Герцог (СИ)

— Ты Стратег, твое дело разрабатывать планы и отдавать приказы, наше же — выполнять их, — не умолкал Гань Нин. — Это опасно, мы не можем потерять тебя из-за какой-нибудь глупой стрелы…
Толстый намек на гибель «первого» Вэнь Тая. После признания в том, что я перерожденный, Пират не упускал случая подчеркнуть, что он всегда об этом знал. Врал, как дышал, конечно же…
— А еще я Великий Мастер, — устав спорить, привел я самый железобетонный аргумент. — И ваш полководец, так что хватит уже кудахтать надо мной!
— Внимание и повиновение, — тусклыми голосами протянули побратимы ритуальную фразу.
Конечно, какими бы смелыми и умелыми мы с ними ни были, пробраться через лагерь войска, ждущего нападения, — задача непростая и для сильных одаренных. Стоит только подняться шумихе, как нас сомнут числом — никакие техники не помогут. А значит, шум должен возникнуть на другом участке, подальше от нас. И это сделает моя супруга вместе с Бешеной Цань и Амазонкой.
Девичий отряд выйдет к центру спящего лагеря и начнет обстрел. Точнее, стрелять будут только Юэ и Вайцзинь, а разбойница с ними для силового прикрытия. Учитывая дальность полета стрел у высокоуровневых стрелков, а также их техники, шороху они должны навести знатного.
Вышли после второй ночной стражи. Оделись в простые темные одежды, доспехи, тяжелое оружие оставили в лагере. Нагрузили на Быка все пороховые заряды и двинулись в путь. На границе лагеря Гэ остановились, чтобы перевести дух и связаться со вторым отрядом. 
«Луна Тигру. Доложи».
«Луна на позиции».
«Готовность десять, девять, восемь, семь…»
С завершением обратного отчета ничего не произошло. Стрелы — не самые шумные боеприпасы, а девчонки именно их использовали, даже пока без техник. Просто опустошали колчаны, до тех пор пока даже нам не стала слышна тревога, поднятая в лагере. 
Взлетев в ночное небо, я оценил происходящее с точки зрения противника. Атака — к бабке не ходи! Враг решил прорваться и скрытно подвел под позиции несколько сотен лучников. Плотность стрельбы в темноте было не разглядеть, но ее точность позволяла сделать именно такой вывод.
Два Стрелка выбрали своей мишенью участок лагеря, где находились позиции одного из тысячников. И тот, решив, что сейчас на его участке фронта начнется прорыв, принялся собирать войска и строить их в оборонительные порядки.
Чего мы, в общем-то, и добивались. Дождавшись, пока несколько сотен вражеских солдат соберутся в подобие строя, я шепнул жене «можно», а сам вернулся в тело.
Где-то в паре ли к западу полыхнула зарница. Это Юэ применила свою самую мощную технику — «стрелу И». Энергии она жрала неприлично много, и после каждого выстрела Юлька падала без сил, но урон наносила страшный. С ее помощью мы как-то смогли взять штурмом один город. И защитить крепость от зверолюдов. Сегодня, впрочем, нам нужна была только паника в лагере врага.
«Бешеная забрала Луну. Отходим».
Тотчас забили барабаны, мы с побратимами, которые как раз закончили с караульными, прокрались в лагерь. Ночью все люди на одно лицо, а китайцы тем более. К тому же военная униформа имелась разве что у каких-нибудь гвардейцев, большинство носили, что имели. Поэтому маскироваться мы особенно не стали, только напялили на головы шлемы, отнятые у часовых, чтобы издали и в движении нас могли принять за своих воинов, спешащих куда-то по делам. 
Не особенно таясь, мы прошли первую линию обороны врага, углубились во вторую, где были остановлены бегущим на шум десятником. Его солдаты на нас даже копья не наставили. Но вот ему что-то не понравилось в трех воинах, идущих мимо.
— Куда?
— Донесение генералу! — отрапортовал Пират, выпячивая грудь. — Нападение врага на западе. Прорыв! Погибло множество солдат! Послал сотник Гань!
Запомнить всех сотников в такой огромной армии, состоящей еще и из разных дружин, было невозможно никому. А мы не особенно выделялись, разве что Бык своими габаритами. Но шлем у него был солдатский, одежда темная, как и у всех прочих, и стоял он позади Пирата, который взял на себя функцию доклада. Поэтому десятник тут же потерял к нам интерес и повел свой взвод дальше. Мы же просочились через второю линию.
