Настоящий полицейский (СИ)

В пестрой толпе джинсовок, демисезонных курток, ярко-кислотных спортивных костюмов и турецких свитеров, расцветку которых ни с чем не спутать, мелькали знакомые детские лица, некоторые задерживали на нем взгляды, а кто-то, выходя за ворота, здоровался с ним. Игорь протягивал навстречу детской руке свою детскую руку, пытаясь вспомнить, что за школьник перед ним стоит.
Наконец, в толпе показался белоснежный спортивный костюм «Пума». Сегодня у восьмых классов была физкультура. Игорь вспомнил что эта «Пума» была когда-то предметом его зависти. Разумеется, до того, как исчез Макс, и он перестал быть обычным подростком из бедной семьи, мечтающем о приставке, мотороллере и фирменных шмотках, купленных в магазине, а не на рынке.
Славик заметил его, подошел. На лице – осторожная улыбка.
– Классный костюм, – сказал Игорь, протягивая руку, – когда-нибудь я куплю себе такой же.
– Чувак, давай я тебе его просто подарю.
– А в чем же ты будешь щеголять перед семиклассницами?
– Мать еще купит. – Серьезно сказал Славик.
– Пожалей ее, она и так от меня устала.
Друг вымученно улыбнулся, как улыбаются те, кому сейчас не до улыбок.
– Гарик, ты извини, мать каждый день просит, чтобы ты приходил в гости… Приходи, а?
– Приду.
– Пойдем сейчас. У меня новые игры.
– Извини, Славик, сейчас мне пока не до игр, я к тебе по делу.
– Как скажешь. – Славик вздохнул, стал смотреть настороженно, как обычно дети смотрят на взрослых.
– Помнишь рисунок на стене стадиона в лесу?
– Ну?
– Ты ведь не из тех, кто шляется по таким местам…
– Ну, вообще-то мы ходили с Ури… – Начал Славик.
– Подожди… Ури?
Игорь почесал свою густую шевелюру. Что-то далекое выплыло из мрака памяти, при упоминании этого имени. Но не Караченцов. Похожее прозвище одного парня из их общего прошлого. Он совсем забыл о нем. Всем знаком подобный тип. Он был старше их на пару лет, но никто этого как будто не замечал. Его нельзя было назвать другом. Просто веселый и добрый малый, простой в общении и склонный к авантюрам, но в нем была какая-то неуловимая странность. Он многих знал, но ни к кому не был привязан, вечно где-то шлялся и пропадал, чтобы потом появиться из ниоткуда, пообещать что-то сверхзаманчивое – например, залезть на склад с чипсами или раздобыть редкие ящики для бутылок, за которые давали по десять тысяч рублей и якобы только он знал, где их раздобыть. Все его предложения оказывались выдумками, как правило, он просто не являлся к месту сбора, пропадал и снова появлялся через прорву времени, чтобы предложить новую авантюру. Но с ним было весело, он многое знал обо всем – от вопросов секса (в котором по его словам имел большой опыт) до устройства двигателя истребителя. Игорь и Славик порой проводили с ним время, забираясь на заброшенные стройки, туннели или пробираясь на заводы. Одна из его идей – стащить с территории больницы огромные плиты пенопласта, чтобы плавать на них по заполненному водой котловану. Дело было ранней весной, Игорь упал тогда в воду, промок до нитки, жутко замерз и заболел. Да, для Ури (Игорь даже не знал его имени) такие темные места, как вторгающаяся в лес окраина за стадионом подходили гораздо больше, чем для Славика.
– Он пообещал мне тогда сигарету с шоколадным вкусом, типа от нее не тянет блевать, но в итоге выкурил ее сам, – сказал Славик, – зато показал эту нарисованную козу. Прогнал, что там какой-то портал, поэтому я и запомнил про «вход», но глаза и правда, стремно светились.
– Портал?
– Ну, ты же знаешь этого звездобола.
Игорь вспомнил, что даже приблизительного понятия не имел, где жил Ури. Сам он как-то рассказывал, что живет в Бирюлёво и якобы его семье принадлежит целый жилой дом, а разбитые лампочки в подъезде – скрытые камеры.
– Где его можно найти?
