Неправильный инквизитор, ведьма и сын старосты (СИ)

- На спине, - сказал Гус. – Я присяду, ты меня сзади за шею обхватишь, я тебя за ноги придержу. Только и сама держись крепче. Да не красней ты, нужна ты мне, тебя лапать. Сама не дойдешь. А пока дойдешь, твоего отца, может, уже твари сожрут. Хочешь? Или нам идти, а тебя тут одну бросить?
Марийка на ноги поднялась, головой замотала. Не хочет, чтобы бросали. И тварей не хочет.
- До Торинка? – спросила все равно. - Ты меня так до Торинка понесешь?
- Да, - сказал Гус очень спокойно. – Ты тощая, полегче моего рюкзака будешь. Ничего. Или, хочешь, тебя Коен понесет?
- Нет, - Марийка аж дернулась испуганно, на Коена взгляд бросила.
- Ну и решили, - согласился Гус.
* * *
Коен шел угрюмо и молча. Видно было, что ему тяжело… И мысли тяжелые в голове, и рюкзак тяжелый за спиной, аж рубашка вся насквозь промокла. Но донес, чего бы ему не донести, парень он крепкий, а Гус с этим рюкзаком и вовсе бегает.
Вот Гусу куда тяжелее. Пусть Марийка и тощая, но не настолько, чтобы ее веса не чувствовать. К вечеру, когда остановились, все лицо у Гуса пошло красными пятнами, шея тоже красная и мокрая, волосы ко лбу липнут. Но попробуй ему скажи что-нибудь, сразу огрызаться начнет.
И когда на полянке остановились, Гус на травку сел, ноги вытянул…
- Сиди, - велела я, - отдыхай. Мы сейчас ужином сами займемся.
Гус хотел было что-то возразить, точно хотел, но только махнул устало. Делайте что хотите.
Тут, главное, правильно организовать.
Белку я еще по дороге добыла. Увидела на дереве, осторожно подошла поближе, и магией белку усыпила. А дальше совсем просто – подойти и в траве подобрать. С белки, конечно, мяса немного, хвост один… но каша все наваристее будет.
Коена отправила за водой, и потом еще веток покрупнее набрать, чтобы костер дольше горел, а сама место для костра приготовила, хворосту помельче набрала.
Коену Гус нашел топор. Небольшой, на длинной рукояти, и дрова пойдет рубить, и головы, если понадобится.
- Справишься? – спросил. – Если вдруг что, пусть у тебя будет.
Коен подкинул в руке, крутанул, примеряясь. Кивнул серьезно.
- А как драться таким покажешь? – спросил осторожно. – Мне отец показывал, но я не думал никогда, что пригодится.
- После ужина покажу. Но одного раза не хватит, сам понимаешь. Каждый день надо тренироваться.
- Я… буду.
Коен настроен очень решительно. Видно, много всего обдумать успел за этот день.
У Гуса широкий палаш на боку, и дерется он как рыцарь… Вернее, Гус и есть рыцарь, я как-то, глядя на него, все забываю. Старший сын герцога, сам герцогом должен был стать, его учили сражаться, как только ходить начал, у них это строго – лучшие учителя и никаких поблажек. Старший сын должен быть гордостью рода.
В рыцари его посвятили за год до того, как в Орден подался, и он тогда еще, в свои шестнадцать, успел выиграть королевский турнир. Не видела, конечно, но верю. А сейчас, думаю, ему и вовсе равных нет.
Учили для другого, но в нашей жизни все пригодилось.
Только герцогская его гордость мне вечно поперек горла. Никогда не жаловаться, никогда не просить, спина прямая, подбородок задрать и морду такой каменной сделать, что и не поймешь… Намучилась я с ним. Иногда и ясно, что хреново совсем, а попробуй подойди.
Сидит на травке, глаза пустые… и ведь не в усталости тут дело. Усталостью не проймешь. Я его знаю слишком хорошо.
Ладно… Успеем.
Марийке дала белку разделывать. А ничего, она девка деревенская, в панику не ударится, кур ей не впервой ощипывать. И с белкой справится. Ну и дальше уже Марийка ужин сама стала варить.
Совсем немного, и в котелке сладко забулькало.
И вкусная такая каша вышла у Марийки. Только радости никакой. Поели быстро, каждый думая о своем.
Когда Гус взялся Коена драться учить, я честно думала, что сейчас убьет. Коен так старался, топором махал, но Гус ему и нос разбил, и скулу, и по ребрам врезал и рукоятью своего меча и плашмя, и просто кулаком, что я не выдержала.
