Зазеркалье для Лины (СИ)

Мда… это я рано решила, что хоть один нормальный! Маньяки, как один! Поголовно!
Братья вздохнули.
— Что пишет хоть? — спросил Рей.
Бальте аккуратно поднял самолетик и развернул лист:
— «Спасибо!»- прочитал он.
— Вежливая какая…
— Видимо, вьёльт вкусный попался…Ты не пробовал их, кстати? — спросил Гиён.
— Как-то не приходилось. Но, говорят, есть настоящие поклонники этого деликатеса. Он достаточно дорогой, между прочим…
— Да, губа не дура у нашей Сущности…
Котенок на моих руках вздрогнул.
— Тише-тише, мой хороший! — ласково успокаивала я пушистика- Я не дам тебя съесть!
Сиреневое счастье на моих руках потихоньку засыпало. А я скрипела зубами:
— Я вам покажу кровожадную суЧность… Котят они там жрать собрались… Служанок разделывать! Ничего! Вы хотели контакта? Вы его получите! — шипела я, стараясь не разбудить вьёльта. В душе зрел план.
Глава 11
Все-таки быть женщиной- это ужас как сложно! До десяти смен настроения за пять минут- тут не каждый выдержит! Вот я, например: сперва плевалась от ярости, полчаса спустя уже млела от благодарности и желания зацеловать за прекрасный подарок, а еще пять минут спустя вынашиваю в душе безжалостный план мести! И это у меня еще даже не ПМС!
Итак, за что мстить первым делом? О! Все меркнет перед ритуалом призыва с моим вьёльтом в качестве жертвы! Значит, сперва за это.
Удостоверившись, что Фиалочка крепко спит, свернувшись маленьким комочком на моей кровати, я пулей метнулась в соседний супермаркет. Какое счастье, что магазин работает круглосуточно! Месть обошлась в копеечку, скажу я вам. Но оно того стоило! А заодно вкусняшек своему новому питомцу прикупила. И кошачий туалет с наполнителем. Эх, небыло забот-то…
Дальше в помощь мне пришел интернет. Знаете, что можно найти сегодня в интернете? Абсолютно все! Главное- уметь искать. Ну, и было бы желание, конечно. А желание у меня было. Еще и какое!
Часы показывали уже пол-первого ночи, когда я, наконец, решила, что можно начинать. К этому моменту, слуги успели привести кабинет Гиёна в надлежащий вид- продукты, кристаллы и свечи убрали, оттерли с пола мел и натекший воск. Шелковый ковер был аккуратно уложен на место. Кругом царили покой и чистота.
«Но это не надолго!»-коварно подумала я и смело махнула через грань зазеркалья.
Кряхтя и попискивая, я заново свернула и оттащила к стенке ковер. Повытаскивала из напольных канделябров массивные свечи и принялась творить искусство.
Моя пентаграмма, не в пример творчеству Бальте, получалась кривой и неровной. Приходилось несколько раз стирать линии и начинать заново. Тусклый свет моего телефона, с фотографии на экране которого я перерисовывала знаки, робко разгонял сумрак кабинета, добавляя происходящему некой мистики. Процесс зарисовки занял у меня аж сорок минут! Навыка- то нет!
«Но я справлюсь!»- плотоядно улыбаясь, пообещала я сама себе.
Дальше, я кропотливо расставляла свечи. Получилось даже красиво! Прямо как на картинке!
А потом я сходила на свою сторону зеркала, открыла холодильник и достала четыре килограмма свежей, парной, телячьей печени, купленной только что в супермаркете. Кровищи с нее как раз натекло! Аж пол мешка!
В середине двадцатого века был такой известный американский художник- Пол Джексон Поллок. Он творил в стиле абстрактного экспрессионизма, если вам это о чем-то скажет. И, например, его картина «Выгляди как обезьяна», написанная в одна тысяча девятьсот пятьдесят втором году, была продана аж за, рекордные для того времени, два миллиона долларов! Именно он считается автором техники разбрызгивания-дриппинга, которая так и называется: «техника Джексона Поллока».
Так вот я ее сейчас усовершенствовала! И моя работа «Кабинет Гиёна» могла бы заработать гораздо больше!
