Виконт. Книга 1. Второе рождение (СИ)

Вот только кого попросить? В связи с тем, что я был местным анфан терриблем, ко мне в гости практически не заходили, вон, даже биологический отец был всего один раз — когда меня маг лечил, и больше я его не видел. Единственная, кто со мной общался регулярно, была Фили, и то ее интерес был скорее служебным — она ухаживала за лежачим больным. Ну а что прихватывала кусочек секса — так это ей бонус. Нет, пора выздоравливать и насладиться простой жизнью средневекового аристократа.
Ага, введение. Что тут у нас пишут? Вот оно как! Магия, оказывается, была дана нам Древними, потом Первый маг Ярсгар дал ее людям, и тогда наступила эпоха относительного процветания. Весьма относительного, как я бы сказал. Вот откуда сюрреалистическая смесь эпох, в которой одновременно существовало то, что соответствовало разным ступеням развития и научно-технического прогресса. Точнее, регресса.
Бегло прочитав по диагонали пространные размышления о мироздании, я переключился на книгу. Ну в принципе написана неплохо, и все по порядку. Сначала про то, откуда берется Сила, и чем ее измерить. Сила есть везде, и, насколько я могу подозревать, в этом мире изменены физические константы, типа массы покоя электрона и прочее, и прочее… Короче, маг может менять реальность, используя модификаторы, которые и представляют собой эти самые плетения. Ну и дальше пощло-поехало…
От книжки через пару часов меня отвлекла Фили.
— Господин, не желаете принять ванну?
— Ванну? — сдвинул брови я. И заодно попытался применить магический взгляд, позволяющий видеть ауру — его описание шло первым делом. Измерительный прибор все-таки, надо уметь видеть, что ты делаешь. А то так и до беды недолго, все равно, что махать отверткой перед оголенными проводами зажмурившись. Может и стукнуть.
О, да Фили понятно, зачем пришла — ярко светились чакры на груди и в паху, прямо-таки астральное мини-бикини. У девки прям звиздочес какой-то, всегда готова к труду и обороне.
— Только вот маленькая проблема, — продолжил я. — Как бы хожу я пока очень плохо. Ванну сюда прикатишь или меня на себе потащишь?
— Ну по вашему состоянию, — хихикнула она, — сразу и не скажешь.
— Это другое, — ответил я. — С таким же успехом ты можешь делать приседания на огуречной грядке. А вот всего меня поставить в вертикальное положение труднее.
— Это дело поправимое.
С этими словами служанка выскочила за дверь, а через пару секунд раздался грохот, как будто по деревянному полу катили деревянную же бочку.
— Вот! — гордо сказала она, а у меня отпала челюсть, больно ударившись о пол.
Больше всего эта деревянная хрень напоминала стул с подлокотниками, а по бокам у него были самые натуральные колеса со спицами, чуть поменьше тележных. Блин, да это же местное аутентичное инвалидное кресло!
— Осталось от старого графа. Я его почистила, отмыла, в порядок привела, — гордо заявила Фили.
— А что, годится! — озвучил я свое замешательство.
В самом деле, кресло драгоценного дедули, которого я ни хрена и не знал, мир его праху, доверия особого не внушало. Рассохлось, наверное, вон трещины небольшие видны. И кожаная обивка сиденья и колес тоже была в плохом состоянии. Так что выбор у меня был небольшой — либо продолжать вонять, либо проехаться на этом пыточном инструменте до ванны, где бы она не была. Ладно, выбираем вариант два.
— Надеюсь, дедуля под себя не ходил? — осведомился я перед тем, как аккуратно усесться на не вызывающее доверия сиденье.
— Как когда, — хихикнула Фили.
— Ну спасибо, успокоила, — сказал я. — Только старческого дерьма на сиденье мне не хватало.
— Да оно чистое было. Пошутила я.
— Ой, смотри! — я, прищурившись, погрозил ей пальцем.
— А то что, накажете? — промурлыкала она, потершись своим интимным местом о лежавшую на подлокотнике мою руку.
Вот блин! Если бы не простыня, в которую я предусмотрительно завернулся, встречным бы грозила нешуточная опасность получить по голове негабаритным грузом, как стрелой подъемного крана.
