Смерть за моей спиной (СИ)

— Там тоже должен был быть серебряный цвет, просто его тщательно пытались замаскировать, чтобы невозможно было снять отпечаток. — Как-то недовольно ответил.
— И это удалось? А серебряный?
— Удалось. А серебряный… считай его цветом помощников Многоликой.
А потом он щёлкнул меня по носу и просто растворился. Я только моргнула, а его уже рядом нет. И как это понимать? Опять сбежал?
  
Глава 10
 
ГЛАВА 10
Дамиан. Вестник смерти.
Облегчённо выдохнул, стоило мне переместиться в нашу комнату. После случившегося в туннелях я первым делом настроил своё перемещение на нашу спальню. Лучше так, чем в следующий раз снова пугать Меланию. Но я и подумать не мог, что придётся использовать этот маячок, чтобы сбежать от расспросов. Возможно, трусливо... Хотя... Да, трусливо, но как сказать правду и не оттолкнуть девушку от себя я пока что не знал. Хорошо ещё, что она не запомнила или же не увидела появление Многоликой, а то я бы точно подробного допроса не избежал. И откуда в ней только эта уверенность и упорство? Что-то я не припомню, чтобы при нашем знакомстве она была такой. И что-то упорно нашёптывает мне, что это только начало.
А вот информация о том, что за те столетия, что меня не было на земле, маги изучили подземный город меня неприятно удивила. Теперь придётся навёрстывать упущение, искать информацию о городе и пытаться догнать наших противников хотя бы информационно. То, что они расположились именно в этом городе, сомнений не осталось. Упоминание о пропавшем ректоре снова неприятно кольнуло. Только вот вряд ли его ценность состоит только в том, что он когда-то был в составе экспедиции. Думаю, по этой причине можно было найти фигуру и менее заметную. Что ж, последую совету Мел и проверю библиотеку. Раз нет возможности сейчас попросить создательницу. Вряд ли она успела восстановиться.
Огромная даже по моим меркам библиотека обрадовала, но только сначала. Если размеры помещения и количество книг и могли посоперничать с библиотекой создательницы, то информация, которая была заключена в этих книгах, очень сильно уступала, и мне не помогло даже то, что я захватил с собой Рольфа, чтобы он проводил до библиотеки и помог в поисках информации. Мы провели времени в библиотеке намного больше, чем я рассчитывал. Уже начало темнеть, а ничего кроме обобщающей информации мы так и не нашли. Теперь понятно, почему Мел практически ничего не запомнила, я тоже не видел смысла запоминать пустые обобщённые сведения. Я уже практически отчаялся... Да, оказывается и мне знакомо это чувство, когда Рольф предложил наведаться ещё раз в комнату ректора и попробовать поискать там. Только вот время уже позднее, а уставшая Мелания может заснуть в любой момент. Немного посомневался и принял решение, что всё-таки стоит хотя бы начать поиск в покоях ректора.
Знал бы, что прошлый ректор так трепетно относится к своим заслугам и достижениям начал бы обыск его покоев сразу. Помимо того, что в сломанном мною тайнике, я обнаружил дневник и его записи во время экспедиции, так ещё оказалось, что ректор делал обзор столицы с того момента, как ему показалось, что город стал меняться. Я так обрадовался хоть каким-то данным, что, схватив стопку найденных записей, переместился в нашу спальню, чтобы поскорее очутиться рядом с Мел.
Девушка увлечённо что-то читала, сидя ко мне спиной. Правда плечи её отчего-то вздрагивали, а в комнате ощущалось отчаяние, граничащее с паникой и страхом. Положил руки на её плечи, хотел притянуть её к себе и успокоить. Чтобы её не напугало, я обязан был её успокоить. Мне не хотелось видеть её такой. Но вместо того, чтобы она, как и всегда, расслабленно откинулась назад, Мел отскочила от меня. В её взгляде полыхала ненависть, а она сама прижимала к своей груди дневник Многоликой. Не понимаю, как я мог его забыть, оставив на видном месте, но похоже дело плохо. Очень плохо.
Мелания. Маг Жизни.
После того как Дамиан сбежал от меня, в кое-то веки молчавшая совесть, решила напомнить о себе и моих пациентах, поэтому в очередной раз разыскивать мужчину и пытаться добиться ответов на свои вопросы, я не стала. Да и мне стало хоть немного, но легче. Что ни говори, но было безумно приятно, что, похоже, кое-кто наступил на свою гордость и поделился со мной тем, чем не собирался. Да уж, не каждый мужчина признает свои ошибки.
 
