Змеям слова не давали, или Попаданка на тропе еды (СИ)

— Зина — это ваш фамильяр, — кивает, до него только дошло. — Не советую вам, уважаемая Зина, меня оскорблять. Это чревато нехорошими последствиями.
И уже наша с этой негодницей настала очередь смотреть на него удивленно.
— Он что, меня понимает? Ик, — пугается белка, прячется в копне моих волос, которые после ее копошения явно приняли форму гнезда.
— Лена, все члены императорской семьи понимают фамильяров, так что ты на всякий случай скажи нашей Зине помалкивать, а то нам головы не снести, — подбегает ко мне Тиль и шепчет в ухо.
Я же поджимаю губы. Поздно. Она уже все что можно и так сказала, разве может быть хуже?
— Давайте отойдем в общий зал, тесто из-за сквозняка не поднимется, — вдруг вспоминаю важный момент, так что мы с лордом выходим.
И только оказавшись вне кухни, он снова встает близко ко мне.
— Что ж, значит, выбор невелик, — морщится змеелорд, окидывает меня притязательным взглядом. — Кроме вас кольцо точно никто не трогал?
— Только я и Зина, сказала же уже, — немного недовольно отвечаю, дергая плечом.
Воспоминания еще хранят его презрительный взгляд и то замечание по поводу моей фигуры. Белка все это время что-то нудит на ухо, не давая мне сосредоточиться, в общем зале какой-то галдеж, и это повышает градус моей нервозности.
— Давайте мне кольцо, — тяжело вздыхает лорд, а затем, когда я передаю его ему, он рассматривает свою собственность уж больно пристально, чуть ли не пробуя на вкус.
Я наблюдаю за этим со скепсисом, но не мешаю.
— Что ж, а я думал, что мне показалось, — разочарованно скандирует полумужчина-полузмей, а потом произносит уже холодным тоном: — Тебе оказана великая честь, смертная.
— Это наг, бестолочь, сколько можно повторять! — бьет меня лапой по лицу моя личная белка, снова превращая все в балаган.
— Отцепись! — беру ее за шкирку и кидаю себе за шиворот, а затем лучезарно улыбаюсь лорду, чтобы он забыл про бесцеремонные слова Зинки. — Простите, что там за честь? Можете повторить?
— Честь стать истинной парой… — уже сквозь зубы цедит мужчина, но снова его перебивают:
— Госпожа, кексы подгорают! — выбегает вдруг с кухни Тиль и всплескивает руками, но затем испуганно отступает, проглатывая слова, замечает лорда, про которого, видимо, забыл.
Тот стискивает кулаки и смотрит на меня со зверским выражением на лице.
— Мы можем продолжить, или вы пойдете проверять свои… Кексы? — и сказано таким тоном, что лучше бы мне оставаться на месте, но… Подгорают же…
Только делаю шаг в сторону, как меня вдруг хватают за шкирку и:
— Надевай кольцо! — рявкает лорд, тянет мою руку к себе, глаза у него навыкате, даже, кажется, капилляры лопнули.
На удивление теплый хвост бережно обвил мою талию, притягивая меня, упирающуюся всеми конечностями, ближе к кольцу и его обладателю. Который, к слову, перешел на шипящие согласные.
— А? Зачем? — спрашиваю с недоумением, а сама уже мысленно стою возле духовой печи.
— Господин, карету обокрали! — прерывают нас снова, но уже Дворф, личный помощник лорда, который метеором вбегает в таверну с главного входа.
— Да что ж за день такой! — рычит мужчина-наг и притягивает меня к себе. — Ты – моя пара, человечка! Это честь! Надевай!
И в таверне наступает полная тишина. А затем что-то падает и разбивается о пол. Упс… Мне кажется, или у него щека дернулась? И, кажется, видно клыки. Внушительные такие, навевают страх. Снова тихое шипение, кольцо становится всё ближе, но меня вовремя спасает окрик метаморфа.
— Она не обязана! — грубый бас вклинивается между нами с лордом.
В таверне полная тишина, даже звон приборов полностью прекратился. И все взгляды обращены на меня. Даже Тиль забросил дела, Дворф забыл о краже, словно все это несущественно. Имеет значение для всех лишь мой ответ. Некоторые, замечаю, даже бросили на метаморфа осуждающие взгляды после его кощунственных, как им кажется, слов.
