Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)
— Буду вам очень признательна.
— Значит, ты будешь в игровой только завтра? — спросила Шарлотта, глядя на меня щенячьими глазами, после того как мои планы на завтра были предрешены. Я заколебалась, вспомнив, как ей было грустно из-за того, что она видела меня только во время упражнений в жертвенном танце и за ужином.
— …Скорей всего. Я намереваюсь, по крайней мере, заглянуть, чтобы поздороваться со всеми там собравшимися детьми, но у меня и вправду не так много времени, чтобы восполнить все пропущенное за эти два года.
Видя на Церемонии Дарения, как сильно подросли дети моего возраста, я болезненно осознала, что меня ожидает не только слегка ущемленное самолюбие и самооценка но и другие опасности. Не было никаких сомнений в том, что меня будут высмеивать и презирать за то, что я все еще выгляжу столь недоразвито для своего возраста, так что самое меньшее, что я могла сделать, это убедиться, что я не окажусь в отстающих по учебе. В конце концов, для того, чтобы поднять оценку Эренфеста, мне сначала нужно будет самой получить отличные оценки. Попытка продвинуть мои методы учебы без доказательств их эффективности только вызовет у людей неприятие и насмешку.
Не говоря уже о том, что получение хороших оценок является обязательным условием для доступа в библиотеку…
Как только я разберусь, в каком состоянии находится игровая комната, посвящу как можно больше времени своим занятиям.
— Я понимаю, что ты чувствуешь, сестра. В таком случае, могу ли я попросить тебя подготовить награды, которые будут розданы детям завтра? Есть много тех, кто с нетерпением ждал, чтобы снова испытать вкус ваших сладостей.
— Конечно. Я позабочусь, чтобы они были приготовлены, — ответила я с ободряющей улыбкой. У меня совершенно вылетело из головы, что это повара Шарлотты и Вильфрида готовили сладости, которые давали в награду в течение последних двух лет, так что я забыла приказать приготовить что-нибудь по своим рецептам.
Фух, слава богам, что мне напомнили об этом… Как хорошо, что Шарлотта сделала это.
Но теперь, когда я об этом начала размышлять, на приготовление конфет уйдет много денег. Сахар был очень дорог, и хотя всегда можно было использовать в качестве более дешевой альтернативы мед, расходы, несомненно, вырастут, если мои сладости будут готовиться каждый день. Лично у меня хватило бы на это денег, но я явно должна узнать, как в мое отсутствие они умудрились позволить себе это.
Наверное, это очень странно прозвучит спросить, во сколько им все это обошлось, а затем предложить возместить им траты….Но ведь это я все это начала, и выходит, что это я виновата в том, что им пришлось продолжать этот обычай в мое отсутствие.
Я задумалась о том, как это сделать, и Вильфрид прищурил свои темно-зеленые глаза.
— Дай-ка угадаю, Розмайн, — ты снова собираешься нести расходы за игровую комнату в одиночку, не так ли?
— Да. Я ввела нынешние обычаи игровой комнаты по своей прихоти, и хотя, пока я спала, ничего с этим поделать было нельзя, я не могу позволить вам обоим продолжать нести это бремя, — сказала я, заставив Шарлотту поджать губы и впиться в меня недовольным взглядом своих ярко синих глаз. Вид моей милой сестры, бросившей на меня укоризненный взгляд такой силы, потряс меня до глубины души.
— Сестра, неужели ты действительно должна брать на себя еще и эту заботу, когда ты и так уже столь занята своими собственными делами? Не говоря уже о том, что отец сказал, что это долг всех его детей правильно воспитывать детей в игровой комнате и тем самым улучшать будущие оценки Эренфеста, не так ли?
— Я… я полагаю, что так…
Шарлотта придвинулась ближе, заставив меня медленно поднять голову, чтобы посмотреть в её улыбающееся напряженной улыбкой лицо, находящееся теперь чуть более выше чем мое. Моя младшая сестра доминировала надо мной, и когда я заколебалась, меня по плечу дружески похлопал Вильфрид.
— Другими словами, это наша работа быть главными в игровой комнате. Ты не можешь тащить все это сама. Мы будем считаться бесполезными неумехами, если оставим все это на тебя, а ты ведь достаточно умна, чтобы понять, что это значит, да?