Именно с такими мыслями я провела оставшееся время до вечера, пока обследовала новых пациентов и проверяла старых. Несмотря на то, что работы пришлось сделать раза в три больше, чем я могла себе позволить обычно, я практически не чувствовала слабость. Вернее, я её чувствовала, но она была приятной. А ещё мне было безумно приятно, что сегодня все словно сговорились и обсыпали меня комплиментами. И пусть они были самыми обычными, которые раньше я слышала довольно часто, до того, как меня прокляли, но это было безумно приятно. Почувствовала себя красивой и даже желанной девушкой. Так что возможно мне надо будет ещё и сходить в храм Многоликой, чтобы сказать ей своё «спасибо». Ведь если бы не судьбоносная встреча с Дамианом, то я бы так и не узнала, что меня прокляли и возможно жизнь моя закончилась бы. Хотя последние мои месяцы и сложно назвать жизнью.
Вернулась к себе и, не обнаружив Дамиана, решила его не ждать, а отужинать в одиночестве. Судя по всему, он увлёкся в библиотеке, а может ещё и какие дела нашёл для своего уязвлённого самолюбия, после попадания в ловушку. Я уже не переставала зевать, заканчивая ужин, когда на мои глаза попалась какая-то тонкая тетрадка, что валялась на полу гостиной. Хотела поднять её и положить на стол, а потом идти готовиться ко сну. Мой сонный мозг посчитал, что обычная тетрадь с чёрной обложкой и пустыми страницами совершенно его не интересует и всё, что ему хочется это полноценный отдых, но...
Пролистывая страницы, я случайно порезала палец, как оказалось, об слишком острые страницы. Прежде чем я вскрикнула от неожиданной боли и засунула палец в рот в попытке остановить небольшую струйку крови, что норовила ещё сильнее испачкать чью-то тетрадь, увидела появляющиеся на чистых листах тетради строки, написанные от руки золотыми чернилами.
«Дневник №18. Создан в ознакомительных целях для просвещения служащих о возможностях моих созданий, а также с целью предотвращения чрезвычайных ситуаций. Все знания, описанные в дневнике, получены в экспериментах с добровольным согласием участников экспериментов и повторение обрядов и ритуалов строжайше запрещено. При несоблюдении условия пользования дневником наказание будет варьироваться от перерождения или запечатывания до полного развоплощения.
Кали Многоликая»
Стоило прочитать надпись, как она стала исчезать, а на её месте стал появляться обычный уже печатный текст. Испуганно захлопнула тетрадь, но из рук не выпустила. Я перебралась в спальню, вспоминая, что именно я знаю о Кали. Да, наша создательница тоже Многоликая, но вряд ли это она, хоть имени её мы не знаем. Копаясь в памяти, я вспоминала, каких древних богов мы проходили на семинарах религий. И то, что всплывало в памяти, мне совершенно не нравилось.
Кали — богиня смерти, которой поклонялись безумные фанатики, проводящие кровавые ритуалы жертвоприношений. Её считали богиней-матерью, но в её власти было не только созидание, но и разрушение. Она не была ни добром, ни злом, но вот поклоняющееся ей люди... Хорошо, что это было много веков назад и сейчас мы ей не поклоняемся. Фанатиков одолели восставшие маги, и кровавая богиня была забыта. Знающие говорили, что им в борьбе помогла некая магиня Лолита, вроде как она была приближенной к нашей настоящей создательнице. Но больше данных до нашего времени не дошло.
Я присела на кровать. Хотя можно сказать, что я на неё рухнула, потому что ноги меня не держали. Что делает этот дневник у Дамиана? Может быть, я и не посчитала бы это странным в любое другое время, когда по городу не ходили мёртвые люди и ночью на академию не нападали странные сущности, но сейчас... И все его недомолвки.