Твоя на 7 ночей (СИ)

Когда мама в детстве смеялась, что передо мной будут падать мужчины ниц, я не это себе представляла. Совсем другое, более невинное и простое, а не это…
У меня стянуты руки за спиной, не больно, не сильно. Но не могу ими пошевелить, не могу ничего сделать. Только упираюсь кончиками пальцев в стол, чтобы не упасть.
Моя нога заброшена на плечо мужчины, и он смотрит прямотуда. Мне стыдно и жарко, кровь приливает к щекам, обезоруживает. Заставляет часто дышать, едва справляясь.
– Эрик.
– Тише, Мио, я просто хочу тебя поцеловать. Не мешай мне знакомиться с прекрасной частью тебя.
– Прекрасн… - глотаю слова, когда дыхание мужчины касается моего лона. – Прекрасно частью, да?
– Одной из. На твою шею у меня тоже стоит. Я дам тебе потом прочувствовать, насколько сильно. А пока – тебе разрешено только стонать.
Собираюсь возмутиться, но это кажется невыполнимой задачей. Когда язык мужчины проходится между ног – какие там слова. Тут лишь бы не забыть, что сердце не должно выбивать грудную клетку.
У меня всё завязывается узелками, покрывает кровосток. Есть только хриплое дыхание и онемение во всем теле. Когда чувствует только один участок. Тот, где касается мужчина.
Его губы втягивают мой клитор, касается языком. Ласкается, втягивает, прикусывает, а после коротко дует. Быстро, стремительно. не давая отдохнуть. От сплошных контрастов меня кроет.
Нежно и ласково, жестко и с оттенком боли. Я кричу и забываюсь, я растворяюсь в этом. Плевать, что кто-то услышит, вломится, прервет. Мне нужно всё сейчас, больше.
– Эрик… Эрик! Я…
– Что такое, детка? – он смотрит на меня снизу вверх, губы блестят от моей смазки. Это так порочно, особенно, когда мужчина проходит языком по губам, слизывает мою влагу. – Хочешь о чём-то попросить?
– Нет… Я…
– Тогда получай удовольствие.
Но это удовольствие убивает меня! Прижигает клеточки, отравляет кровь. Мне нечем дышать, не за что ухватиться. Я полностью принадлежу Эрику в эту секунду.
От и до.
Его.
Вся без остатка.
А мужчина этим пользуется. Сжимает ладонями мои ягодицы, мнёт их, до искр перед глазами. До того чувства эйфории, когда его язык на лоне кажется спасительным.
– Хочу тебя! – выпаливаю, когда пальцы толкаются в меня. – Пожалуйста, я не… Хочу.
– Меня?
– Да.
– Это похвально, - поцелуй на лобке и выше, пачкая всё моей собственной смазкой. – Но как?
– В… В себе. Хочу тебя в себе.
– Я ведь уже, Мио. Ну же, ты умница. Попроси меня правильно.
Не могу. То, что требует мужчина, это за гранью всего, что я себе когда-либо представляла. Острее и сильнее, на изломе. Словно он треубует отпустить всю себя, а я… Боюсь этого.
Не могу.
Нет.
Чувствую жгучие укусы на бедре, короткие, приободряющие. Эрик гладит пальцами мою дырочку, прекращая двигаться. Скользит дальше, обводя кольцо плотно сжатых мышц.
– Моя умница, - нахваливает, пока я умираю от ощущений. Словно вены лопаются и кровь обижает всё. – Ну же, - ещё один поцелуй, прямо на клиторе, когда эхо голоса вибрацией проходит по лону. – Попроси.
– Пожалуйста. Пожалуйста, трахни меня. Членом. Эрик.
Говорю прерывисто, задыхаясь. Хочу запустить пальцы в волосы мужчины, потянуть к себе. Заставить закончить всё, а не только дразниться и испытывать.
Слова будто принадлежать какой-то другой девушке. Более развратное, более… Честной. Потому что всё, что я сейчас хочу, это почувствовать Эрика в себе. На полную, грубо и резко, без этой медлительности.
Но сказать что-либо кажется преступлением. Словно если начну открываться перед мужчиной, но меня разорвёт на части. Пронзит молнией ещё сильнее, чем сейчас бьёт разрядами по телу.
– Какая ты у меня умница, Мио, - похвала Эрика ложится каменным пластом. Не могу даже сдвинуться. – Моя откровенная детка.
– Так ты начнешь что-то делать? Или развяжи уже.
– Думаешь, что сама справишься лучше?
