Неожиданная любовь (ЛП)

Развернувшись, я глубоко вздохнула и вошла в здание. Я замерла, когда увидела, что Джонатан передвинул стол.
— Что ты делаешь? — спросила я.
Он измерял стол.
— Я полагаю, что после переделки он будет стоять в середине твоего кабинета?
Я подошла ближе. Мои брови сами собой поползли вверх, пока я попыталась сохранить хладнокровие и не позволить своему бушующему либидо взять меня под контроль.
— А почему ты передвинул его сюда? — спросила я, останавливаясь перед ним.
Он улыбнулся, и у меня задрожали колени. Джонатан шагнул ко мне и принялся задирать мою юбку. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Не успела я опомниться, как оказалась в его объятиях, мои ноги на его талии, а задница на столе.
— Если я неправильно понял, скажи сейчас, Вайелин. Только я уверен, что ты хочешь того же, чего и я.
Через мгновение его горячий рот оказался на моей шее, а рука нырнула в мои трусики.
Я не могла думать; меня переполняло желание.
— Правильно. Боже, я хочу этого… и тебя.
Его руки пустились в путешествие по моему телу, заставляя меня сходить с ума. Происходящее было неправильным. Джонатан был на шесть лет моложе меня. И он был лучшим другом Корда.
— Скажи мне, чего ты хочешь, Вайелин. Скажи мне, и я сделаю это, детка.
Мой разум кричал остановиться, а тело требовало большего.
Дрожащими руками я расстегнула его ремень и поспешно стянула с него джинсы. Я не была с другим мужчиной с тех пор, как у меня появился Джек. О чем, черт возьми, я думала?
Джонатан ртом проложил путь к моему уху и прошептал:
— Скажи мне, детка.
Сопротивляться было бесполезно. Я хотела Джонатана Тернера больше, чем когда-либо хотела любого другого мужчину. Втянув мочку моего уха в рот, он проник в меня пальцами и застонал.
Наконец, обретя дар речи, я выдохнула:
— Хочу кончить, Джонатан.
Он отстранился и посмотрел мне в глаза. А я готова была кончить лишь от его улыбки, не обращая внимания на то, что его пальцы вытворяли внутри меня.
— Быстро или неторопливо? Я вот-вот потеряю контроль, Вайелин.
Я улыбнулась в ответ.
— Потеряй каждую унцию. Я твоя.
  
ГЛАВА 1
 
Вайелин
Ноябрь
Я вошла в свой кабинет и бросила образцы краски на стол. Энн точно убьет меня. Кто, черт возьми, знал, что существует так много оттенков зеленого?
Я застонала и откинула голову назад. По крайней мере я могла выплеснуть тут свое дерьмовое настроение. Прозрачные окна были закрыты коричневой бумагой, что давало ощущение уединения. Конечно, бумага в свое время будет заменена занавесками. Как только ремонт в студии закончится, и мы откроемся, из окна кабинета будет открываться вид на главный танцпол. Я никогда не позволю инструкторам полностью контролировать учеников. Танцы были в моей душе. Это была моя сбывшаяся мечта.
Я повернулась лицом к окну, выходившему в маленький внутренний дворик. Я улыбнулась, подумав о том, как будет весело выводить малышей на улицу и делать упражнения в растяжке.
— Вайелин?
От этого голоса по всему моему телу пробежали мурашки. Сделав глубокий вдох, я повернулась лицом к Джонатану.
— Привет, — сказала я, прислоняясь к подоконнику.
Он вошел в мой кабинет.
— Мне нужно с тобой поговорить.
Я никогда не была из тех женщин, кто нервничает или боится мужчин, но нахождение в одной комнате с Джонатаном Тернером пугало меня до смерти. Это также бесило, зная, какую власть этот мужчина имел надо мной.
— О чем?
Он закрыл дверь и встал, держа в руке ковбойскую шляпу. Я старалась не позволять своим глазам сканировать его совершенное тело. Он был невероятно подтянут. Те три мили, которые Джонатан пробегал каждый день, поддерживали его в отличной форме. Не говоря уже о ночных походах в спортзал, которые, как я знала, он совершал, потому что наши пути всегда пересекались — он приходил как раз в тот момент, когда я уходила с занятий йогой.
— Я не могу перестать думать о тебе, — сказал он.
 
