Путник. Капитан «Неуловимого» (СИ)

Дальше я описывал и перечислял что будет доставлено через пару дней, видя, как светлеют лица Сафронова и его подчинённых. С танками сплошные проблемы, всего один батальон, да и тот оснащён слабо, машин едва на роту хватало, так что теперь этот батальон срочно в полк нужно разворачивать, а это отзывать с передовой танкистов, что пошли воевать в пехоту. Также насчёт захваченных у немцев самолётов. Артиллеристов пополнением порадовал. Для армии это немного, тут на дивизию стволов едва хватает, но с учётом потерь при отступлении и это как глоток чистого воздуха для подводника. Дальше я устал и мне выделили комнату в одном из домов рядом со штабом. Выделили ординарца, и я, поужинав, а был вечер, отбыл ко сну.
Следующая неделя пролетела как один миг, врачи меня осмотрели, отметили динамику выздоровления, хорошо ещё я не залечил полностью повреждения, мне рентген сделали. После него всё залечил. Ну и находясь на излечении эти два дня, просто отдыхал, покупал бочками черноморскую рыбку, как свежую, так и солёную, икру. Сухофруктов насколько мешков купил. Жаль следят, не развернёшься, но и этого хватит. А потом сделав вид что прибыли бойцы террор-групп, взял машину и стал кататься по пустынной местности доставая технику и штабеля с боеприпасами. Бочки с топливом и разным горючим. Тут с этим проблемы, с топливом и боеприпасами. Передал за пару дней, дольше интендантами уже передавалось всё войскам. Половина танков не на ходу, требовали ремонта, благо ремонтники имелись, и те с радостью знакомились с новыми для них машинами. «Тридцатьчетвёрки» те знали, были такие, десять штук в армии, уже все потерянные в боях, а тут «КВ», так что знакомились и чинили, запчасти я выдал, ставили на ход. Что не могли, закапывали в землю по самою башню. А так полк трёх батальонного состава, первый батальон тяжёлый, «КВ» и двадцать новеньких немецких «четвёрок», второй средних танков и третий лёгких, формировался он в тылу. Его готовились использовать для прорыва обороны. А вот французские броневики я не все отдал, только четыре, два при себе оставил. Артиллеристы и авиаторы также получали вооружение, лётчики знакомились с трофейной техникой. Артиллеристам помимо орудий советского производства, тоже досталось три батареи немецких лёгких полевых гаубиц, зато снарядов для них завались, хватит надолго, два состава, и плюс пару складов с ними было. Стрелковое оружие, особенно пулемёты, тоже были встречены с радостью, но особенно боеприпасы требовались и гранаты. Всё это было и всё оказалось получено, что позволило усилить оборону на несколько порядков. Зенитная оборона усилилась, всё же передал сто шестьдесят семь зенитных единиц, от пулемётов до шести крупнокалиберных орудий в восемьдесят пять миллиметров. А вот немецкие зенитки не передавал, оставил у себя со всем запасом снарядов к ним. Автотранспорт тоже передал, в основном для танкистов, чтобы пехота не отставала, и артиллеристов, для перевозки боеприпасов.
Октябрьский, командующий Черноморским флотом, прилетел через три дня после моего прибытия, на транспортном самолёте под прикрытием двух звеньев истребителей, но было поздно, я уже фактически всё передал армейцам, флоту достались крохи, небольшие запасы авиационного топлива и боеприпасы для самолётов. У меня они тоже были. В принципе на этом всё, серьёзная помощь оказана, армейцы и сами имели полное воодушевление, что террор-группы работают тут, в Крыму, и готовились атаковать немцев и выкинуть их с территории полуострова. Сам я уже отметился у особистов и в секретном отделе, те поставили метки в моих документах, оба штаба, флота и армии, подтвердили мою командировку, в принципе можно возвращаться в Полярный, но раз меня попросили помогать до полного освобождения Крыма, что ж, подождём и поможем. С командующим Черноморским флотом мы не сошлись характерами, как-то сразу не понравились друг другу. Да тот ещё меня построить пытался, однако ткнув того носом в приписку рукой Сталина, показал, что я тут сам по себе и ему не подчиняюсь. Больше я его не видел, общаться тот со мной предпочитал через своих подчинённых. Много я что о себе услышал благодаря Взору. Меньшая часть командиров флота поддерживали отношение Октябрьского ко мне, игнорировали, а другая, куда как большая, наоборот приветствовала, как результативного подводника и военного моряка, награждённого трижды высшими наградами страны. Хорошо ещё я в Симферополе находился, тут моряков не так много, забавно, штаб обороны в Симферополе, а штаб флота в Севастополе, так что особо не доставали.
