В рамках дозволенного (СИ)

— Не дорос ещё до сэра, — фыркнула в ответ, устраивая поднос на кофейном столике.
Вот опять. На этот раз шутка про сэра покоробила не так знатно, как в прошлый. Эх, Тимофей, даже меня к себе потихоньку располагаешь!
— Через тринадцать дней дорасту, — пожимает плечами он и плавно, по-кошачьи поднимается с кресла. — Что-нибудь изменится?
Секундочку, что? Я застыла, так и продолжая стоять сгорбленная над подносом. Да-а, точно, Алевтина же говорила, что Тиму скоро восемнадцать, но по её словам это должно быть через месяц, то есть когда я отработаю контракт и свалю из этого дома.
— Какое осуждение в глазах. Понял-понял, «сэром» меня вовек не назовёшь, — он закатил глаза, плюхаясь на кровать, рядом с которой как раз стоял столик. — Зато покормить обещала.
— Нет! — воскликнула я, с трудом отмирая. Тим, скептически вздёрнул бровь. — В смысле, нет, я не осуждаю. Я удивлена. Получается…
— Получается, совсем скоро мне восемнадцать и тебе уже нельзя будет запрещать мне пить, курить и заниматься сексом, — как ни в чём не бывало заявляет парень.
— Я и не запрещала!
— Пить — запрещала, — фыркнул Тим. — С сексом, согласен, не лезла, хотяяя…
Прозвучало пошло, как, должно быть, и задумывалось, но сейчас было не до этого. Простая новость совершенно выбила меня из колеи. Ёшкин кот! Через тринадцать дней? То есть потом около пяти дней я буду нянькой совершеннолетнего парня?
— М-да, зависла, — раздался голос подопечного почти над самым ухом. Он легко ухватил меня одной рукой за талию и заставил тоже сесть на кровать. — Лучше б сказал всего за пару дней, как и планировал. Спокойствие, только спокойствие. Вечерники не будет, с друзьями справим потом. Будет только тортик и целых восемнадцать свечек.
— Да, но… — попыталась как-то выразить сомнения я.
— Да, но сейчас кое-кто пообещала меня покормить ради пары вопросов. Вопросов задала уже тучу, а кормить не собирается. Непорядок, няня!
Тим хмыкнул и вручил мне вилку. Но собраться с мыслями не получалось. Мысль тревожным молоточком билась в голове, неприятное, болезненное осознание: пацан уже совсем взрослый. Я кинула в сторону подопечного короткий взгляд. Неодет, расслаблен, внимательно смотрит на меня… хищный, с резкими скулами. Взрослый.
А потом вдруг пришла другая мысль: ага, именно, только именно его ты будешь сейчас кормить с ложки, как маленького мальчика.
Так что успокойся, Лада. Возраст Тима — не твоя проблема. А вот заказать ему торт ко дню рождения и придумать скромный подарок стоит. И разузнать, что случилось почти три года назад, как планировала.
Я подобралась и притянула к себе тарелку с запеканкой. Запах от неё исходил просто божественный. Интересно, если стащу кусочек, Тим заметит и не станет есть «с чужой вилки»?
  
— 41-
 
Вопрос: Кто здесь зарекался тесно общаться с нянькой и ещё больше к ней проникаться?
Ответ: Конечно же, он, Тимофей Алексеевич Егоров собственной персоной. Весь день зарекался, а потом увидел её на пороге комнаты, почувствовал, как тонкие пальцы нежно и так тепло приглаживают волосы, и начал нести полнейший бред.
И вот теперь няня, пристроившись на уголке его кровати, целенаправленно распиливает на кусочки запеканку и явно собирается кормить. Его. С ложечки. Вернее с вилочки в данном конкретном случае, но сути это не меняет.
А ещё только что Тим активно строил из себя взрослого и кичился тем, что скоро будет праздновать день рождения. Тортик, свечки, все дела. Когда даже не планировал его справлять. Когда даже Димку просил не заморачиваться с подарком.
И кто он после этого? Няня права, малолетний идиот… который возбуждается от мысли, что его сейчас будут «кормить с рук». Как ребёнка. Нет, как котика.
Пошёл бы к чёрту этот Митяй с его дурацким «брюнетка-конфетка, которая должна о тебе заботиться»!
Пока я осторожно разрезала запеканку на маленькие кусочки, Тимка пялился. Полулежал, откинувшись на подушки и сверлил меня пристальным взглядом серых глаз, не раздражённым, как у отца, а каким-то задумчивым. И как обычно явно желал что-то сказать. Я добрая, не буду лишать его этой возможности.
 
