждалась их вниманием. Изредка она бросала взгляд в мою сторону, хитро улыбалась и посылала мне воздушный поцелуй!
Eй всегда нравилось будить во мне ревность и провоцировать. Но в последнее время я был почти равнодушен к этим играм и сейчас лишь отсалютовал в ответ бокалом вина и послал снисходительную улыбку, вроде как дозволяя ей вытворять все, что душе угодно.
Девушка обиженно поджала губки и демонстративно отвернулась, склонилась над ухом какого-то офицеришки и принялась нашептывать ему что-то пошлое. Судя по восторженной физиономии этого несчастного — он ее новая жертва и совершенно этого не подозревает.
Мое настроение было где-то между «катись оно все к черту» и «хуже уже некуда»! Я начал привыкать к изменам и распущенности Кэтрин: в конце концов, я и сам далеко не святой, и в то же время одна лишь мысль о том, что юная и невинная графиня досталась другому, всю прошедшую неделю не давала мне покоя, вызывая раздражение и злость! В чем причина? Чего такого особенного в этой девчонке? В какой момент я стал одержим идеей сделать ее своей собственностью?