Неправильный инквизитор, ведьма и сын старосты (СИ)

- Ты и без меня найдешь, - фыркнула я.
- Найду, - согласился Гус. – Но проверенный напарник в таком деле не помешает.
- Нет. – Чем больше я на Гуса смотрела, тем меньше это нравилось. – Мне это дело не по душе. Там Темный замешан, и кто знает, что еще. Я в это не полезу.
Гус-то уже все для себя решил, это его дело. А мне пока жизнь дорога. Я свои силы оцениваю трезво.
- Да, я круг недочерченный видел. - Гус вздохнул. – Понимаю…
- Пожалуйста! – вдруг подала голос Марийка. Я почти забыла про нее. А она вперед шагнула и так еще на Гуса глянула, словно он… да не важно, что он. – Пожалуйста, помоги нам, - и бровки домиком скорбно сложила. – Отец с Тодором давно в эти игры играл, вот и заигрались. А больше нам с матерью помочь некому, все отворачиваются. Если бы только найти…
Коен у меня над ухом снова засопел, хмуро и решительно, как он умеет. Меня отпустил.
- Эль права, - неожиданно выдал он. – Это и мое дело тоже. Нельзя мне сбегать. Если я чем-то смогу помочь, то помогу.
Гус только скривился.
- Ты не поможешь. Какой от тебя толк? Только тварям на корм пойдешь.
- А хоть бы и на корм, - сквозь зубы согласился Коен.
* * *
Глядя на то, как привычно и обстоятельно Гус ощипывает пойманную перепелку, как засыпает крупу в котелок, помешивает… я понимала вдруг, как мне этого не хватало.
Нет, дело не в перепелках, не в завтраке, я и сама все умею. Дело, скорее, в размеренности и уверенности… хоть в сегодняшнем дне. С Гусом всегда спокойно. И даже при том, что ругались мы постоянно, и всякую дурь он творил, но, случись что, в Гусе я уверена.
И даже не случись… Просто… когда я еще только пытаюсь проснуться, а Гус уже разжигает огонь, он рано встает… Зато я могу сидеть дежурить по полночи, если вокруг неспокойно, потому что всегда лучше чувствую чужаков.
В необходимой капле стабильности дело. Я просыпаюсь, а он кашу варит.
Между прочим, у Гуса и котелок с собой, и ложки, и теплое одеяло, он запасливый.
Гусу ничего не нужно объяснять. Он все знает сам: и про меня, и про себя, и про все наши дела и про все другие, которые вокруг творятся.
Все роли давно расписаны, все привычно.
Даже если случайные люди пытаются эти роли поломать.
- А давай помогу? - говорит Марийка. – Я готовить умею, давай...
Улыбается чуть смущенно, неуверенно.
Когда Гус на ее глазах морковку чистит, ей это покоя не дает. Она ведь правильная деревенская девушка. И на меня осторожно поглядывает, словно говоря: что ж я сижу-то, когда мужчина творит такое?
- Я сам, - строго говорит Гус. – Сядь куда-нибудь, отдохни. Нам сегодня еще идти долго.
- Но я… - Марийка мнется неуверенно.
- Сядь, - говорю я. – У него там магия, лучше не мешать. А то собьешь чего-нибудь, и каша подгорит.
- Не подгорит, - фыркает Гус. – Это у тебя все вечно подгорает, потому что терпения нет. А у меня и без магии отлично варится.
Костер чуть потрескивает, не дымит, Гус хорошо умеет жечь огонь без дыма. И все же, без магии там не обходится.
И пахнет так вкусно, что у меня слюнки текут.
- Как ты нас нашел? – спросила я.
Гус плечами пожал.
- Думаешь, мне сложно тебя найти?
Не сложно. Ему никаких камешков не надо, он и так чувствует. Выслеживать таких как я в Ордене учат первым делом. А из него хороший ловчий был… Мне от Гуса не сбежать.
Марийка устала страдать, наконец, села с Гусом рядом.
Ей ведь тоже рядом с ним спокойнее и понятнее. Сколько она с ним? Дня три? Что он ей такого наговорил, что она теперь так на него смотрит? Почти с благоговением.
Было в Гусе что-то, что всегда притягивало женщин. Даром что выглядел как сорокалетний хмурый мужик, даром что белесый шрам через бровь по щеке, легкая седина на висках, волосы коротко стриженные, ежиком топорщатся, и щетина на подбородке топорщится тоже. Юношеской броской красоты в нем ни на грош… И только глаза выдают.
