Химера (СИ)
— Есть такое… Он встречался с молодым парнем. Разговор записать не удалось. Каюсь, не подготовились. Но несколько снимков с неудачных ракурсов сделать сумели. По ходу беседы был чем-то взбешен, что для него несвойственно. После встречи вернулся домой.
— Что известно про собеседника?
— Некий Владимир Ветров. Предположительно, восемьдесят третьего года рождения.
— Что значит «предположительно»? Вы не навели справки? — перебил генерал Еремина и вновь пригвоздил его взглядом к спинке кресла.
— Да нет, навели… В восьмом году потерял память, которая, несмотря на все усилия врачей, так и не вернулась. Родственников или знакомых не нашли. В паспорте Ветров указал эту дату рождения. К уголовной и административной ответственности не привлекался. Сведений в наших базах данных не обнаружено. Безработный. За ним установили наблюдение. Чем он привлек внимание Рихтера, сказать не могу, — доложил Олег Степанович и выложил пачку цветных фотографий на дубовый стол.
Юдин протянул руку и раскрыл кулак, на что Теркин незамедлительно отреагировал: схватил стопку фото и вложил в ладонь генералу. Он мельком взглянул на несколько снимков и отправил их к серебряной фигурке Улитки. Собеседника Рихтера он видел впервые — в этом Алексей был уверен.
— Если контакты не возобновятся — через пару дней снять наблюдение с объекта. У нас и так людей не хватает. И попробуйте хоть что-то выяснить о встрече через Надежду, только осторожно.
— Будет сделано, Алексей Борисович! У меня на сегодня все, — отрапортовал Еремин и теперь сидел, перестукивая пальцами по столу.
Генерал некоторое время отрешенно смотрел на входную дверь, за которой слышался стук каблуков. Затем включил монитор и переключился на него. Сотрудники неподвижно сидели и не задавали глупых вопросов. Они знали, чем может обернуться не вовремя сказанная фраза. Юдину никогда не стоит мешать… Себе дороже…
— Что у вас нового, товарищ майор? — обратился Юдин через пару минут к юноше, который сидел дальше всех от него. — Скрывать не буду, в основном меня интересует объект номер один в Москве.
Судя по виду парня, он успел заскучать и проводил время за отслеживанием траектории мухи, летающей под потолком. Майор Семен Примаков — самый молодой офицер в Управлении. Попал сюда из опытного силового подразделения России — бывшей группы «А» Седьмого управления КГБ СССР, больше известной под названием «Альфа». Он побывал во многих горячих точках. Неоднократно участвовал в спецоперациях по предотвращению терактов и освобождению заложников.
В ходе одной из таких операций проявил неординарные способности. В селе Толстой-Юрт они брали Масхадова, скрывающегося в подземном бункере под домом родственников.
Сослуживцы рассказывали, что Семен забрался в первых рядах в разрушенный взрывами дом. Тут же попал под шквальный огонь автоматной очереди боевиков. С нереальной ловкостью и молниеносной быстротой уничтожил без единого выстрела большинство наемников. Расплываясь в движении и орудуя штык-ножом не хуже мясорубки, он разбрасывал вокруг себя куски человеческого мяса и заливал стены кровавыми брызгами. Шесть ничего не понявших террористов с застывшим в глазах ужасом и всего восемь секунд нереального боя. Ни одной царапины на теле Примакова. Прошедшие огонь и воду бойцы «Альфа» были в шоке от увиденного. Как говорится, волосы на их головах зашевелились, и кровь в жилах заледенела.
За выдающуюся храбрость капитана представили к присвоению очередного звания и с наилучшими рекомендациями направили в Управление. Генерал до сих пор помнил их первую встречу. В тот день дверь кабинета открыл невысокий и щуплый молодой человек. Неуверенными осторожными шагами приблизился к нему и протянул документы. Тогда Юдин устроил ему проверку. Выставил против Семена лучших профессионалов из группы захвата. Они на две головы были выше майора: и по физическим данным, и по уровню подготовки. Фантастическое преображение в бою завораживало. Точные и безошибочные движения. Невероятная скорость — за гранью восприятия. Примаков раз за разом отправлял на маты бойцов, пропитанных яростью и транквилизаторами, словно неопытных детишек. Он не дал им ни единого шанса. В зале тогда установилась зловещая тишина, и вопросов больше ни у кого не возникало, даже у Алексея.
