Её вина (СИ)

– Он тоже был там во время праздника. Однако нам удалось выяснить кое-что другое… Уверен, это заинтересует вас куда больше…
Интригант херов.
– Говори уже.
– На даче Арины Викторовны проживает молодой человек.
– Кто? – прожигаю его кислотным взглядом.
Павлюков нервно сглатывает.
– Вот он, – достаёт пару снимков и кладёт их на стол.
Сразу узнаю человека на фото. Громов. Тот самый пловец, которого по тупости сбила Арина. Прётся куда-то на своих двоих.
Зашибись… Живёт у неё на даче? Ни хера себе новости!
– Как давно он там находится? – выдавливаю через силу.
– Три недели минимум, а там уж не знаю, – Павлюков растерянно пожимает худыми плечами и боязливо косится в мою сторону. – К нему регулярно наведывается врач и дамочка с двумя детьми.
Поджигаю сигарету и ещё раз смотрю на снимок.
– Фото сделано сегодня утром. Он уехал на такси в девять ноль три. С собой была небольшая спортивная сумка. До настоящего момента назад не вернулся.
– Арина. Где?
Отводит глаза. И мне это вообще не нравится.
– Ночевала на даче. И сейчас её машина по-прежнему стоит у ворот.
– Кто ещё остался на ночь?
– Все разъехались вроде… И она собиралась, но потом… передумала, – лезет носом в чашку.
Дрянь… Ну я тебе устрою!
Сжимаю ручку в кулаке, и она с треском ломается, царапая кожу ладони.
– Будут… какие-то указания, Игнат Рамзанович? – осторожничает Павлюков, замечая мою реакцию.
Прокручиваю в голове возможные варианты. Один другого лучше, но пока не стоит принимать импульсивных решений.
– Арину в мой загородный дом, под замок. И не дай бог хоть волосок упадёт с её головы, – предупреждаю, повышая голос.
– А с парнем что?
Барабаню по столу.
– Водолаза пусть навестят твои орлы. И давай без лишнего шума и свидетелей.
– Организуем... Насколько хорошо постараться? – многозначительно вскидывает бровь.
– Хотелось бы чтобы он попрощался навсегда не только со спортом, но и с возможностью ходить. Пока этого будет достаточно.
– Понял, принял.
– Пришлёшь мне фотоотчёт.
– Игнат Рамзанович, что за недоверие? – шутливо возмущается и давит гаденькую улыбочку. – Сделаем всё, не переживайте!
– Это. Для личных. Целей, – цежу сквозь зубы.
– Ааа. Ясно. Скажу ребятам.
– Свободен, у меня дела…
Демонстративно отворачиваюсь к окну.
– До связи, Игнат Рамзанович, – Павлюков спешно поднимается со своего кресла и второпях покидает мой кабинет.
Надо признать, Виталий умеет оценивать моё настроение. И сегодняшний вечер – не исключение. Испариться по щелчку – это про него. Что, несомненно, плюс.
Медленно докуриваю тлеющую сигарету и достаю из кармана телефон. Меняю сим-карту и набираю по памяти хорошо знакомый номер.
– Алло…
Голос Арины звучит глухо и бесцветно. Будто она чем-то расстроена.
– Ну здравствуй, родная…
Сдержать всё то, что хочется сказать, удаётся с трудом. Только потому что душу греет мысль о том, что я ещё успею как следует насладиться каждой минутой её боли. Она ведь даже не представляет, что её ждёт.
Вляпалась ты по полной…
– Я не хочу с тобой разговаривать, – сразу ощетинивается, когда понимает, с кем ведёт диалог.
– Что отцу наплела? Звонит и орёт как будто не в себе.
– Правду сказала. Он всё знает, – отвечает ядовито.
– Где ты?
– Не твоего ума дело. Не звони мне больше, Игнат.
Отключается.
– Сука…
В порыве злости печатаю сообщение.
«УКАТАЮ В БЕТОН ОБОИХ, ПОНЯЛА МЕНЯ?»
Отправляю.
Прикрываю глаза. В висках нещадно пульсирует.
Дышу, пытаясь успокоить расшатанные нервишки, но ни хера не получается. Эта девка за прошедшие полтора года всю кровь у меня выпила. То друзья её, то клубы... Характер – ад. Неуправляемая, упрямая, своенравная. Не поддающаяся дрессировке совсем. Подобно дикой рыси, которую пытаешься приручить и сделать из неё домашнюю кошку.
«Ночевала на даче», – вспоминаю слова Павлюкова.
Мразь.Изувечу!
Открываю глаза, стискиваю до хруста челюсти. В порыве ярости сбрасываю со стола всё, что на нём находилось. Чашки со звонким грохотом разбиваются о плитку, и в дверях появляется обеспокоенная Дина.
 
