Помню тебя наизусть (СИ)
Ладно, переживу. Вечеринка не может длиться вечно. Сейчас они наорутся, набесятся, устанут и разойдутся по домам. Надо только немного перетерпеть. Совсем чуть-чуть.
…Через два часа от постоянного гуденья басов у меня опять начала трещать голова. Время за полночь, но никто никуда не собирался уходить, наоборот веселье набирало обороты.
Я пыталась сконцентрироваться на учебнике, но ничего не получалось. Буквы прыгали, строчки расползались, прекращаясь в неразборчивую кашу.
— Проклятье! — уткнулась носом в книгу и зажмурилась, с трудом борясь со слезами, подкатывающими к горлу. Снова хотелось разреветься и снова из-за Максима. У меня по его вине в груди уже зияла дыра размером с кулак и было чертовски больно дышать.
Я отшвырнула учебник в сторону и легла на кровать, уткнувшись носом в подушку, потом ударила по ней кулаком, второй раз, третий. Не помогало. Тогда я схватила большие наушники, натянула их на голову и врубила любимую музыку. Бесполезно. Несмолкаемый внешний гул перекрывал все.
— Заткнитесь там! — прокричала во весь голос, но жалкий вопль потонул в общем шуме, — заткнитесь!
Словно в ответ на мои вопли музыка стала еще громче.
— Сволочи, — простонала и спрятала голову под подушку.
Терпение лопнуло через полчаса, когда внизу под всеобщий хохот, что-то разбилось.
Какого хрена, я тут прячусь, пока они громят мой дом?!
Окончательно озверев, я выскочила из комнаты и ринулась вниз, еще не представляя, как буду всех разгонять.
К моему ужасу, народу в доме стало еще больше. Пахло разгулом и дешевыми бабскими духами, а в гостиной творился полный бедлам: упаковки от чипсов, огрызки, разбитая ваза.
«Гости» не обращали на меня никакого внимания. Даже если я сейчас начну их выталкивать за дверь, никто не пошевелится. Им всем насрать и на меня, и на мое недовольство. От злости и беспомощности ладони сами сжимались в кулаки.
Мне нужен Макс! Он должен всех разогнать. Должен!
Я нашла его на крыльце, вместе с остальными. Парни паровозили, он — нет. Спортсмен хренов. На нем откровенно висла Ирка и громче всех смеялась над плоскими шутками. Идиотка.
— Макс! — крикнула, привлекая их внимание.
— О, а вот и Яночка приплыла, — Левина глумливо улыбнулась, — Мы тебе спать мешаем?
В этот момент мне хотелось схватить ее за волосы и хорошенько приложить мордой о перилла. Коза драная. Остальные тоже что-то вякали, но я на них даже не смотрела. Пошли все к черту.
Ершов наблюдал за мной, чуть склонив голову на бок и небрежно улыбался.
— Пойдем, поговорить надо, — я кивнула через плечо.
— Да говори здесь. Все свои, — моментально влез Рыжий.
Я показала ему средний палец и заскочила обратно в дом, надеясь, что «братик» все-таки пойдет следом.
— С дороги! — бесцеремонно расталкивала всех, кто попадался на пути, закипая с каждым мигом все больше. Как же они все меня бесят!
На кухне сидели две незнакомые девки и рассуждали на тему того, что все парни козлы. Я в принципе согласна, но…
— А ну-ка свалили!
— Эй, подруга, полегче, — возмутилась одна из них.
— Я сказала, пошли отсюда на хрен! — хлопнула ладонью по столу, а потом указала на дверь, — живо!
— Истеричка!
Еще нет, но уже близка к этому состоянию. Внутри все гудело, как в трансформаторной будке, даже дышать было больно. Разрываясь на части от гнева, я обернулась, чтобы посмотреть идет ли за мной Ершов, и буквально уткнулась носом ему в грудь.
— Твою мать, — отшатнулась в сторону.
— Как дела? — как ни в чем не бывало поинтересовался Макс.
— Серьезно? Как дела? Максим, ты издеваешься?
Он пожал плечами.
— Ты должен всех разогнать.
— С чего бы это?
— Смотри, что они тут устроили.
— Я же сказал, завтра вызову уборщиков, они все вылижут.
— Да при чем здесь уборщики! Ты права не имел никого сюда звать.
— Да ты что, — он начал медленно надвигаться на меня, вынуждая пятится, отступать, — Напомнить тебе кое-что, милая? Это теперь и мой дом.