— Проблем пока нет, все идет по намеченному плану, — ответил Примаков, пригубив воды из стакана.
— Конкретнее.
— Операция прошла достаточно успешно. Правда, пришлось пожертвовать тремя нашими людьми, но они знали, на что идут. Семьям выплатят достойную компенсацию. Объект невероятно силен для своего возраста, но все-таки пришлось немного ему подыграть, отправляя группу без оружия. Автомобиль после операции вывезли за город и уничтожили. Улики для следственной бригады подчищены. Лишнее развеяно через крематорий. Свидетелей уже нет.
— Что с объектом? — уточнил генерал.
— С ним все в порядке. Как вы и предполагали, незамедлительно воспользовался услугами Бонзо. Определить сейчас его местоположение невозможно. Вероятнее всего, он на острове Пасха.
— Как дела со связным?
— Готов к плодотворному сотрудничеству. Деньги работают не хуже артефакта — любого могут уговорить. В настоящее время агент ожидает выхода на связь. Обо всех движениях и новых контактах докладывает регулярно, — закончил Примаков.
— Молодец, Семен, порадовал, — похвалил майора генерал. — Если появится новая информация, сообщай мне лично. В любое время дня и ночи.
— Есть, товарищ генерал!
— Уверен, что связной не предаст? Он ведь был всегда верен объекту? — поразмыслив, спросил Юдин.
— Доверия нет, но и выбора тоже. По-другому нам не подобраться, — парировал Семен.
— Ты прав… Прав, как никогда…
Генерал несколько минут просидел молча. Потом залпом допил холодный кофе и тотчас распорядился:
— Все свободны.
* * *Не создавая лишнего шума, офицеры покинули кабинет, хлопнув на прощание тяжелыми дверьми.
Юдин нажал какую-то кнопку под столешницей и через несколько секунд стена за его спиной растворилась, став полностью прозрачной. Теперь там было панорамное окно от пола до потолка. Генерал встал с кресла и подошел к мокрому стеклу. Снаружи шел дождь, с громом и вспышками зигзагообразных молний. Алексей посмотрел на свое призрачное отражение и устремил взгляд сквозь него.
Внизу виднелись вьющиеся изгибы черных дорог и силуэты крыш многоэтажек из серого бетона. Внутри их дворов проглядывались обнаженные деревья, тянущие к хмурому ноябрьскому небу кривые ветви. Листья на них уже давно облетели и теперь догнивали свой век здесь же, в мерзкой черной грязи. Город за окном с такой высоты казался безлюдным и унылым…
«Еще слишком красиво…» — с сожалением подумал Алексей и вернулся в кресло.
Генерал подошел к столу, достал из ящика стола пакетик, раскрыл и вытащил из него серебряную фигурку. Его ладонь обожгло холодом металла, и знакомое, ни с чем несравнимое покалывание наполнило каждую клетку уцелевшей левой руки. Он поежился, ощутив предательские ледяные мурашки, табуном пробежавшие по спине. Генерал мысленно отключил болевые рецепторы и сосредоточил внимание на Улитке. Словно по мановению волшебного жезла, артефакт распустился ярко-синим цветком пламени, напоминающим газовую конфорку. Магический огонь с силой неодимового магнита притягивал взгляд, не давая отвести его ни на секунду. Пламя околдовало и парализовало волю к сопротивлению. Оно обжигало кожу на руке, но он не обращал на это никакого внимания.
— Дорогостоящая зажигалка-безделушка ценою в сотни… Нет… Тысячи невинных жизней. Она трепетно хранит неизведанные тайны уже целую вечность, — произнес он в пустоту кабинета невидимому собеседнику.
Переполняющие голову фантастические и почти нереальные мысли блуждали по просторам обостренного рассудка. Они терзали разум и сводили на нет легкую эйфорию от обладания предметом. Генерал раз за разом прокручивал сегодняшнюю встречу, но так и не сумел выловить из творящегося в голове хаоса хоть что-то полезное. Интуитивно он понимал: от него ускользает нечто действительно важное. Только что?