– Вон вышла! – ору на неё.
Сажусь в кресло.
Минут десять травлюсь никотином, после чего открываю почту и ищу нужный мне контакт...
Сейчас или никогда.
  
Глава 65 Арина
 
Моё сердце бьётся о рёбра так, словно вот-вот остановится. Громко. Часто-часто. Работая на износ. На разрыв.
– Арина…
Его замешательство мне только на руку. Пользуясь моментом, делаю это снова. Целую желанные губы. Отчаянно. Страстно. Потому что чётко осознаю, это – мой единственный способ узнать, насколько правдивыми были слова Максима. Другого шанса не представится. Так близко к себе он больше не подпустит.
– Спятила? – хмурится, отодвигая меня за мокрые волосы назад.
– Я же сказала, что да, – наплевав на боль, тянусь к нему.
Замираю в паре сантиметров от его лица и сейчас, как никогда, понимаю, Громов – не трофей и не мужчина, с которым я просто хочу переспать. Он – тот, кого я полюбила. По-настоящему. Впервые… Ведь подобного со мной раньше не случалось.
Говоря откровенно, я никогда не верила в пресловутых бабочек, порхающих в груди. Для меня книжная любовь всегда была чем-то эфемерным и в большей степени выдуманным, а отношения между мужчиной и женщиной рассматривались лишь через призму взаимовыгоды, в которой каждый имеет свой интерес.
Улыбаюсь. Жарко стреляю глазами, а после – вновь целую. Только на этот раз совсем-совсем иначе... По-другому…
Оказывается, я умею быть мягкой и нежной. Во всяком случае то, что сейчас происходит, совершенно на меня не похоже. Пальцы осторожно поглаживают его скулу, а мои губы, едва касаясь, медленно задевают его. Скользят вверх-вниз…Дразня… Разгоняя по венам незнакомый трепет и электрические импульсы.
Честно, у меня нет цели его соблазнить. Я просто хочу понять, что он на самом деле чувствует. Хочу дать Максиму выбор. И каким бы он ни был, я его приму. Потому что мне нужны все ответы разом.
Кстати про ответы… Реакция парня неоднозначна. Максим напряжён до предела, он нервничает, а ещё однозначно борется с собой. Понимаю это, когда ловлю его взгляд: горящий, но, чёрт возьми, сомневающийся... Лёгкий привкус виски кружит голову, но сквозь пелену дурмана, окутавшего рассудок, пробивается неутешительная мысль. Он всё же не отвечает на поцелуй... и я, возможно, вижу то, чего и нет вовсе…
Разочарование чёрной вязкой смолой разливается в груди. Что ж… Невзаимность – это больно и неприятно. Так бывает… Видимо, жизнь решила щёлкнуть меня по носу и таким образом. Поучительно, согласна.
Да, сию же секунду я готова расплакаться от досады, но вместе с тем внезапно ощущаю приступ отвращения к себе. Хочу отстраниться, ведь мне вдруг становится очень стыдно. На что я рассчитывала? Он – чужой жених. Чужой мужчина.
Моя беспринципность просто зашкаливает. Как всегда, привыкла идти напролом и думать лишь о том, чего хочу исключительно я. Прирождённый циник, эгоистка чистой воды. По сути всего-навсего жалкий потребитель.
Закрываю глаза. Качаю головой.
Непроходимая дура… Будет тебе уроком.
– Прости, я не должна была, – извиняюсь за свой поступок совершенно искренне.
– Замолчи, Барских, – слышу в ответ, а потом происходит то, чего я уже совсем не жду.
Максим целует меня сам. Так горячо и зло, что дыхание перехватывает, а сердце пропускает удар.
Первый шок проходит не сразу. Как прибитая, хватаюсь за его широкие плечи, не в силах поверить, что всё это взаправду. Не сон и не игра моего больного воображения.
Клянусь, в эту самую минуту в душе зарождается нечто совершенно прекрасное. Хрупкое. Невероятное... И да, теперь с полной уверенностью могу сказать, что те самые бабочки существуют. Порхают себе под рёбрами, заставляя особенно остро чувствовать короткий, но такой желанный момент счастья.