Вне конкуренции (СИ)

- Из-за этого не приехал? – осеняет меня, едва стихает бешеная пульсация в висках.
- Да. Так бы на велосипеде доехал.
Ещё шутить пытается. Приколист.
- Тебя точно не побили? Это никак не связано с криминалом?? С Горовым? С Каюмовым?
- О них можешь больше не переживать. – черты лица жестенеют, и выражение такое, словно два топора метнул. - Они убраны.
- Убраны? – поднимается к горлу паника. - Что это значит??? Убил?!?!
- Ох, Ия… - от его взгляда мгновенно начинает исходить тяжёлая волна.
- Что, Ия?? – взрываюсь, по венам разносится возбудимость. - Я лишилась семьи из-за этого дерьма, Розанов!! И если ты будешь продолжать этим заниматься, я лишусь и будущей… Вот прямо сейчас пообещай мне, что больше не ввяжешься в это! Что порвёшь все связи! Тогда я останусь… и мы будем жить по нормальным законам, не влезая в передряги! Если ты прекратишь и сможешь обеспечить мне безопасность, то я останусь твоей женой, Игнат! Рожу тебе ребёнка и ты сделаешь всё, чтобы он не столкнулся с тем, с чем и я!!! Только так и никак по-другому! Не можешь, не хочешь – я ухожу! Я не хочу любить монстра! И не хочу ничего загадывать, я хочу точно знать, Розанов! Способен ты ради меня измениться или нет?
- Способен. – взбивает воздух надсадным дыханием, склоняясь к моему лицу. - Ради тебя на всё пойду. На всё, Ий…
- Клянёшься? – уворачиваюсь, сначала верну доверие.
- Клянусь. – тянет ко мне руки, приглашая в объятия.
- Я устала бояться, Игнат… - на коже растягивается полотно из мурашек, так желанно оказаться в этих крепких руках. - Я нуждаюсь в свободе и любви!
- Будет. Всё дам! Любовь у тебя уже есть, свободу организую. – сам ощутимо сжимает мои плечи, медленно притягивает до тех пор, пока я носом не вжимаюсь в его подбородок.
И уютно сразу. Нахожу пальцами любимую увесистую цепь на шее мужа, вдавливаю в свою ладонь, её крепость и холод металла успокаивают.
- Игнат? – не сразу, но осмеливаюсь.
- Да, моя красивая. – сухими губами по моему лбу.
- Прости меня, что… - сердце обжигает ударом жгучей вины. - …пожелала тебе одиночества… я так не думаю! Честно! Я желаю тебе только хорошего! И не дам быть одному! У тебя есть я!
- Есть? – без намёка на обиду и разочарование, что я так боялась.
- Есть! – душу любимого в объятиях, перетягиваю шею от переизбытка чувств.
- Ты знаешь чего я хочу. – пережимает ткань у меня на талии. - Прощу, если исправишь свои слова и скажешь правильные.
- Опять вымогает! – нервно смеюсь. – Я… - вдох-выдох. – Я тебя люблю, Розанов!
- Вот теперь правильно! – резко приникает к моим губам и врывается внутрь горячим языком. – Сорвал, наконец, пломбу! Моя маленькая госпожа Розанова! - задыхаюсь, ощущая требовательные касания к груди.
- А ты сможешь? – сомневаясь, что мужу позволит здоровье. В спальню тянет, чертяка!
- Ты сможешь. – коварно ухмыляется и щипает за попу, когда деловито его обхожу.
Приехали!
  
ЭПИЛОГ.
 
ИГНАТ.
Прошло полтора года.
Так получается, что, войдя в дом Акиловых я остаюсь абсолютно незамеченным. Уже порываюсь окликнуть бусинку, как слышу со стороны кухни звон разбивающейся посуды и быстрое бормотание жены:
- Нет-нет, мам! Я сама соберу! Не трогай!!
- Я так волнуюсь! – доносится расстроенное причитание тёти Нелли.
Иду на шум, но торможу за углом, когда слышу:
- Зря, мам! Я видела её мельком, симпатичная женщина, скромная!
Выглядываю одним глазком из-за укрытия. Моя прекрасная тёща мельтешит над столешницей, а любимая жёнушка ползает по полу и собирает осколки салатницы.
Под стулом пропустила, сплетница.
- Не спугнуть бы… - вздыхает мама, укладывая тесто для пирога на противень. – Впервые мой сын приводит в дом женщину! У меня руки трясутся, посмотри! – выпячивает дрожащие пальцы. Ия задирает голову, пристально смотрит, куда её просят и умилительно улыбается.
- Трусиха! – подтрунивает над матерью. – Не испугаешь ты её! Она работает с ветеранами, я успела заценить парочку, когда заходила в центр к Давиду… некоторые из них довольно-таки агрессивные ребята! В России не стали бы церемониться с таким отношением!
 