— А что, так можно было? — вставляет свои пять копеек белка, одновременно со мной обращая внимание на лорда Тэодоша.
— Зина, цыц! — шикаю на нее, когда замечаю красные разъяренные глаза Шшариана.
 
А в голове у меня полный вакуум. Ни единой дельной мыслишки. И что делать?
Ежусь от многочисленных взглядов, которые не отрываются от меня и ожидают моих дальнейших слов. Ощущение, что я стою на сцене, и от мандража у меня пропал голос, забыла весь заранее заученный заготовленный текст. По коже проходят мурашки, я перевела растерянный взгляд на метаморфа, который, кажется, единственный, кто не заинтересован в моем положительном ответе. Смотрю то на него, то на нага и обратно. Змеелорд же со свирепым и воинственным видом стоит прямо надо мной. Брови сведены на переносице, губы поджаты, он всем видом намекает, что отказа не приемлет. Да и в глазах светятся все его мысли, будто он вообще в шоке, что я, такая-сякая простолюдинка, смею тут раздумывать над его венценосным предложением-одолжением. Метаморф же смотрит почему-то зло на лорда и при этом с надеждой на меня, словно сам чего-то ждет. И тут я вспоминаю про этот злосчастный кулон, который он оставил в первый свой приход в таверну вместе с золотом. Кладу руку в карман фартука, куда его в то время запихала, и трогаю украшение на ощупь. Блин, точно, на месте, нужно будет не забыть спросить у Тиля, на что я подписалась.
— Я жду, — жестко говорит лорд Шшариан и снова протягивает мне кольцо.
В этот момент раздается ржание лошадей с улицы, так что он отворачивается, и Зинка, не теряя времени даром, тут же цепляется за мою шею хвостом, а лапками быстро выхватывает чужое родовое кольцо и прячет на своей задней лапке, прикрывая своей наглой пушистой конечностью. Когда все снова обращают на меня внимание, змеелорд смотрит на свою пустую ладонь, и на его лице мигом расплывается горделивая ухмылка, отдающая ехидством. В глазах так и читается: “Надо же, а еще ломалась”.
Я же от возмущения из-за самоуправства Зинки и такой подставы, в которую она меня втянула в очередной раз без моего согласия, открываю-закрываю рот и не знаю, что сказать и как оправдаться, просто хватаю ртом воздух, пытаясь справиться с бешенством к одной прохиндейке. Глаза у меня навыкате, но сказать я ничего не успеваю, как вдруг лорд просто цокает и, разворачиваясь, говорит:
— Завтра я приду, и мы наедине обсудим условия нашего союза. И способы заработка… — обводит неприязненным взглядом таверну, дергает губой и разворачивается.
Хотя насчет его последнего уточнения я не уверена, может, показалось? Или у них здесь совсем патриархальный мир?
— Что там еще за воры, Дворф? — лорд уползает в сторону выхода и сразу же начинает говорить со своим помощником, вливаясь в рабочую колею.
Они быстро, мы даже оглянуться не успеваем, выходят из таверны. Сначала где-то секунд пять стоит полная тишина, а затем повсюду начинают раздаваться громкие шепотки, но один, особенно завистливый и неприятный, я вылавливаю моментально.
— Надо же, как повезло оборванке. Его высочество брак ей предлагает, лорд метаморф претендует на ее руку, а она еще и выбирает. Мне бы так, — в женском голосе отчетливо слышно недоумение, но откуда раздается этот шепот, я не вижу, нахожусь в слишком сильной прострации.
Даже не замечаю, как ко мне подкрадывается лорд Тэодош, останавливается и довольно улыбается при этом.
— Вы молодец, что так ловко сами не приняли кольцо. Грамотно произвели рокировку, ваша белка случайно не дрессированная? — спрашивает он, с улыбкой глядя на Зинку с каким-то плотоядным интересом, будто уже желает ее использовать в своих корыстных целях.
— Что-то этот претендент на твои килограммы мне не нравится, больно уж скользкий. И что это еще за кулон, о котором он говорил? Ты почему от меня скрываешь мои сокровища? — тут же упирается в пушистые бока своими лапками белка и возмущенно высказывает мне свои необоснованные претензии на ухо, отчего у меня в ушах разливается звон.
Я с опаской смотрю на метаморфа, но выражение его лица не меняется, из чего я делаю вывод, что Зинку он не понимает, даже выдыхаю с облегчением, а то был бы очередной конфуз.