Они оба пытались выполнять эти свои обязанности как и положено детям эрцгерцога, считая меня равной себе. И по этой причине для меня было лучше всего выяснить, в чем они наиболее умелы, а затем передоверить им соответствующие направления.
— Очень хорошо. Завтра, на основе того, что я увижу, я решу, что вам стоит доверить, — предложила я.
Глаза Вильфрида тут же засверкали. Он погладил меня по голове, гордо выпятив грудь.
— Угу. Но сейчас тебе лучше пойти и отдохнуть. Завтра тебе придется непросто.
— Да, мы бы не хотели, чтобы ты снова упала в обморок, — согласилась Шарлотта. Выражение её лица, казалось, тоже стало намного светлее, без сомнения, признак того, что она была счастлива, что я доверяю ей настолько, чтобы разделить с ней заботу о игровой комнате.
Ну, пока они оба хотят работать…подумала я, вставая и направляясь к двери, чтобы выйти из обеденного зала.
— Розмайн.
— Да, Фердинанд? — спросила я, оборачиваясь к нему.
— Твое тело нуждается в отдыхе, но ум все еще способен полноценно работать. Находясь в постели прочитай тексты, которые я передал тебе.
— С радостью.
Я вернулась в свою комнату, приняла ванну и переоделась с помощью Рихарды и Оттилии, затем забралась в постель. На соседнем столе стояла короба с учебными материалами, которые мне нужно было прочитать.
— Боги мои, Фердинанд вас совсем не жалеет, не так ли? Если он действительно хочет, чтобы вы отдохнули, он должен был запретить Вам читать в постели, — сказала Рихарда, даже не пытаясь скрыть свой гнев и недовольство.
Я же просто вздохнула с облегчением, когда достала книгу из короба и раскрыла её на кровати. Как бы я ни ценила внимание Рихарды, больше всего на свете я наслаждалась чтением. В тот момент, когда он наказал мне продолжить чтение в кровати, Фердинанд показался мне самым настоящим богом, не менее.
— К сожалению, мне просто необходимо узнать очень многое, прежде чем я отправлюсь в Королевскую академию, — сказала я. — У меня нет другого выбора, кроме как прочитать эти
тексты. А, вот оно.
Рихарда была раздражена тем, что Фердинанд дал мне работу, несмотря на то, что сам же и велел отдыхать, но я догадывалась, что все знали, что он просто защищает меня от других дворян. Два года моего пребывания в юрэ́вэ означали, что я совсем не выросла, что заставляло других дворян смотреть на меня с любопытством, презрением и чем угодно еще, но только не дружелюбием. Несмотря на то, что я была готова ко всему этому, пристальные взгляды и шепот были более интенсивными, чем я ожидала, заставляя меня мгновенно растратить все терпение. Вильфрид и Шарлотта защищали меня, но даже так, находиться в большом зале было утомительно и неприятно.
На следующий день я отправилась в зимнюю игровую комнату, а Рихарда и Оттилия несли сладости, приготовленные Эллой. Слуги уже сегодня начнут отбывать в Королевскую академию, и Хьюго был среди первой волны слуг и должен был начать обживать кухню моего будущего общежития. Я велела ему позаботиться о безопасности Эллы и подготовить для неё хорошую комнату. Я не хотела отправлять молодую женщину, как Элла, куда-то, где я не могла её самолично защитить, поэтому она отправится в Королевскую академию со мной.
Разумеется, туда направлялись не только повара. Студенты тоже направлялись в Королевскую академию. Поскольку Ангелика сейчас была на последнем курсе, она тоже уезжала сегодня, оставив охранять меня только Дамуэля и Корнелиуса.
— Корнелиус, ты ведь завтра отправляешься в Королевскую академию?
— Да. Старшие студенты прибывают в общежитие первыми и готовят его к приходу младших.
Пока Дамуэль и Корнелиус рассказывали мне о общежитии и церемонии приема, я добралась до игровой комнаты.
— Добрый день, Сестра.
— Добрый день, Шарлотта.
Как только я вошла, в игровой комнате возникла суматоха, сопровождаемая яростным перешептыванием. Студенты академии были достаточно взрослыми, чтобы узнать меня, но те, кто был крещен в течение последних двух лет, никогда не видели меня раньше. У некоторых из них сейчас был такой вид, как будто они думали про себя «Я слышал истории, но неужели это она и есть?», в то время как другие щурились, пытаясь понять, кто я. Они, скорее всего, не присутствовали вчера на начале зимнего общения.