- Просто здесь понимают, что у любой агрессии есть свои причины и работать надо именно с ними! Люди, видевшие войну и кровь, не всегда справляются с впечатлением от увиденного! Центр Давы как раз направлен на помощь и лечение таким людям! Мэри хороший специалист… многие идут как раз понаслышке!
Довольствуюсь трогательным зрелищем. Мама и дочь тихушничают и перемывают косточки новой пассии Давида. А это он им ещё не сказал, что жениться на ней намерен. Вот празднество будет. Салюты бахать как минимум неделю будут.
А как же? Страх матери, что хромой сын не найдёт своё счастье, открыто читался в её глазах. Только она не знает, что трость Акилова ой как привлекает женскую натуру. Ловеласа как только не хотели приголубить, да ободрить. А он и рад принять помощь. Только Мэри с ним не любезничала. Приходила на работу, здоровалась и в игнор своего работодателя. На Акилова от возмущения ещё больше хромота нападала. Больше полугода к ней клинья подбивал. Когда сумел, поменял своё мировоззрение на сто восемьдесят градусов. Нет больше других. Не нужны. Нашёл уже ту, что заполняет от и до, и даже больше. Сегодня знаменательный день. Друг приведёт девушку в дом, вводить в семью. Я-то с ней знаком, Ия тоже пересекалась, а вот Нелли Тимуровна, как на иголках.
- Игнат Демьянович, вам плохо? – вдруг раздаётся шёпот над ухом.
Вздрагиваю и оборачиваюсь.
- Нет, Рита, я в порядке. – милостиво отвечаю домработнице.
- Просто вы так плечом к стене привалились, даже до кухни не можете дойти! – искренне переживает женщина, выискивая на моём лице страшные симптомы.
- Иду. – отвечаю полуулыбкой и вынужденно выхожу из своего укрытия.
- Дамы. – обозначаю своё присутствие.
Моя принцесса тут же перестаёт намывать свежие ягоды и несётся мне навстречу.
Налетает со всей скорости и притягивает за шею, чтобы поцеловать.
- Отучилась? – вжимаю в себя, вдыхая клубничный запах с её губ.
- Ага! А ещё завтрашние пары перенесли на вечер пятницы! У нас целый свободный день!! – прыгает от радости. – Прокатимся снова?
- Милая, эта машина слишком быстрая для тебя, ты не чувствуешь предел скорости! – опережает меня с ответом тётя Нелли. – Подожди, пока Игнат заменит детали и будешь кататься по городу одна!
Нечего добавить. От сих до сих.
- Я постараюсь не гонять! – и глаза, как две бусинки.
- Без «постараюсь», Ий. – оттягиваю ей кончик носа и продвигаюсь к другой такой же, что любит дарить ласку и поцелуи. – Стабилизирую и сядешь за руль.
- Держи, мой хороший! – вместо поцелуя в щёку подносит к моему рту ложку с йогуртом и свежей клубникой. Смакую обалденный вкус и сам чмокаю маму в висок:
- Ещё.
- Чуть-чуть! – усмехается она, протягивая ещё немного угощения. – Тут уже всё твоя жена подъела!
- Всего пару ложек! – смеётся безобразница и вытирает уголки губ.
- Угу, пару десятков ложек! – сдают её с потрохами. – Ладно, идите домой! Через пару часов жду вас к столу! – дарует нам свободу тётя Нелли и мы с бусинкой сбегаем, как подростки.
- Попалась! – ловлю её за талию, как только выходим из зоны видимости. – Соскучился, не могу… иди сюда. – подкидываю за попу, Ия сразу же скрещивает ноги у меня за спиной, зарывает ногти в моих волосах. – Очень люблю. – жмурюсь от удовольствия, целую её мягкую кожу, провожу языком по впадинке на шее. – Ты тоже переживаешь? – продолжаю путь именно так, неся своё сокровище на руках, благо наш дом совсем рядом.
- Ты про Даву? – и сама же отвечает. – Нет, уже давно перестала! Спокойно на душе! Мне здесь так нравится!
- Мне тоже. – ничуть не обманываю, говорю то, что на сердце. – С каждым днём всё лучше и лучше. – по мышцам шелестит дуновение эйфории, растекается нега.