Я уперлась задом в кухонный стол, а Ершов продолжал надвигаться.
— Ты не должен был никого звать, — голос срывался, — У нас не принято так. Это не по правилам.
— Мне плевать на твои правила, — он оперся руками по обе стороны от меня, вынуждая отклоняться назад.
— Выпусти меня, — я попыталась его оттолкнуть, но Макс не отпустил. Наоборот, схватил за талию, подтягивая ближе к себе.
— А смысл?
Я уже не чувствовала своих колен. Вообще ничего не чувствовала, кроме электрических разрядов от его рук.
— Не смей меня лапать, — толкнула его в грудь, — Ты…ты здесь никто!
— Продолжай, — ухмылялся он, склоняясь ближе ко мне. В темных глазах полыхал огонь, и плясали демоны.
* * *— Приперся и творишь не пойми что! — я не оставляла попыток вырваться, но Максу было плевать. Он продолжал держать, будто куклу.
— Я просто развлекаюсь. У вас здесь от скуки подохнуть можно.
— Ну, так вали отсюда! Возвращайся в свой Зажопинск! И развлекайся сколько влезет.
— Э, нет. Сам я теперь никуда не уйду. Мне тут только начало нравится, — бесцеремонно запустил руку в мои волосы, обхватил затылок и подтянул к себе.
— Зато мне не нравится!
— Так ты пожалуйся папочке. Может выгонит, — в каждом слове циничная насмешка.
А ведь он именно этого и добивается! Чтобы я окончательно разозлилась, начала капать отцу на мозги и закатывать скандалы. Настя была права, он хочет сорвать свадьбу.
— Я не стану жаловаться.
— А что так? Боишься, что уеду, и тебе станет без меня скучно?
— Да мне вообще плевать, где ты, что ты, с кем-ты!
— Ну-ну, не надо так пенится, а то я подумаю, что тебе не так уж и плевать, — он начал лениво массировать мой затылок. По коже побежали миллионы мурашек, горячей волной устремляясь куда-то вниз. Дыхания совсем не осталось, сил сопротивляться тоже.
Глаза в глаза, так близко. Его губы рядом с моими. Меня начало трясти.
— Что здесь происходит? — на пороге появилась Ирка, разбивая в дребезги тот странный кокон, что сплетался вокруг нас все плотнее.
— Семейные разборки, не обращая внимания, — усмехнулся Макс, и убирая руку, провел большим пальцем по моей щеке, губам.
Я сделала судорожный вздох и отскочила от него.
— Да? — Левина подозрительно щурилась, переводя взгляд, то не меня, то на него.
— Угу, — парень как ни в чем не бывало пожал плечами и подошел к ней, обнял, локтем притягивая к себе, и поцеловал в висок, при этом продолжая смотреть мне прямо в глаза.
Ирка тут же растеклась, но все еще недовольно поджимала губы:
— Пойдем, ребята ждут. Что-то интересное намечается.
— Да? — Ершов вскинул одну бровь, — у меня тоже есть пара интересных задумок. Поможешь?
Столько намеков в одной простой фразе, что меня передергивает. То ли от злости, то от отвращения, то ли от ревности. Они уходят, все так же в обнимку, а я остаюсь на кухне одна. Сердце грохочет, ноги не слушаются, в голове просто эмоциональный апокалипсис.
Он собирается зажиматься с Иркой в моем собственном доме? Не бывать этому!
Забыв обо всем на свете, срываюсь с места, бегу к себе в комнату и хватаю телефон. Жаловаться плохо, но я не позволю ему вот так вытирать об меня ноги. Хочет войны? Пожалуйста.
— Алло, полиция? — кричу в трубку, когда на другом конце провода отвечают, — у меня проблемы.
Да, еще две минуты назад я не хотела жаловаться. Думала справлюсь, перетерплю. Но любому терпению приходит конец. Самой мне не справиться с тем беспределом, что творился внизу.
После звонка меня отпустило. Скоро все закончится. Туго натянутая пружина внутри меня ослабла и перестала вибрировать.
Я даже снова спустилась вниз и, стараясь не морщится, когда натыкалась на очередного ошалевшего гуляку, прошла в гостиную, где шло основное веселье. Макс опять был в центре, рассказывал какую-то историю, а все вокруг с восторгом заглядывали ему в рот и разве что от восторга не писались.