— Надеюсь, ты не следуешь правилу «пока я ем, я глух и нем», — усмехнулась я, дорезая последний кусочек. — Не забыл? С тебя ответы.
— Всего парочка, — передразнил Тим, повторяя мои слова.
— Не ответишь, не покормлю.
Я наколола на вилку кусочек запеканки и попыталась протянуть её Тиму. Подопечный не сдвинулся с места, так и продолжал валяться на подушках.
— Нянечка, так покормить меня не удастся. Нужно забраться во-от сюда. — Он похлопал по кровати рядом с собой. — Прямо с ногами и с тарелкой. Тогда будешь ко мне ближе и дотянешься.
— Есть другой вариант: если ты сам сядешь ровно, — проворчала я, но всё же подчинилась.
От греха подальше. В смысле, чтобы не спугнуть пацана, который готов ответить на парочку сомнительных вопросов. Я заползла на кровать с ногами, осторожно поставила тарелку на матрас и попыталась устроиться удобней. Тим всё с той же задумчивостью взирал за моим копошением.
— Первая за маму? — не удержалась от ехидства я, когда, наконец, смогла дотянуться до подопечного. Делать это всё равно приходилось, потому что шевелиться Тимка отказывался, но сидеть так действительно было гораздо удобней.
— Не, за маму не хочу, — фыркнул пацан. — Хочу за новую Mortal Kombat.
Я опешила, так и продолжая держать вилку у его лица, а Тимка легко ухватил зубами кусок запеканки, с наслаждением его пережёвывая. Кажется, как бы он ни бахвалился, а есть очень хотел.
— З-за игру? — пробормотала в полном шоке.
— Именно! Сегодня купил в Стиме, на днях буду проходить. — Тим пожал плечами. — И, кстати, это уже второй вопрос. Даже третий, если считать тот, что был о дне рождении. Расходуй осторожней, а то скоро отвечать перестану.
Третий? От возмущения я даже звякнула вилкой по тарелке. Он совсем обнаглел, джинн недоделанный? Он это посчитал за вопросы?
— Тимофей, так не честно, — возмутилась я и протянула ему следующий кусок. — Ужин только начался — это раз. А на предыдущие вопросы ты меня сам подбил — это два. В планах у меня совсем иные.
Подопечный вздохнул украдкой — кажется, с наслаждением, потому что запеканка улетала мгновенно — и уставился в потолок. Что такого интересного он там отыскал, я не знала, но после «первой вилочки за Mortal Kombat» я ничему не удивлюсь.
— Отлично. Вопросы в студию, — наконец, возвестил он. — И ещё один кусочек, пожалуйста.
Я снова склонилась к нему, передавая еду, и задала первый вопрос, для разогрева:
— Скажи, нянь ведь тебе нанимают не просто так? Ты чем-то провинился?
Тимка чуть не подавился от такого вопроса. Закашлялся, по крайней мере, очень искренне, но запеканку усел проглотить вовремя — не в то горло не попала, стопроцентно. Успокоившись, подопечный возмущённо зыркнул на меня, чтобы получить в ответ лишь невинную улыбочку. Не-не-не, пацан, отдувайся! Сам пообещал, сам исполняй. Я-то свою часть «договора» делаю исправно.
И я протянула ему очередную вилочку. Запеканка быстро заканчивалась, но оставались салатик, огромная чашка чая, торт и две зефирки. Настя постаралась на славу.
— С чего ты так решила? Может, у меня просто предки бесконечно заботливые? — выдавил он.
— Не может. — Я пожала плечами. — Просто так и прыщ не вскочит, а уж родители тотальный контроль со своей стороны точно не устроят.
— Ка-акие поговорки, — фыркнул Тим, но потом добавил: — Резонно.
И замолчал. Я вздохнула, продолжая кормить отлынивающего от исполнения своей части обещания наглеца. Жадничать буду с тортом, а запеканка остынет, невкусная будет…
— И всё же? — поторопила подопечного я, когда молчание слишком затянулось, а мы перешли на капустный салат.
Кусочек салата я, кстати, всё же стащила, но не вилкой, а легко подцепив его длинными ногтями. Тимка внимательно проследил за этим действом, но ничего не сказал, лишь тяжело вздохнул.