– Нашел о чем спрашивать! Хотя… – Славик задумался. – Он, вроде, говорил, что устроился на работу в детский городок. Типа включает там аттракционы. «Колокольчик» и все такое и обещал, что покатает меня на халяву на всех аттракционах, даже на машинках.
 
– Вряд ли школьника возьмут на такую работу.
– Ну, он уже не школьник. Его после девятого выкинули, хотя ты прав, наверное, как всегда наврал.
Из-за спины Славика вдруг появилась симпатичная девочка из параллельного класса. Игорь тут же вспомнил ее – Леночка Панова. Иначе как Леночкой эту милашку с точеной фигуркой, невероятно симпатичным лицом и большими слегка печальными синими глазами называть не хотелось.
– Привет, – взгляд синих глаз нацелился на Славика, который сразу напрягся.
Лицо его стало хмурым, настороженным – как всегда, когда его что-то сильно доставало.
– Привет. – Сухо ответил он будто, перед ним не девчонка, а брутальный вояка из его коллекции военных боевиков.
Игорь усмехнулся, глядя на них. Ему вспомнился разговор перед летними каникулами в конце девятого класса, которому в этой реальности еще только предстояло случиться. Тогда они со Славиком, отправленные трудовиком на уборку школьного стадиона, сидели на покрышках перед беговой дорожкой, и составляли рейтинг школьных девчонок. Первое место в рейтинге Игоря, конечно не вызывало сомнений, а вот первое место в рейтинге Славика его тогда сильно удивило, потому что оно досталось Пановой. У самого Игоря эта славная отличница находилась где-то в конце первой десятки, но первое место в рейтинге Славика его удивило даже больше, чем четвертое место Анны Вайсс, хотя последнее само по себе казалось Игорю немыслимым. Дополнительные мучения Славику, судя по всему, доставляло то обстоятельство, что они с Леной жили в соседних домах, а их матери были подругами.
Вот только сейчас, в эту самую минуту, чувства Славика были тайной, известной только ему одному и по понятной причине – Игорю.
– Говорят, вас сегодня пронесло с конференцией из-за больничного биологички… – Сказала Лена.
Славик коротко кивнул.
– Ты ведь писал реферат про хищных птиц? Может, поделишься? Он ведь тебе уже не нужен… – На ее лице появилась смущенная улыбка. Выпрашивать для списывания «домашку» она явно не очень умела.
– Не, у меня нет, – ответил Славик и еще больше сдвинул брови.
Тут Игорь вспомнил еще одну загадочную странность своего друга, который особого рвения к учебе не проявлял, зато по какой-то неведомой причине любил писать всякие рефераты и особенно рисовать к ним обложки разноцветными ручками.
– Да? Странно, а мне сказали… а то знаешь, в библиотеке есть только про лесных…
– Не, нету. – Отрезал Славик и отвернулся куда-то в сторону клумбы.
Улыбка Лены растаяла, она поджала губы и приподняла брови – такие же светлые, как ее волосы.
– Ну ладно, – сказала она и, постояв еще пару секунд для приличия, развернулась и пошла в сторону площади.
– Чувак! Что это было?! – Воскликнул Игорь, когда Лена уже прилично отдалилась. – Где твое чувство юмора, жалкое ты подобие Дуайта Шрута?!
– Чего? – Буркнул Славик.
– Это же Лена Панова! То есть… Леночка.
– Ну и что? У меня, правда, нет реферата. Я его дома оставил.
– Да причем тут твой реферат! Ты же мог воспользоваться моментом и проводить ее до дома! Один шанс на миллион и ты так бездарно его просрал!
Славик обеспокоенно глянул по сторонам, потому что Игорь стал слишком повышать голос.
– Да успокойся ты!
– Я – успокоиться?!
Игорь вдруг подумал, что может быть это действительно шанс. Шанс уберечь друга от проблемы в виде той неформалки из-за которой все и случится. Ведь он помнил, с кем Лена Панова будет встречаться в старших классах и это далеко не то соревнование, в котором Славик выглядел бы аутсайдером.
– Вы же когда-то дружили! В детском саду. Вроде…
Славик изогнул бровь – дескать, что ты несешь. Но по его глазам, Игорь видел, что бил точно в цель – Славика, очевидно и без того мучала собственная беспомощность, которую порой так трудно преодолеть, когда у тебя за плечами всего лишь тринадцать лет жизненного опыта.