Путник. Капитан «Неуловимого» (СИ)
Быстро собравшись, прихватив всю наличность, я проверил пистолет, блеск, он даже не заряжен, пустой магазин, хорошо запасной снаряжён. Его и вставил в рукоятку, после чего закрыв комнату и направился к выходу. Народу во дворе оказалось много, куда больше, чем когда я пришёл, детворы хватало, двое мужиков в военной форме были, один моряк, другой армеец, те сидели за столом с другими жильцами, как я понял в шашки играли, мы кивнули друг другу. Поблагодарив ту женщину, что мне помогла найти мою комнату, мол, отлежался, лучше стало, я покинул дворик и уверенным шагом направился в сторону порта. Дорогу я запомнил. Да тут и идти-то всего минут десять. На сегодня никакие покупки я не планировал, чистый кач Хранилища, нужно до начал войны успеть накачать его хотя бы до пяти тысяч кубов. Про Взор и не говорю, но тут качаю его всё время пока не сплю, а это где-то пятьдесят метров в день. Про Исцеление пока молчу, его можно качать заживляя свои раны, а специально себе их наносить я не хотел, хотя и подумывал об этом. Нет, самый минимум есть, пока хватит, а дальше война, там быстро накачаю. Опыт прошлой жизни показывает, что это будет так. А вот по поводу Хранилища у меня есть некоторые мысли. А я убираю внутрь куда больше по размеру вещей, чем тот показывает в кубах. Я знаю, что вещи уменьшаются, но всё равно много загружал, так что тут ответ у меня такой: видимо куб у святош - это размер куда больше чем куб на Земле. Разные размеры, оттого я и путаюсь. Так что только практикуя с Хранилищем, я на месте смогу узнать войдёт очередной трофей внутрь или нет. На кубы можно не смотреть, врут в большую величину. Это я уже точно определил.
Уйдя в сторону от порта, где были пристани для рыбаков, а также небольшая пристань местного клуба парусного спорта, я стал искать главного. Народу хватало, многие подводили лодки, яхточки и баркасы к пристани, ставя на стоянку. Вечер, те под парусом ходили, как я посмотрю немало любителей этого спорта. Местного начальника я нашёл, объяснил ему, хочу мол лодку купить, морскую. Я тут и катера моторные видел. Но они не про меня, мало того, что денег нет, так ещё и разрешение на их владение требуется особое. Мне обычную вёсельную лодку. Тот нашёл такую быстро, у них в клубе три штуки продавалось. Купил ту что побольше, сто сорок рублей мне стоила, но неплоха, с высокими бортами. Она на берегу была, мне её спустили на воду. Я лодку уже купил, получил справку на владение, в комплекте два весла, сказал главе клуба что хочу на ходу попробовать и отчалил, сидя за вёслами. Стемнело быстро, я сам от пристани метров на двести отошёл, неловко работая вёслами, как бы это не заметили, силуэт лодки с берега видно, ну и стал качать Хранилище, опустив левую руку в воду.
До трёх утра я этим занимался, но накачал неплохо, Хранилище теперь не сто кубов вмещает, а сто восемьдесят три. Так вернувшись на берег, я убрал лодку в Хранилище и направился к своей комнате. На место службы, к стоянке субмарины, я должен прибыть в восемь утра. Надеюсь не просплю, потому как будильника в комнате я не нашёл. Подумав, решил ночевать на лодке, там точно не просплю. Так пройдя на территорию базы, вытерпел две проверки, и оказался на борту лодки. Вахтенный носом клевал, но тут сразу проснулся при моём появлении. Стараясь никого не разбудить, я занял свою койку, раздевшись, и вскоре уснул. Что-то я устал. Меньше суток в этом теле, но быстро устаю. Надо бы серьёзно телом заняться, что-то слабое оно у меня по сравнению с прошлым. Вот уж где качок.
***Следующие недели пролетели очень быстро. Я практически не покидал порт, лишь раз заглянул в комнату Мальцева, забрал личные вещи и форму. А посещал флотскую баню с командой. Потихоньку вот так втягивался. Было два учебных выхода, где я передавал командование старпому, говоря тому что ему нужно набираться опыта в командовании и управлении лодкой, а сам наблюдал, и запоминал, особенно термины. Их тут много и у каждого своя специфика. Однако дело сделано, лодку я отлично узнал, как управлять той тоже, всё же девять учебных погружений, хотя и в местной луже, как называли Рижский залив. Четыре раза погружениями командовал сам, вроде неплохо вышло, особых возражений не было. Сама лодка неплоха, хотя и очень тесная. Дизель починили, пока не выходил и строя. Мелкие поломки были, но для новой лодки это нормально, устраняли по ходу дела. То, что я не Мальцев, пока ни у кого не возникло сомнений, хотя некоторые странности в моём поведении и заметили. Изменилась походка, обороты речи, поначалу не всех узнавал, но потом освоился. Даже почерк теперь умело Мальцевский копирую.
