Архил...? (СИ)

— Для поднятия духа нужно людям дать пожрать! Пусть перетряхнут вещи немцев. Оружие распределить по тем, кто в состоянии им пользоваться, но если какой-нибудь придурок стрельнет без команды, даже до трибунала не доживёт.
— Это мародёрство! За это полагается трибунал!
— Это распределение боевых трофеев по нуждающимся!
— Я этого так не оставлю!
— Это боевой приказ! Выполнять! Или в жабу превращу. Все равно у тебя ума только прыгать и квакать. Приказ понятен?
— Так точно. — Смирившись, ответил политрук.
— И это… Миша скажи бойцам, чтоб шоколад ни в коем случае не ели. В нём яд.
— Хорошо. Я его просто изыму.
— Тоже верно. Пройдись по вагонам.
Отдав последние распоряжения, Сергей начал осмотр раненных. Вампиры из вновь обращённых помогали. Снимали повязки с ран. Глубокой диагностикой заниматься было некогда. Лечение в основном состояло из одного-трёх малых исцелений. Реже — больше. Пленные были истощены.
Вспомнил про кандидатов на обращение. Они все были свалены чуть ли не штабелем в одном из купе. Вход в него загораживала мощная фигура Архонта.
— Что тут у вас произошло? — Спросил Сергей.
— Их пытались убить. Я не дал. — Спокойно ответил Немец.
— Чёрт! Вы же все в немецкой форме! Как только на вампиров не напали.
— Нападали. — Ответил Архонт. — Но у них ничего не получилось.
— Ну да, не этим задохликам с вампирами тягаться. — Сергей быстро прикинул варианты. — Всем кителя снять. Оставаться в нательных рубашках. — Отдал он распоряжение вампирам на их языке. — Тебя тоже касается. — Уточнил он для Архонта.
Вампиры, те, у кого были надеты кителя, быстро их поснимали. Архонт аккуратно расстегнул пуговицы, и с королевским достоинством разоблачился.
— Вытяни руки. — Приказал Сергей, и когда их руки встретились, скользнул Архонту в разум.
Сознание обычного человека Сергей воспринимал как гроздь разноцветных шаров, соединённых между собой паутиной связей. На этих шарах и нитях чёрными кляксами висели закладки. Более глубокие из них прорастали внутрь шаров и отращивали свои связующие нити. Сознание же Архонта воспринималось необъятным шаром, на котором закладки скользили по поверхности. Почти не проникая вглубь. Очистить от них удалось довольно быстро. Но несколько осталось. Эти закладки глубоко проникали чем-то наподобие корней в шар сознания Архонта. Конечно же, это была всего лишь визуализация, создаваемая самим Сергеем, но какую-то реальную основу она имела. Так как во внутреннем представлении Сергея сознание и закладки у людей, вампиров и дроу практически не отличались.
— Кто же ты такой? — Спросил Сергей.
— Я Архонт, или по-другому демиург порядка материального мира. — Ответил тот невозмутимо. — Спасибо, что убрал большую часть этой пакости с моего разума. Они не мешали, но доставляли неприятные ощущения.
— Я же не всё убрал.
— Оставшиеся не так сильно заметны, и удалять их небезопасно. Видимо, это и было ограничением, с которым я смог вернуться в материальный мир снова.
— Теперь подробно и по-русски: кто ты такой?
— Я демиург. Создатель материального мира.
— Ты бог?
— Нет. Бог создал вселенную. Создал законы. Демиурги по этим законам создали мир в этой вселенной. Всё, что живое и неживое.
— С этим ясно. Другой вопрос: зачем ты здесь?
— Ты призвал мою душу из-за грани.
— Я призывал судью. Ты судья?
— Нет. Раньше я создавал и следил за порядком в материальном мире. Почему пришёл в этот мир я не знаю.
— Что ты можешь делать? — Устало спросил Сергей.
— Чинить. Вот. — Архонт обвёл руками купе.
Деревянная обшивка и металлические детали тут же, без всяких спецэффектов, приняли вид, как будто вагон только вышел с завода, а не эксплуатировался двадцать или тридцать лет.
— Пошли. — Позвал его Сергей на выход. — Смотри. Вот это рельсы. Сможешь их починить?
Архонт не сделал ни одного движения, но весь состав и рельсы под ним преобразились.