 
Так вот, неделя прошла с момента моего прибытия, пусть я пострадал, но плюсы тоже были, поднялся на две ступени в Исцелении и до вожделенной опции излечения фобий стало всё меньше. Плюс я ещё сам себе повреждения наносил, в основном ножом по разным местам, поэтому две и вышло, ничего, получу нужный бонус и излечусь от страхов. А за неделю армия освоила то что я ей передал, под Москвой началось полномасштабное наступление, прибыли-таки сибирские дивизии, и я решил, что хватит отдыхать. Вот о чём мы с Сафоновым договорились, я отправлюсь в тыл к немцам, тот давал мне пять дней, максимально ослаблю противника, мол, террор-группы готовы работать, дальше уже идёт наступление армии. Её усилили, полнокровную дивизию перекинули на судах, плюс местные пополнили за счёт добровольцев и излеченных раненых из госпиталей. То есть, всё готовилось к большому наступлению. И как стемнело, пятого декабря на «У-2», это самолёт связи что приписан к штабу обороны, меня перекинули в тыл противника, я лётчику описал где меня высадить, а то ночь темная не видно ни зги, пришлось световой ракетой подсветить место посадки, и тот улетел. Вот и всё, я в тылу, одет всё также форму командира военно-морского флота, и пора действовать. Чем я и занялся. У меня было двести мин готовых к применению, а я любил использовать полковой миномёт в сто двадцать миллиметров. Сто ящиков, в каждом по две мины. Этими боеприпасами и вооружением с армией я тоже поделился, но отдал не всё, себе оставил пару миномётов и тысячу мин. Весь боезапас я и планировал тут за эти пять дней потратить.
Высадили меня в глубине обороны немецких войск, тут именно немцы стояли, румыны левее, ближе к Евпатории. Достав свой любимый танк, «Т-28», я переоделся в армейскую форму, комбез танкиста, и устроившись на месте механика-водителя, покатил к ближайшей точке, где будет позиция миномёта. Нет, и на месте высадки, которую немцы кстати засекли, тоже пара целей приличных было, но если отъехать на пару километров, то с одного места я могу накрыть пять жирных целей, и уйти до того, как кавалерия прискачет. К слову, о кавалерии я не шутил, румынские кавалеристы не так и далеко были. А задача у меня, точнее террор-группам, была Сафроновым поставлена такая, обескровить дивизии немцев и румын, выбить артиллерию, особенно миномёты досаждали, авиацию, подвижные силы, резервы и запасы на складах. То есть, максимально ослабить противника, и на всё это мне давалось пять дней. Немного? Я бы так не сказал. А вот Октябрьский, что к слову и командовал обороной Крыма, Сафронов ему подчинялся, особо в наши планы не вмешивался. Похоже от него гадости можно ждать. Тот прикидывал, вслух, как бы нам навредить, не понимая, что вредит не столько нам как своей стране. Например, тот вернул крупные надводные корабли в бухту Севастополя и приказал провести ремонт и обслуживание машин. В ближайшие две недели те выйти в море не смогут, да и эсминцы отослал с разными приказами. То есть, на помощь от флота можно не рассчитывать. Интересно, Октябрьский за кого, за нас или противника? Я написал докладную записку по этому факту и приказал через секретный отдел флота отправить в наркомат лично на стол Кузнецову. И да, докладную записку перехватили, Октябрьский приказал, прочитал и с матом уничтожил. Особенно ему не понравились мои мысли на бумаге, за кого тот. Я об этом тоже написал, и с копией доклада направил другим маршрутом, через армейцев. Обещали доставить. Это было до вылета, за час можно сказать, но теперь это уже не важно, я в тылу противника, тем более Октябрьский всё же решил помочь, остановил ремонт и обслуживание корабельных механизмов, через пару дней флот будет готов помогать. С паршивой овцы хоть что-то. А командующего надо менять, я об этом тоже написал. Всё же снимать, это не в моей власти.