Сначала было похищение... (СИ)
— Я поторопился. Слетел с катушек! Подожди. Сядь. Сейчас оденешься, успеется. — Усадив меня на краешек кровати, он сдёрнул простыню, протянул её мне. Взял с кресла аккуратно сложенное собственное бельё и продолжил. — Прикройся пожалуйста. Может мне так полегче станет. Кхк-кхк. Так вот. Я взрослый мужчина, который знал женщин. Я говорю тебе с абсолютной уверенностью, что любая женщина может получать удовольствие от близости. Всё зависит от мужчины в этом случае. Просто чаще мужья не особо церемонятся и заботятся об удовольствии собственных жён. Для обоих супругов это чаще неприятная необходимость. Всё меняется, когда дело касается любимой … то есть нравящейся … то есть женщины, которой мужчина сам хочет обладать. Понимаешь, когда женщина может отказать, если ей что-то не нравится, тогда любой мужчина постарается не быть отвергнутым. Сделать так, чтобы женщина получила удовольствие. Там уже не важно, жена это или чужая женщина. Есть и семьи, в которых оба супруга всегда остаются довольны друг другом.
— Я пойду. Я поняла тебя, но пожалуйста. Мне нужно уйти. Как будто с каждым лучом солнца, с каждой минутой всё очарование ночи тает, а неловкость всё возрастает. Никогда бы не подумала, что смогу вести такие разговоры с мужчиной.
— Анна. Мы будем говорить об этом, и не только. Но обо всём, что будет происходить между нами в спальне, мы будем говорить всегда. Здесь не должно быть секретов. Я должен знать всё что тебе нравится, или же нет. Понимаешь? Ты не должна молчать и терпеть, если что-то не так. Я впредь буду более сдержанным и больше ты не будешь испытывать никакого неудобства.
Создатель! Я горела, словно маков цвет! Я! В принципе не умеющая краснеть, если того не требовали обстоятельства, не могла себя заставить успокоиться!
— Буду одеваться …
— Конечно. Но … Анна. Я не хочу быть деспотом, но это первый и последний раз, когда я позволяю тебе вот так сбежать.
Создатель мой! Что же это такое! Поскорее бы выбраться отсюда.
— Моя одежда … я … Роберт, мой плащ, он остался в кабинете, платье порвано…
— Твоя спальня соседняя с моей. Дверь справа, я покажу, тебя никто не увидит. Если хочешь, я дам тебе рубашку?
— Нет-нет! Не стоит. Я прошмыгну.
Уже собравшись было уходить, была остановлена крепким объятием.
— Подожди. Демоны! Так тяжело тебя отпустить, я чувствую свою вину, что напугал тебя, был слишком напорист. Одну секунду.
Взяв с кресла брюки, он достал что-то из кармана.
Переложив в мою ладонь, продолжил.
— Я купил это вчера, на ярмарке. Хотел подарить при встрече, но всё так закрутилось. Ты, главное не пойми это, как что-то неправильное. Не будь сегодняшней ночи, я бы всё равно отдал его тебе. Как только осмелел. Это безделица. Как увидел её в лавке, так и подумал о тебе. Пойдём. — Я хотела разжать ладонь, чтобы увидеть подарок, но Роберт не позволил. — Позже посмотри, пожалуйста. Это не тот подарок, на который я смогу смотреть с гордостью дарителя. Она вообще тебя не достойна … Демоны.! Дай её назад! Я сегодня же куплю что-то другое.
— Вот уж нет уж! — Стиснула кулак посильнее. — Не надо мне ничего. Только попробуй! Не смей делать никаких подарков! Я тебе не … я тебе не… я тебе не какая-то там! Ясно?
Вместо ответа меня крепко, нежно, но быстро поцеловали.
— Ты хочешь поспать?
— Не думаю, что смогу уснуть.
— В твоей комнате есть ванная. Отдохни. Через сколько ты сможешь спуститься? Мы ведь так и не обсудили произошедшее вчера.
— Думаю часа мне хватит.
— Хорошо. Я сейчас занесу зелье. Не запирай дверь. Оставлю на тумбе у двери.
Ещё один быстрый поцелуй. Потом ещё, уже у двери.
Возможно, мне показалось, но ему будто понадобилось сделать усилие, чтобы не войти вслед за мной.
Только закрыв дверь и оставшись одна, смогла выдохнуть.
Вот уж не подумала бы, что можно так много и часто целоваться. И что можно хотеть этих поцелуев, заводиться от них с пол оборота, и словно кошка, желать близости.
