Нарушая все запреты (СИ)

Зачем ей секрет вот этого?
Она не отвечает. Двигает стакан, сама тоже отворачивается. Смотрит перед собой сквозь предметы вдоль барной стойки.
Конечно же, не улыбается. Отношение демонстрирует…
И самой снова тошно. Потому что противно от осознания: с Гаврилой она играет такую же стерву…
– Ты посмотри, какая хмурая…
Лучшее, что мог бы сделать подошедший человек – это забить. На неё и свои планы. Но он не такой. Комментирует, тянется. Из-за того, что быстро и неожиданно, застает врасплох. Его палец по-обидному задевает кончик Полиного носа. Она дергается, смотрит зло…
– Отвали…
Требует, сощурившись. А он снова улыбается.
– Не отвалишь – выведут под руки. Владелец "Акулы" – мой друг. Или мне сразу отцу позвонить?
Её угрозы не впечатляют сходу так сильно, как хотелось бы. Это – новый повод для злости на себя. Ни на что она не способна.
– А кто у нас отец, прям интересно? Главный мент на районе?
Мужчина снова скользит взглядом по её фигуре. Полине просто мерзко.
Она достает из клатча визитку, протягивает по барной стойке, придерживая пальцем.
Мужчина берет, изучает, хмыкает…
Судя по всему, имя для него не говорящее. Но в следующем, брошенном на неё, взгляде что-то меняется. Он уже думает. Взвешивает типа… Стоит ли подкат возможных проблем.
– Ну смотри… – После чего изрекает. – Надоест киснуть – подходи. Вон там наш столик.
За направлением его взгляда Полина не следит. Впрочем, ей посрать и как гордо мужчина будет ретироваться. Вечер стал ещё хуже. Ещё от большего хочется отмыться.
Зато она теперь точно знает, что Гаврила следом не увязался. Это хорошо… И это больно.
– Всё хорошо? – к ней подходит бармен. Снова улыбается и уточняет. Он милый. Полина откуда-то знает, что если бы мужик настаивал – парень вступился бы. Поэтому улыбается и кивает.
Всё плохо, но плохо – внутри. Снаружи же всё, как всегда…
– Обновить? – он кивает на стакан, Поля думает секунду…
– А можно текилу?
Редко такое пьет, но сейчас хочется.
– Точно? – бармен уточняет с опаской. Полина, ещё раз задумавшись, кивает. Она немного. Просто, чтобы выбросить лишнее из головы…
– Да.
– Сейчас будет.
Парень хлопает по стойке и идет быстрым шагом к подсвеченному стеллажу за своей спиной, а через минуту перед Полей стоит уже стопка.
* * *
Полина действительно вышла через задний. Замерла на мгновение, окинула взглядом…
Зажмурилась, чувствуя, как по телу бегут мурашки. Показалось, что на расстоянии десяти метров, на том же бордюре, та же пара…
Девушка в коротком платье и парень в белой футболке.
Но их там нет.
Их в принципе нет и не будет.
Без шансов.
Полина идет, глядя в экран мобильного. Ей никто не звонил и не писал. Она сама отпишет кому-то из родителей, когда окажется в квартире. Но сначала вызовет такси.
Потом – будет следить, как маленькая машинка сокращает расстояние к определенной точке.
«Время ожидания – десять минут».
Ну и хорошо.
На улице прохладно, а внутри у Полины горячо. Текилы было три. Настроение они не подняли, но действительно немного расслабили. Помогли отсидеть запланированное.
И сейчас передвигаться в сторону нужного места дворами, не озираясь и не трясясь. Потому что… Вообще-то она – трусиха. За себя боится очень. За свой хрупкий псевдоидеальный мир…
Стучит каблуками по асфальту. Вскидывает взгляд на небо, тормозит, как вкопанная, выдыхает внезапное парное облачко…
Изо рта пар, а ногам жарко…
А на небе – звезды. Низкие. Много их…
Сердце сжимается, потому что в голове мысль: а в Любичах этих… Там же, наверное, ещё лучше видно?
Но она не узнает. Черт…
– Папина дочка, притормози на минутку…
Голос сзади пугает знатно. Заставляет обернуться и снова ускориться сердцу. На сей раз – сразу в горле.
По пустому двору навстречу к ней идет тот же не понравившийся в «Акуле» мужчина.