Мужчина опускает мою ногу на пол, поднимается. В его глазах обещание и угроза, черти пляшут. Манят своими огоньками, поджигают. Расправляются, как когда-то делали с ведьмами.
 
– Вперед, Мио. Хочу посмотреть.
И это даже не издевка, хотя меня передергивает. Простреливает от неминуемой опасности, полного крушения. Когда мчишь на скорости, машина гудит и не справляешься с управлением.
Авария.
Краш.
С печальным исходом.
Мужчина действительно ждет, что я сделаю. Его взгляд как укусы пчел проходится по телу, становятся физически ощутимыми. Как мужчина словно ласкает грудь, задерживаясь на напряженных сосках.
Или идёт ниже, вырисовывая узоры по животу. И касается лона, надавливая так, как только этот мужчина умеет. Не с кем сравнивать, но это сидит внутри. Не позволяет даже думать о подобном, сомневаться. Только наслаждаться каждым мгновением.
– Ну же, Мио, смелее. Хочу увидеть, как ты всё это провернешь.
– Развяжи меня.
– О, нет, так разве интересно? Но я тебе помогу.
Эрик цепляет собачку молнии на свои джинсах, медленно тянет вниз. Это длинное «вжух» кажется чем-то нереальным. Взводом курка, пулей, которая попадает точно в цель.
Слежу, не в силах оторваться. Как расстегнутые джинсы сидят на его бедрах, как мужчина тянет их вниз. Неспешно, пока я изнываю от желания.
Между ног всё пульсирует и сжимается. Как мини-судороги, от которых можно избавиться только одним способом. С помощью одного самодовольного мудачья.
Которое понимает, что творит. Как на меня действует каждаю минуту. Ведь возбуждение вместо того, чтобы просто загаснуть, начинает тлеть внутри. Пускает дым, вот-вот разгорится по-новой.
Мне будет достаточно всего одного касания Эрика, уверена в этом. Ласковое, невесомое. Размазать мою влагу и всё закончится. Я окончательно сгорю.
– Ну же, - Эрик опускается в кресло, тянет ко мне свою ладонь. Играет, зная, что не могу освободить руки из его ремня. Крепкая петля, от которой не хочется избавляться. – Мио, подходи. Ты ведь хотела сама руководить процессом.
– Мы оба знаем, что этого не будет. Я связана, я…
– И всё-равно, это не значит, что у тебя нет влияния на меня.
Всего пару шагов до того, как Эрик потянет меня на себя. Кресло широкое, но не настолько, чтобы упереться по бокам от мужчины. Я седлаю его, обхватывая ногами торс.
Моё лоно трется о его член, реагирует приливом крови. Хочу. Сейчас. Без каких-либо объяснений. Ничего больше не существует: ни сделки, ни других людей.
Эрик. И я.
Наедине во всей Вселенной.
И космос встречает меня темными дырами. Которые приглашают, разрывают на молекулы. Ведь стоит впустить член Эрика в себя, как меня сшибает тепловой волной.
Мужчина кажется таким крупным, огромный. Разрывает меня, давит на стеночки. Заполняет полностью, вибрируя у меня внутри. Я могу прочувствовать каждый миллиметр.
Как головка наполняется кровью, член внутри меня крепнет. И ни капли не продвигается дальше. Только дразнит, распаляет. А всё потому, что Эрик даже не пытается сдвинуться. Помочь.
Он прикрывает глаза, откидываясь на спинку кресла. Сдерживает самого себя, чтобы не поддаться. Но я отвечаю, медленно насаживаясь до конца. А после так же медленно поднимаюсь. Вверх. Вниз.
До чувства заполненности.
До пустоты.
– Вот так? – впервые спрашиваю сама, прикасается губами к сжатой челюсти. Скольжу до уха, прикусывая мочку. – Вот так? Охх!
Стано, потому что Эрик заставляет опуститься полность. Его ладони гладят шею, надавливают на плечи. Касаются. Касаются так, что у меня всё дрожит внутри.
Заходится приступом от близости, желания. Наваждения. Когда больше не в состоянии сопротивляться, утыкаясь в шею мужчины лицом. Замираю, а мышцы сокращаются.
– Именно, Мио. Так. А тебе достаточно, - его пальцы словно порхают по моему лону, надавливая. Касаются и доводит до экстаза. – Достаточно сейчас? Или хочется большего? Сильнее, лучше? Мой член уже в тебе, как ты хотела, - мужчина толкается внутрь, максимально. – Что ещё?