Кровища была повсюду! Я равномерно забрызгала стекла и окна, размазала кровь по зеркалу, покрыла кровавой дорожкой поверхность секретера. Прямо куском печени «помыла пол» вокруг пентаграммы, а остальные куски красиво выложила в самом в центре шестиконечной звезды, сверху вылив остатки крови. И, чуть ниже, кровью же написала: «Спасибо еще раз! А это тебе- кушай с удовольствием, не обляпайся!»
 
После, с чувством выполненного долга, вытерла руки о портьеры, оглядела поле своей деятельности, зажгла свечи, и… за стеной раздался грохот и крик, полный боли!
Я молниеносно сиганула в зеркало, на ходу откидывая в сторону грязный пакет и снимая кольцо. Едва я успела сменить настройки артефакта, как в кабинет, взъерошенный и злой, ввалился… Бальте?!
Я смотрела, открыв рот, не в силах поверить тому, что я вижу! Не смея пошевелиться и издать хоть писк! Страх затопил мое сознание так, что даже Внутренняя Фанатка не издала ни звука, хотя наш идеал стоял прямо перед нами, причем в одних…эээ… назовем это стрингами! Ошметки штанов на его ногах мало о чем еще могли напоминать.
Могучий бронзовый торс, стройные мускулистые ноги, крепкие мужские ягодицы и…длинный тонкий хвост с кисточкой на конце, который сейчас, подобно хлысту, с остервенением бил пол по обе стороны от взбешенного демона! Черты лица Бальте исказились, проявив животное начало. Подбородок выдавался вперед, четким квадратом. Надбровные дуги нависали над пылающими алым огнем глазами, а выше, из падающей на лоб непослушной челки, взвивались вверх могучие загнутые рога, перевитые золотом рельефных наростов.
Демон в гневе замер в дверях своего кабинета и принюхался, трепеща крыльями носа. Сделал шаг в сторону пентаграммы и, вдруг, выгнулся назад в спине, издавав такой оглушительный, полный ярости рев, что я задрожала куда сильнее, чем стекла окон в его замке.
Со стороны коридора раздался топот множества ног и в открытую дверь первым влетел Рей, одетый, все-таки, чуть скромнее.
«По крайней мере, на нем есть кальсоны»- почему-то обрадовалась я. Знать бы еще чему тут было радоваться.
Остальная толпа посетителей остановилась, словно налетев на стену, стоило им увидеть своего Гиёна, и едва переступив порог его кабинета.
— Бальте- тихо и вкрадчиво начал Рей, медленно подступая к нему.
Демон резко обернулся, уставившись на брата глазами, полными ненависти. Ноздри его опять затрепетали:
— В ноги! — рявкнул он, снова заставляя дрожать окна.
Толпа безоговорочно пала ниц. Рей молча встал на колени, опустив голову:
— Пред твоей волей, Бальтезар! — тихо проговорил он- Позволь служить тебе, мой Гиён!
Демон захлебывался яростью. Было видно, что он сдерживает себя из последних сил:
— Кто посмел! — пророкотал он, кивая головой на пентаграмму- Кто посмел призвать меня?!
— Мне нужно посмотреть, чтобы понять, мой Гиён- не поднимая головы тихо и медленно уточнил Рей.
Словно борясь с самим собой, тяжело дыша, демон кивнул, не сводя плотоядного взгляда с брата.
Так и не поднимаясь с колен, мужчина преодолел пространство до рисунка и одним взмахом руки погасил и отшвырнул в сторону ближайшие свечи, стирая ладонью грань пентаграммы.
Тело Бальте вздрогнуло. Он внезапно согнулся, словно в приступе боли, и осел на пол, тяжело дыша. Рога медленно таяли над его головой. Когти на пальцах, до побелевших костяшек впившихся в половицы паркета, втягивались внутрь.
Толпа в дверях испустила вздох облегчения. Рей метнулся к брату, обняв его за плечи:
— Все хорошо, Бальте. Это я…
— Что нибудь нужно, господин? — все еще стоя на коленях дрожащим голосом спросил мажордом, которого я ранее не признала в этой длинной ночной рубашке и колпаке.
— Пусть подадут горячий чай, Романьи. И успокой домашних. Все свободны, ложитесь спать! — не отрываясь от брата, отдал указания Рей.
Челядь, постоянно кланяясь, быстро покинула кабинет.
— Мамочки мои, что это было-то! — прикрывая в ужасе рот пальцами, прошептала я на своей стороне.
Бальте медленно приходил в себя. Дыхание его выравнивалось, дрожь, сотрясающая его тело, постепенно угасала.