— Н-да… — Протянул Сергей задумчиво. — А если рельсы будут повреждены и части насыпи не будет, сможешь также починить?
 
— Мне достаточно видеть часть предмета, чтобы починить его весь.
— То есть глядя на кусок железной дороги, ты сможешь починить её на всём протяжении?
— Нет. — Немного подумав, ответил Архонт. — Расстояние всё же ограничено. Метров 100–150. Мои возможности сильно уменьшились. Возможно…
— Откуда ты знаешь язык, на котором мы разговариваем? — Перебил его Сергей.
— Я не разговариваю. Я общаюсь напрямую. Так проще.
— Но ты двигаешь ртом и губами. Я слышу звук твоего голоса.
— Имитация. Так проще. — Невозмутимо ответил Архонт.
— Командир. Всё готово. Можем отправляться. — Рядом появился Крон, с мешком на плече.
— Готовы, так готовы. — Сергей постоял в раздумье. — Ни на что времени не хватает! Что в мешке?
— Алюминия насобирали. Я его умял немного.
— Давай сюда. Мало ли что. Энергия лишней не будет. — Сергей принял мешок у вампира. — Отправляй Рону вперёд. Она знает, что делать.
— Командир… — Начал говорить Крон, но в это время раздался паровозный гудок со стороны хвоста состава, а вслед за этим дикий грохот и скрежет металла.
— Рвём когти! — Крикнул Сергей и побежал к паровозу.
— Рона, дело за тобой! — Сергей сгрузил мешок в угол кабины машиниста. — Архонт, раз ты у нас полиглот, объясни этим типам, что пора ехать. Скорость держать порядка 30 км в час.
— Командир. — Начал опять Крон. — Я Рону подстрахую?
— Да, конечно. — Согласился Сергей. — Усыпляй всех подозрительных по пути. Главное, чтобы на ваши действия не обратили внимание.
Вампиры молча исчезли в темноте. Поезд к этому времени уже начал движение к Витебску. Сергей, осматривая блестящие ручки управления и свежую краску на всех поверхностях, поинтересовался у Архонта:
— А паровая машина тоже в идеальном состоянии?
— Да. — Скупо ответил тот.
— Пошли на площадку наружу. — Приказал Сергей и выпрыгнул на насыпь.
Легко обогнав, медленно разгоняющийся состав, он заскочил на лесенку, свисающую почти до земли, с передка паровоза. Хорошо, что попался локомотив с площадкой, идущей вокруг котла. Плохо, что не было прямого выхода на неё из будки машиниста. Сзади пыхтел Архонт. Сергею как-то и в голову не пришло, что почти бог будет иметь физические кондиции обычного человека.
Встав по обе стороны от прожектора, Сергей с Архонтом огляделись.
— Архонт, если впереди попадётся повреждённый участок железной дороги, надо будет его быстро починить. Сможешь. — Прокричал Сергей, перекрывая шум паровоза.
— Смогу. — Ответил Архонт, казалось, прямо на ухо. — Можно не кричать. Я услышу.
— Какие-то ограничения по объёму ремонта есть?
— Я не знаю. То, что есть ограничения вообще, для меня необычно. Раньше я мог создавать и убирать галактики одним желанием.
— Вот так и живём. — Согласился с ним Сергей. — Сплошные ограничения вокруг. Но ведь живём!
Архонт промолчал. Сергей начал кидать большие, но не насыщенные плетения скрыта по ходу движения состава. Главное, чтобы они продержались десяток минут, пока состав не проедет.
— Архонт. — Привлёк опять внимание задумавшегося демиурга Сергей. — Так как ты своих пределов не знаешь, то действуй экономно. Когда поймёшь, что поезд без ремонта путей не проедет, тогда и чини.
— Хорошо.
— И ещё, ты в темноте хорошо видишь?
— Мне не нужен свет, чтобы видеть. Я по-другому всё воспринимаю. В объёме. Чем больше расстояние, тем хуже. И это непривычно.
— А глазами? Они же у тебя есть.
— Неудобно. Непривычно. Может, научусь позже.
Состав приближался к центральному вокзалу. Путь, по которому шёл состав, был свободен. Станция не освещалась, по причине светомаскировки. На перроне никого не было. Даже патрули куда-то спрятались. Погода была практически безветренная и дым, выходящий из трубы, не прибивало к земле. Когда же он выходил за купол отвода глаз, рассмотреть его на фоне пасмурного неба было нереально.