 
- Хватит! – Попыталась влезть между ними. – Давайте уже отдыхать. Сегодня сложный день, а завтра еще с утра до ночи в дороге. Хватит…
- Не надо, Эль! – На мое удивление Коен первый возражать начал, кровь из носа вытирая. – Если за мной твари придут – хуже будет. А так хоть немного подготовлюсь.
- Хуже будет, если ты на ногах не будешь стоять! – возмутилась я. – За один вечер тебе настоящим бойцом не стать!
- За один не стану, - сказал Коен. – Но даже один вечер лучше, чем ничего.
- Не лезь сейчас, Эль. – Гус вроде бы и тихо сказал, но так, что сразу ясно, что возражений не примет. – Иногда полезно вымотаться, чтобы потом упасть и уснуть, и больше ни о чем не думать. У парня сегодня, может, вся жизнь перевернулась. Дай ему пар выпустить.
- Пока я смотрю, только ты пар выпускаешь!
- Ничего. - Гус усмехнулся. – Ему тоже на пользу. Сядь, Эль, и не лезь.
Я села, что же мне…
Марийка, тем временем, котелок помыла, отчистила. Куртку Гуса, которою он перед тренировкой под дерево бросил, подобрала, тихонько утащила в сторонку и дыру в боку взялась зашивать. И села еще так, чтобы в глаза не бросаться. Тоже, наверно, уже поняла, что Гус не захочет помощи, отберет. Но хоть чем-то, думаю, отплатить хотелось.
Махались они до глубокой темноты.
Я даже смотреть устала.
Веток натаскала, чтобы не на земле спать, прилегла. Не слышала, как закончили, как ходили умыться, тут ручеек неподалеку.
Проснулась, когда Коен подошел и рядом сел, так выжидающе на меня глядя. Я ведь еще сегодня утром проснулась, прижимаясь к нему. И ведь никаких ссор между нами не было, не ругались, так отчего бы менять…
- Ложись, - сказала я. – С тобой спокойней и теплее будет.
Он кивнул, спорить не стал. Вытянулся рядом, меня своей курткой укрыл, обнял осторожно. Колючим подбородком к моему плечу. Ему тоже сейчас тепла и покоя надо.
- Как ты? – тихо спросила я.
Коен вздохнул.
- Не знаю… Страшно. У меня раньше вся жизнь простая и понятная была, все известно наперед. А тут… А если за мной придут, хоть сегодня ночью? Я ведь ничего сделать не смогу. И разорвут меня твари просто за то, что отцу чужую жену захотелось. Как так? И ведь это не сегодня случилось, я просто знать не знал.
Зажмурился, воздух носом втянул.
Я его ласково по плечу погладила.
- Все будет хорошо, не волнуйся. Гус тебя тварям не отдаст. Тут даже не в деньгах дело. Просто не отдаст и все.
Коен, не открывая глаз, головой качнул.
- А сам я ни на что не способен.
Я усмехнулась невольно.
- Не смейся, - серьезно вздохнул Коен.
- Прости, - сказала тихо. – Просто ты никогда не сталкивался с таким, а Гус сталкивался. У него опыта больше.
- Больше, - согласился Коен. – А сколько ему лет? Мне сначала показалось, что ровесник моего отца, или даже старше, а потом…
Я усмехнулась снова.
Нечего сейчас Коена такой правдой пугать.
- Немного меньше, чем кажется, - сказала я. – Он дворянин, Коен. Его с детства таким вещам учили, какие нам с тобой и не снились. И еще в Ордене потом.
- Да… Эль… - он вдруг на меня посмотрел. – Я ведь все знал, наверно. Понимал. Только признавать не хотел. Отец ведь, ну, как же он может? Ведь не мог так с матерью, со мной? Пытался объяснения для себя найти. Может, я еще чего не знаю? Может быть, у него выбора не было? Он ведь не мог такое хотеть.
- Не знаю, - сказала я. – Люди страшное зло творят даже не понимая, порой, что они делают. Может, он не хотел. Может, думал, что все исправит… или что не так уж велика цена. Не знаю я. У него спрашивай. Давай спать уже.
Коен глубоко вздохнул.
- Я сегодня, наверно, и вовсе не усну. Как можно спать, зная, что за тобой в любую минуту могут твари прийти?
- А хочешь, - вдруг подумала я, - могу сделать, чтобы ты про тварей забыл. Чтобы спал спокойно. Ты ведь заранее все равно ничего не сможешь сделать. Если уж друг явятся, то увидишь. А если нет, то и думать не будешь.