В ладони была подвеска. Действительно недорогая. Безделица. Это точно никак не плата за ночь. Маленькая остроконечная шляпа, размером с фалангу моего пальца. Из серебра.
"Ты и правда ведьма".
Можно было бы обидеться, но отчего-то стало тепло, приятно. Лестно даже. Значит, он думал обо мне ещё вчера!
Да уж! А я бы не отказалась быть настоящей, всамдельнишней ведьмой! Только мой внутренний магический резерв говорит о том, что от ведьмы во мне ни ши-ши.
Застегнув подвеску, я прямиком направилась в ванну. Уже лёжа в тёплой воде подумала о том, какое зелье он мне принесёт? Создатель! Мне ведь нужна противозачаточная настойка! Как же я сама об этом не подумала!
Долго лежать в ванной я не смогла. Сердце пело! В голове будто помутилось, — то и дело вспыхивали перед глазами картины прошедшей ночи, вызывающие неведомое ранее волнение. И ладно бы только в уме! Я физически чувствовала жар. Жаркий шар, загорающийся в груди и ухающий до самых пяток, оставляющий будто пустынный коридор внутри меня, после своего падения.
Быстро вымывшись, я сидела у туалетного столика, просушивая магией волосы. Настойка стояла перед глазами. Как-то не получалось её выпить. Что там внутри? Это ведь может быть бодрящее, успокоительное или укрепляющее зелье. Или противозачаточная настойка. Вряд ли что похуже. Да и с чего бы Роберту опаивать меня чем-то ядовитым?
Здраво рассудив, как мне показалось, залпом выпила зелье. Ещё пару минут и почувствовала прилив сил, боль из натруженных мышц ушла, забрав с собой сонливость.
Энергетиками балуемся, Ваше сиятельство. Это не удивительно. С твоей-то работой. Даже, бедному, выспаться и поесть нормально не удаётся.
Кстати, поесть! Вот что мне не помешает.
Достав несколько платьев, положенных Люси в мой саквояж я слегка опешила. Каждое из них было, безусловно, красиво. Но из трёх не было ни одного под горло, а на дворе осень! Только зелёное было с линией декольте повыше других. Вот же! Удружила!
Приведя себя в порядок и одевшись, внимательно посмотрела в зеркало. Платье, безусловно, мне очень шло, обтянув талию и грудь, словно по мне сшито. Подол только … не предусматривал нижней юбки … не представляю как в таком ходить, это ж … как совсем без юбки! Так, будь у меня хотя бы бельё нормальное, а не это баловство, сшитое моей горе-швеёй. Ни греет, ни прикрывает!
Ну делать нечего! Подол, хоть и облепляет ноги при ходьбе, но смотрится шикарно. Струится, нежный шёлк оглаживает кожу.
Хмм … А признаться, — очень даже, для дневного платья. Свободно, нет этого вороха ткани, мешающего при ходьбе. Да и вырез не такой уж и глубокий.
Волосы распустила волнами по спине, присобрав назад передние прядки.
Никакого макияжа. Делать его сегодня мне показалось кощунством. Кожа будто сияет, глаза горят, губы припухшие. Да и всем своим видом эта молодая женщина, смотрящая на меня из зеркала, давала понять, что она очень счастлива и красива.
Простынь убрала с кровати, спрятала в шкаф. А то мало ли!
Ну всё. Пошла украшать мир. Точнее его маленькую часть.
Заглянула в спальню к Фиссе, удостоверилась, что моя девочка ещё сладко спит. Пережив вчера столько волнений. Пусть отсыпается.
Пошла дальше предвкушая встречу и то, какое впечатление произведу на Роберта. Мне не показалось. Я сегодня и правда, чудо, как хороша. Ещё никогда в жизни я не чувствовала себя такой красивой и соблазнительной как сегодня!
Подёргала запертую дверь кабинета, гадая, где искать хозяина дома. Гостиная пуста. Присела на большой диван. Шарить по чужому дому я уж точно не буду, как и подниматься в мужскую спальню. То, что было этой ночью не даёт мне никаких прав и полномочий, чтобы нарушать приличия. Хоть я и порочная женщина, но воспитанная. Вот! Посижу здесь и подожду хозяина.
Только вместо хозяина встретила, как оказалось "хозяйку"?
По крайней мере, именно так девушка себя и повела.
Сначала я услышала громкий, заливистый, и признаться, очень красивый женский смех. Настолько красивый, насколько и заразительный. Только уголки моего рта непроизвольно дёрнулись вниз. Я позволила себе это ровно на мгновение, чётко зная, что не буду застигнута.