Поля чувствует угрозу. Командует себе: «беги»… И стоит. Чего-то ждет. Считывает его усмешку…
– Не надо подходить.
Предупреждает, выставляя вперед руку. Наверное, ведет себя слишком беспечно. Но если так – позже поймет. Пожалеет тоже позже.
 
Мужчина не притормаживает и даже вид не делает. Как шагал – так и шагает.
В голове Полины новое «беги», и на сей раз она действительно отступает.
Разворачивается, собирается пойти дальше, но не успевает.
Мужчина вцепляется в кисть и дергает назад.
Её разворачивает и вжимает в тело. Он будто в парфюмированной воде искупался. А ещё знатно напился…
Её телефон с грохотом летит на асфальт. Клатч повисает на сгибе локтя. Качаясь, бьет по ногам… На землю падает кошелек, блеск, пудреница...
А его руки едут по спине, сжимают попу через ткань…
– Ты гля, какая… Персик…
Мужчина улыбается, не собираясь отлипать. Мнет, игнорируя попытки Полины оттолкнуть…
– Визитку мне сунула… Сосала, наверное, когда-то… Вот тебе визитку и оставил. А меня за дурака держишь…
Вместо хоть какого-то вменяемого ответа, из грудной клетки Полины внезапно вырывается всхлип.
Она снова оттолкнуть пытается, но не выходит.
Мужчина только сильнее вжимает в себя. Тянется губами к коже. Пытается задрать платье, лапает уже под ним…
С плеча Полины слетает бретелька... Она ненавидит чертово платье.
Кричать надо – Поля знает. Тут же окна. Тут же люди…
Но даже это не так просто…
– Сука…
Обращение и удар прилетают сбоку.
Мужчине прямо по виску. Явно неожиданно, потому что этот руки отпускает.
Поля отпрыгивает, зажимает рот руками.
Её трясет. Зависла будто. А в это время…
– Ты куда полез, а? – Гаврила пинает ногами упавшего человека. Тот группироваться пытается – о сопротивлении речи нет. Но Гаврила не дает.
Он без пиджака и снова с подвернутыми рукавами белой рубашки.
Он наклоняется, сжимает пальцами лицо, смотрит в него…
На нем кровь… Разбита губа и нос. Мужик сплевывает…
– Ты кого тронул? – и на вопросы явно не ответит. Смотрит с ненавистью, дышит часто…
– Твоя, брат, что ли?
– Не твоя, блять, сука…
Только Гаврила ему не брат. Отталкивает лицо. Ему не жалко, что несостоявшийся герой-любовник бьется затылком о бордюр. Пытается ухватиться за него, получает удар в раскрытую брюшину…
– В машину, Поль, пожалуйста… Там же, где высадил…
Пока тот стонет, Гаврила выпрямляется. Он тяжело дышит и так же смотрит. А Полю будто взглядом обтекает.
Сердце сжимается. Это он чтобы не ранить.
Гаврила бросает ключи, она их ловит.
Приказывает – она кивает.
Подбирает свои вещи с земли. Бьется об асфальт коленом...
Слыша звуки, которые не собираются прекращаться, поднимается, отворачивается и идет…
Жмурится ненадолго…
– В бога веришь? Молись, сука…
Ускоряет шаг…
* * *
Гаврила обращался не к Поле, но, сев в машину, молиться взялась она.
В жизни не делала этого, а тут… Господи…
Она смотрела на свои трясущиеся руки и хотела одного, чтобы Гаврила побыстрее тоже оказался здесь. Чтобы не убил хотя бы… Чтобы чуточку меньше её вины перед ним.
Потому что виновата. Потому что дура. Потому что страшно думать, что случилось бы, прислушайся он к истеричным Полиным требованиям.
Полина вздрагивает, слыша щелчок со стороны водительской двери. Он открывает дверь и садится рядом.
Девушка, которая просто по наитию села на переднее, а не как всегда – назад, смотрит на легшие поверх руля руки.
Костяшки в крови. Разодраны… На рукавах рубашки тоже брызги…
В машине тихо. Гаврила дышит поверхностно и часто. А Поля замерла зайцем. Её будто плитой накрыло…
– Прости…
Она шепчет, вскидывая взгляд на его профиль. Искренне говорит. Чувствует себя неискупимо виноватой.
Её дрожь усиливается с каждой секундой его молчания.