 
— Ну ты наглец, конечно! — пожурил я Гань Нина. — Сам себя послал, да?
Тот сверкнул зубами в темноте и ничего не ответил. 
Ближе к стенам суматохи уже не было. Как и оборонительных порядков. Здесь имелась некая полоса отчуждения, которая позволяла лучникам стрелять со стен по наступающему врагу. 
Через каждые двадцать шагов воткнутые в землю на длинных бамбуковых жердях стояли факелы. Света они давали немного, но все же достаточно, чтобы часовые могли заметить внизу какое-то шевеление. К счастью, городскую стену Инчуаня не окружал ров, подобный тому, что опоясывал внутреннюю крепость. Но и подобраться к стенам без риска обнаружения мы не могли.
Пришлось использовать «встречный ветер». Для начала я снова «взлетел», убедился, что за нужным нам участком никто не наблюдает. Вскоре сильный поток воздуха раздул несколько факелов, а потом правильно направленными порывами погасил их. Внимания на это никто не обратил — ну ветер и ветер! Стрелки на стенах, если и удивились, то не сильно. А то и вовсе не заметили, куда интереснее было наблюдать за бардаком на западе.
Выждав несколько минут, я с побратимами пересек открытую местность и оказался под стеной.
— Что дальше, старший брат? — Бык опустил на землю мешок с пороховыми зарядами.
— Ломай стену. Внешний слой кирпичей нужно убрать и примерно до середины выбрать глину.
Это заняло не слишком много времени. Чудовищная сила Воина, парочка сломанных инструментов, прихваченных с собой, и мы заполучили неглубокую дыру в стене, шириной около метра. Бык справился бы и быстрее, но приходилось действовать без лишнего шума.
В отверстие уложили заряды, вывели запалы наружу, а саму дыру заложили обратно. Зажгли огонь, прикрывая его телами, и когда убедились, что он уже не погаснет, на всех парах рванули обратно к укрепленному лагерю врага.
Успели в самый раз. Только спрятались за небольшой земляной насыпью, как за спиной глухо вздрогнула земля. Повалил густой вонючий дым, а часть стены сперва просела, после чего осыпалась внутрь.
Конечно, это был не такой пролом, в который во время штурма можно было бросить войска. Скорее завал высотой от полуметра до полутора, к тому же не слишком протяженный — метров шесть-семь. Может быть, будь на моем месте человек, который бы разбирался во всех этих направленных взрывах, правильных местах для установки заряда, он бы с большей пользой распорядился тем запасом пороха, который я имел. Но это было зримое доказательство того, что порохом можно рушить стены. И демонстрация для врага, что он не будет в безопасности, даже окружив себя стенами и армиями.
— Отходим! — приказал я. И мы с побратимами поспешили назад.
По пути нас уже никто не останавливал, мы весьма убедительно прикидывались перепуганными солдатами, которые бегут прочь от того места, где демоны разрушили стены. Это я и кричал, кстати, стоило только кому-то к нам приблизиться.
Паника расползалась по ночному лагерю, как лесной пожар. Выбравшись подальше от позиций врага, я с огромным удовольствием наблюдал, как суетится этот разворошенный мною муравейник.
Настало время для завершающего штриха. Прикинув расстояние, я применил «громовой голос», одновременно активируя технику «встречного ветра». Над интересующим меня участком вражеского лагеря тут же возникла аэротруба. Сильный поток воздуха одновременно раздувал множество факелов и разносил мой голос на большее расстояние. Не давая определить источник звука.
— Говорит Белый Тигр Юга. Сегодня я обрушил стены своей могущественной магией. Я буду делать так каждую ночь, до тех пор пока город не сдастся. Я требую, чтобы господин Гэ сложил оружие. Я обвиняю его в раздувании войны! Я успокоюсь, лишь когда сокрушу его. Военачальники, служащие ему, знайте! У меня нет вражды к простым людям. Я не жажду крови. Я приму вас на переговоры, если вы сдадите мне человека, ответственного за вторжение на мои земли. Человека, который нарушил священную неприкосновенность переговоров. Сделайте так или ждите, когда я приду за вами.