Гус даже ходить научился иначе, иначе двигаться… Только благородная кровь все равно на глаза лезет. Есть что-то, что получаешь с молоком матери, и от этого не избавиться уже, не спрятать.
 
Марийка чувствует.
А я… ревную, пожалуй.
Только вместо того, чтобы страдать – я Коену улыбаюсь. Немного тяну его к себе усилием воли.
И Коен подходит, садится рядом.
А я обнимаю его, кладу голову на плечо.
Он вздыхает.
- Инквизитор, значит…
- Инквизитор, - согласилась я. – Прости меня, что не сказала все сразу, - и обняла его крепче. – Просто хотелось понять, испугаешься ты или нет.
Коен только щекой дернул, неопределенно, то ли усмехнулся, то ли выругался.
- Не испугаюсь, - все равно сказал. – Если только сама… Что у вас с этим инквизитором?
- Он меня спас, - тихо сказал я, но Гус все равно услышал, бросил на нас взгляд с насмешкой, снисходительно.
- Ты на него так смотришь, словно…
- Что?
Коен головой покачал.
- Он тебе в отцы годится.
Я засмеялась. Гус тоже хмыкнул, и какую-то сальную шуточку, небось, отпустил. Марийка рядом с ним покраснела.
- Что смешного? – не понял Коен.
- Ничего, - сказала я. – Это ведь ничего не меняет.
- Но у вас что-то было, да?
- Зачем тебе? – спросила я.
Тут Коен меня немного к себе за плечи повернул.
- Затем, что ты мне нравишься, и я… - запнулся, сбился совсем на шепот, искоса на Марийку поглядывая. - Затем, что хочу знать.
- Было, - сказала я. Это же очевидно, чего скрывать? – Теперь нет ничего. И что это тебе даст? Может быть, подробности того, что было, хочешь узнать? Сколько раз за ночь, в какой позе?
Коен аж кашлянул, уши у него покраснели. На Гуса искоса посмотрел.
Гус делал вид, что занят кашей и ему не интересно совсем.
А Коен решил напора не сбавлять и выяснить еще раз все до конца.
- И ты не передумаешь, пойдешь со мной в Майкошские степи? Ну, когда все закончится…
- Если доживем, - согласилась я. – А то мне это дело совсем не нравится.
- Так ты в Майкош собрался? – Гус вдруг оживился, повернулся к нам с интересом. – Ты просто из дома сбежал и не знаешь, куда податься? Или это был давний план?
Коену вопрос не понравился, он вообще поглядывал на Гуса с неприязнью.
- А тебе зачем?
- Просто узнать хотел, - Гус пожал плечами. – А то смотри, если деньги есть, то я могу хорошие варианты, как устроиться подсказать.
И так легко это, между прочим… Но я наслушалась уже, мне хватило.
Не удержалась, даже на ноги вскочила, к нему ближе подошла.
- Прекрати! – сказала я холодно, так грозно, как только вышло. – Не трогай его! Хочешь из парня деньги вытащить? Не выйдет! Все тебе мало, да? Ты ведь за Стефана, небось, у Марийки и больше сторговал? Сотню мне предлагали, а ты вон какой сильный и умелый маг! Готова поспорить, что больше! – И на Марийку глянула, та испуганно в землю уставилась. Ну, конечно… - А мне и того, что пообещал, не отдашь! Ладно, я переживу, я привыкла. Только к другим со своими играми не лезь!
Гус, на удивление, отказываться не стал, только сидел, глядя на меня снизу вверх, поджав губы. Виновато глядел.
Я права и он знал.
Не знаю только, что с ним творится, раньше он таким не был. Первый год, так вообще с ним было легко, весело, а потом… Богатства захотелось? Так тут его, в любом случае, не найти. Жадность отцовская в крови?
До того, как в Орден податься, Гус ведь ни в чем нужды не знал. Привык есть на золоте?
Да, это не сразу началось, но чем дальше, тем больше. Он все заработать пытался, каждую копейку сберечь, отложить. И даже если мы заработаем – не давал потратить. Говорил – это на дом в Майкошских степях, потерпи немного, все у нас будет. Так красиво говорил. Тогда я еще верила. И даже сама старалась, как могла, за любое дело браться, чтоб хоть чуть-чуть, но приблизить этот счастливый день, когда мы заживем.