У меня перехватило дыхание.
— Я уже говорила тебе, Джонатан. Это не может сработать.
Он сделал несколько шагов ближе, а я стояла, изо всех сил стараясь не шевелиться. Я умирала от желания прикоснуться к нему.
— Тогда почему ты разозлилась из-за того, что я привел девушку на день рождения Стида и Митчелла?
— Я не была расстроена, — солгала я.
Джонатан сделал два больших шага вперед и встал почти впритык ко мне. Его большое подтянутое тело замерло в нескольких дюймах от моего. Мне пришлось заставить себя дышать.
— Ты можешь посмотреть мне в глаза и честно сказать, что ничего не чувствуешь?
Подняв подбородок, я сохранила нейтральное выражение лица.
— Здесь дело не в чувствах, а в календаре. Я слишком стара для тебя.
Он рассмеялся.
— К черту это, Вайелин. Ты напугана и используешь возраст в качестве оправдания. Посмотри на меня и скажи, что ты ничего не чувствовала, когда мы были вместе.
Моя грудь поднималась и опускалась с каждым затрудненным вдохом. Мурашки побежали по моему телу, когда я подумала о том дне. Мои глаза закрылись, когда я вспомнила, как Джонатан двигался восхитительно быстро и жестко, как трахал меня на столе, а затем у стены в моей танцевальной студии. Это было жестко. Страстно. Спонтанно и чертовски горячо. И, да… я что-то почувствовала. Я чувствовала что-то каждый раз, когда этот мужчина был рядом, чувство, которое я никогда раньше не испытывала. Но я не могла признаться ему в этом.
Я улыбнулась.
— Два потрясающих оргазма… Вот что я почувствовала, Джонатан.
Он наклонился ближе, от запаха его парфюма мое либидо встрепенулось. Дерьмо. Мне нужно, чтобы он отступил, пока я не потеряла контроль и не взмолилась взять меня прямо здесь и сейчас.
Джонатан накрутил прядь моих волос между пальцами.
— Я знаю, что это не все, что ты ощущала. Я увидел это в твоих глазах. И теперь это вижу.
Я повернула голову.
— Я на шесть лет старше тебя, Джонатан. Я хочу того, чего ты никак не можешь мне дать.
Он фыркнул.
— Откуда ты знаешь, что я не хочу того же самого?
С резким смехом я посмотрела на него сверху вниз.
— Я хочу выйти замуж, и я хочу детей. По крайней мере, троих. Можешь ли ты посмотреть мне в глаза и честно сказать, что хочешь этого в данный момент своей жизни?
— Да! — твердо произнес он, обхватив мое лицо своими сильными ладонями. — Вайелин, мне не двадцать гребаных лет, мне почти двадцать семь, и я тоже хочу этих вещей. Я не говорю, давай сбежим и поженимся завтра, но почему бы тебе не дать нам шанс? Мне все равно, что ты старше меня.
Мое сердце бешено колотилось.
— Ты хочешь детей? Например, когда тебе будет тридцать пять или около того?
Он закрыл глаза и покачал головой, затем пригвоздил меня пристальным взглядом.
— Ты не сможешь оттолкнуть меня этим. Я могу честно сказать, что, если бы это зависело от меня, я бы уже обзавелся женой и детьми. Но никто не заставлял меня хотеть даже думать, что это возможно… до тебя.
Мое тело задрожало.
— Все равно ничего не получится.
— Почему? И прекрати говорить, потому что ты старше меня.
Воспоминания о Джеке внезапно нахлынули на меня. Все, начиная с того, что он сказал мне, что я никогда не сделаю карьеру, и заканчивая картинкой, как он сидит со своей любовницей в ресторане. Готова ли я снова открыть свое сердце?
— Этого просто не будет.
Джонатан прижался своим телом к моему, посылая по венам прилив желания. Его губы оказались в нескольких дюймах от моих. Стена, которую я построила, начала рушиться как карточный домик. Мне нужно было быть сильнее.
Когда его губы коснулись моих, я ахнула.
Джонатан рукой провел вверх по моему платью, медленно задирая подол, а потом толкнулся в меня своим стояком. Я вцепилась в его сильные руки, чтобы не упасть.