Итак, сегодня утро двадцатого июня, а дел невпроворот. Завтра учебный выход, на трое суток выходим, задача дойти до точки, сутки там патрулировать, и назад. Двигаться всё время придётся близи берега, так маршрут проложен. А вообще мне нравиться, лодки не стоят на базах, команды тренируются, пусть в учебных, но походах, команду я теперь отлично знал, кто что может и умеет. Несколько матросов из палубных поменял по местам, поставив на те посты где они будет более ценны. Но это ладно, интересно конечно, однако есть другие дела. Если в Исцелении у меня сдвигов нет, слегка прокачал, пальцы поломанные захлопнувшейся крышкой, но следующая опция не открылась, то два других умения вполне прокачены. Взор тысяча девятьсот двенадцать метров на данный момент. Вы даже не представляете себе, как эта опция помогает в слепом управлении субмариной под водой, особенно с малыми глубинами залива. Ни одного удара о дно, что бывает не редкостью. По Хранилищу. Тут успехи куда больше. Объём Хранилища теперь четыре тысячи триста девяносто шесть метров. Про пять тысяч кубов к моменту начала войны я всё же хватил лишку, но и этого немало. Тем более времени качать Хранилище не так и много. Ночами, из-за чего адски не высыпался, да днём, но тут пришлось изображать любителя купаться. Водичка тут не тёплая, это не Чёрное море. Север. Однако накачал. Правда покупок не совершал в магазинах и на рынке, в Хранилище кроме личных вещей из комнаты, моя шлюпка, да ценности с трёх схронов, что я одной ночью вскрыл тайком на чердаках разных домов и прибрал. Пока продать не успел, нужно гражданскую одежду купить и закупить продовольствие на местном рынке. Как раз этим два дня и буду заниматься, пока не наступит точка ноль. Начало отсчёта.
Однако тут вмешалась Судьба, явно собираясь испортить мои планы. Посыльный прибежал, девушка меня ждёт на проходной. И кажется я догадываюсь кто это. Бывшая девушка прошлого хозяина моего тела. Кстати, тренировки я и тут не забросил, бегом и боксом активно занимался, среди матросов нашёл ещё двоих, и вот мы вечерами на пирсе и боксировали. Командование дивизиона об этом узнало, через неделю соревнования будут, и раз я отправил в нокаут их чемпиона, то меня записали, но я-то знаю, через два дня уже будет не до них. Отпустив посыльного, я быстро собрался, и покинув лодку, уверенным шагом направился к проходной. Дежурный командир предупреждён что меня сегодня не будет, ночую в своей комнате. Да и всех командиров я распустил, кроме дежурного, к семьям, благо пока объявления боевой тревоги по флоту не было. Помниться её объявят в ночь с двадцать первого по двадцать второе июня. Тот морячок в госпитале в прошлой жизни об этом рассказывал. В общем, планов у меня много, я уже и забыть успел о девушке Мальцева, о том, как тот в госпиталь попал, а тут об этом мне напоминают, но планы менять я не собирался. К слову, Мальцев не был сиротой, семья у него имелась, и немалая, родители, младший брат с сестрицей, бабушки, дяди и тёти с их детьми. В общем, народу немало. Большая часть жила в Ленинграде, включая родителей и брата с сестрой. Отец крупный инженер-кораблестроитель, правда работает на судоремонтном заводе. Мать учительница английского языка. Мальцев владел им практически в совершенстве, что меня порадовало, будет куда списать знание языков. Как бы теперь объяснить знание ещё немецкого, французского, японского и итальянского? Да, кстати, за прошлую жизнь ещё итальянский подтянул, общаясь с пленными, старясь убрать акцент, не смог, но говорил теперь свободно. Родственникам я написал пять писем, за этот месяц свидится не удалось, отписывался что работы по службе много, отдыхать некогда, надеюсь поймут. Писем я сам немало получил. Одиннадцать штук. Брат в девятом классе учился, сестрица ещё маленькая. Во второй ходила. Тут я постараюсь, даже если город попадёт в блокаду, умерших от голода не будет, этим и собирался заняться.