— Меру твоей вины и соответствующее наказание определим после того, как я приму ванну, — сказал я, впрочем, не убирая руку.
 
— Я согласна! — чертовка была довольна до соплей. Ну или до чего другого.
— Ну тогда поехали, чего ждешь? — прикрикнул на нее я.
— Да, мой господин!
Ну а дальше начался аттракцион в стиле американских — сами американцы называют их русскими — горок. Нет, не в смысле крутых виражей и разворотов. Когда-то в детстве, когда еще были популярны луна-парки, я катался на одной такой горке. Один раз. И все. Дело не в острых ощущениях, я даже в воздухе при парашютной акробатике не теряюсь, а там они куда острее. Дело в самой конструкции. Когда вагончик поворачивал почти под девяносто градусов, и я видел, как играет на соплях изношенная годами конструкция и болтаются недовинченные болты, вот тогда я и испытал ужас, что вот-вот эта херня рассыплется и я улечу вниз с высоты пятого этажа. Больше ноги моей не было на подобных аттракционах, да мне и так их по жизни хватало. Ну что поделаешь, профессиональная деформация. Не будешь же в реальной жизни делать то, о чем иногда вспоминаешь с ужасом? Адреналиновых наркоманов, зазря рискующих жизнью, у нас не держат. Мы — товар штучный, даже более чем, и впустую тратить безумные деньги на подготовку государство не будет. Так что подвиги Бонда в реальной жизни — чушь, как и книги про него. В работе такой агент спалился бы за полдня, не то, что все остальное. Это только в книгах шпион бодро убегает по крышам, стреляя из пистолета, и удирает от погони на машине. В реальной работе такое происходит только один раз — когда на тебя вышли и пытаются взять живым. А это все, конец.
Собственно, я отвлекся. Так вот, про русские горки. Кресло, в котором бодро рассекал в свое время старпер, немилосердно скрипело, вихляло, перестукивая на стыках плит замкового пола, и я с тем самым полузабытым ужасом ждал, когда же, наконец, оно треснет у меня под задницей или отвалятся колеса. Но нет, оно, однако, выдержало.
Так что, когда Фили наконец вкатила меня в купальню, я слегка расслабился. Именно купальню — а неплохо тут с удобствами!
Обещанная «ванна», которую я согласился принять, оказалась довольно большим круглым бассейном в полу, выложенным каменными плитами. Конечно, в таком не поплаваешь, не олимпийский и даже не огромный американский в богатых дворах, но все же…
— Ну что, мой господин, вам помочь? — Фили подкатила кресло почти к самому бортику.
— Не надо, я сам, — я аккуратно выбрался из кресла, борясь с желанием сигануть с бортика. Куда там…
Я мужественно переборол непристойное желание сверкнуть ягодицами в прыжке и медленно, как старый дед, спустился по каменной лесенке в бассейн. Как здорово! Обожаю воду. Особенно теплую и не до предела хлорированную, а лучше морскую. И чтобы без боевых пловцов в ней. Помню, как инструктор, служивший когда-то в ПДСС, показывал нам приемы боя в воде. Слава богу, тут бороться было не с кем, разве что с инфузориями в туфельках, резвившихся в воде. Хотя, если тут явно магический разогрев — вон, даже вижу, как к бассейну под плитами пола идет белый силовой жгут толщиной в мою руку, и охватывает более тонкими силовыми линиями купальню — то тут, наверное, и магическая хлорка присутствует.
Фили хихикнула, смотря на меня сверху вниз.
— А ты что там делаешь? — строго спросил я у нее. — Как ты собираешься помочь господину намылить спинку.
— Вот так, — ответила она, и быстро стянула с себя платье, оказавшись вообще без ничего.
Я сглотнул. Да, теперь можно ее лучше разглядеть — это не полумрак спальни, и я не лежу. Эти маленькие круглые грудки, круглый животик, стройные ноги без намека на средневековый рахит, да и все остальное…
— Иди сюда, — хрипло сказал я.
— С превеликим удовольствием, мой господин, — кокетливо сказала она, и начала медленно, очень медленно, дразня меня, спускаться по короткой, в пять ступенек, каменной лестнице. Пока она сошла вниз, дразнясь своим сокровищем, я уже был готов грызть каменный бортик бассейна.