Повелитель морей (СИ)
Только через час прибыл сопровождающий от полка. В полночь мы добрались до полка, и нас оставили отдыхать в овражке, утро начнётся распределение. Я отошёл в сторону, вывел на верх голову голема, будет меня охранять, если что поднимет, и постелив плащ-палатку, накрывшись шинелькой, вскоре уснул. Винтовка под рукой. Да, всех бойцов маршевой роты вооружили. Даже пулемёты дали, аж пять штук, ручных. А вообще разнообразие оружия удивляло, в большинстве винтовки «Мосина», всего три карабина, девять винтовок «СВТ», три «АВС» и старый «ППД». Этот пистолет-пулемёт с обгорелым прикладом, и всего двумя рожковыми магазинами, без подсумков, вручили старшине, старшему по званию в нашей роте. Это один из тех командиров что получил красноармейскою книжицу из тех бланков что я выдал. До старшины все получают красноармейские книжицы, уже выше, от младшего лейтенанта и далее, командирские удостоверения.
Утром, а побудку объявили почти на рассвете, не особо-то я и выспался, по бурчаниям с разных сторон, не я один такой был, но прибывшие командиры, включая командира полка, быстро навели порядок. Построили, ну и началась раздача пряников. В нашу первую роту всего восемнадцать бойцов выделили, сопровождающий в звании ефрейтора ожидал, и пока вёл нас толпой без строя к месту позиций нашей теперь роты, и описал что было. М-да, кухни нет. Всё потеряли, горячей пищи давно не видели, если только кто на костерке что приготовит. Бежали так, что всё побросали. Тот из второго взвода, сообщил что в нашем первом всего шестеро бойцов, все красноармейцы, командиров нет. Ротный собирается двум опытным бойцам дать младших сержантов, назначить командирами отделений. Кстати, с нами два сержанта шло, из призывников, одного на наш взвод помкомвзводом назначили. Тот тоже шёл рядом и внимательно слушал.
Окопов никаких не было, были мелкие неглубокие стрелковые ячейки, раскиданные тут и там. С нами познакомился командир роты, младший лейтенант, легко контуженный, ранен в руку, но командует, слегка заикаясь. Ознакомившись со списками, тот раскидал бойцов и командиров, нашего сержанта, Потапов его фамилия, временно назначил командиром взвода. Вместе с ним и другим пополнением во взводе теперь ровно пятнадцать бойцов. Невысокий красноармеец в штопанной, но чистой форме сопроводил нас до позиций нашего взвода, он теперь тоже подчинённый Потапова, и показал где наша оборона, от сих до сих. Потапов почесал затылок и начал внимательно знакомится с бойцами. Сначала со старичками, потом и новичками, пока не дошла очередь до меня. Я себе уже позицию выбрал, и отстегнув лопатку копал в мягком песке берега стрелковую ячейку. До немцев тут метров пятьсот, широко река растеклась, но наши шевеления те видели, постреливали иногда, минами садили. В основном ротными, те едва-едва долетали до нас, чаще у берега воду и тину в воздух поднимали, так что копал я лёжа, для стрельбы лёжа выкопал, дальше не собирался, хватит и такой, вряд ли мы тут надолго задержимся. Тут Потапов как раз перебежками и подошёл, устроился у моих вещей сложенных под берёзой. Оружие, вещмешок, шинель, ремень с подсумками, всё это я накрыл плащ-палаткой, чтобы песком не запорошило в случае обстрела.
- Туманов, отползи ко мне, пообщаемся.
Я и так с открытого места собирался убраться, так что шустро двигаясь по-пластунски ушёл под берёзу, тут небольшая низина была.
- Ловко, - оценил мои движения Потапов. - Не пойму кто ты. На свежего призывника не похож. Опиши кратко что умеешь и знаешь, чтобы я знал на что рассчитывать.
- Войну начал у Белостока, в составе тяжёлого отдельного зенитного артиллерийского дивизиона. Седьмая танковая дивизия, Шестой механизированный корпус, Десятая армия. Выходили к своим бросив всю технику. Вышли, попал под суд, был лишён звания и направлен на передовую, так тут и оказался.
- М-да, обстрелянный значит? А что со званием? Кем был?
- Сначала главным и единственным снабженцем в дивизионе, техник-интендант второго ранга. Потом понижен в звании до батарейного старшины, а вот теперь красноармеец, - засмеялся и я стал под берёзой копать противовоздушную щель, где и собирался проводить основное время, а в стрелковую ячейку только вовремя начала боя перебираться.
- Техник-интендант, это лейтенант вроде?
- Да, соответствует армейскому лейтенанту, - подтвердил я.
- Чёрт, у нас командиров не хватает, а тут целый лейтенант.
- Но-но, меня судом звания лишили, так что давайте без этого. Я красноармеец и точка.
- Ладно. Что имеешь?
- Оснащён как красноармеец полностью. Винтовка «СВТ», штык-нож, финка, четыре гранаты, три оборонительные и одна противотанковая. Шинель имею, каску тоже. Лопатку как видите тоже. Заточена с одного края, можно использовать как топорик и как холодное оружие.
- Три пехотные лопатки на весь взвод, - вздохнул тот, и кивнув направился дальше.
Я же продолжал углублять щель, сделал её двухметровой и глубиной метр. Глубже не стоит, в случае сотрясения стенки обвалится могут и засыплет, а тут хоть сам откопаюсь. Справа от меня в двенадцати метрах копал стрелковую ячейку пулемётчик с «ДП», ему одолжил лопатку один из сторожил взвода. Слева, метрах в десяти спал другой боец, тоже из новичков. Копать ему было нечем вот, каску использовать не догадался, и отдыхал, ждал пока инструмент освободится. Когда объявили, что завтрак несут, я как раз закончил, отдав лопатку соседу, тот только-только приступил к работе, когда незнакомый боец с двумя вещмешками пробегая мимо выдал на завтрак по одной ржавой селёдке и по два сухаря. Чая нет, хотите пить, вода вон, рядом блестит. Бойцы приступили к завтраку, жадно набрасываясь на пищу. Я же, сидя в своей щели, все вещи уже спущены, винтовка завёрнута в шинель, плащ-палатка как тент над щелью натянута, осмотрев селёдку, вздохнул, убирая её в Хранилище и достав котелок каши из гречки с мясом, с лепёшками, и приступил к приёму пищи. А вот не хочу желудок портить. Поев, я тут же попил чаю с мятой, и продолжил обустраивать щель, беря с блюда виноградины и закидывая в рот. Вкусные. В нишу вещмешок убрал, каску сверху, чтобы под рукой была, ремень уже застегнул, всё на себя навесил, проверил как магазины вынимаются, гранаты тоже проверил. Что ж, я готов.
До обеда время тянулось очень медленно. Когда мне лопатку вернули, пришлось чуть ли не с боем отбирать, уже присвоить успели, но выбитые на металле инициалы подтвердили, что моя, я выкопал подальше от берега ямку, для туалета, ну и мусор туда сносил. Часов в десять дня приходил ротный, пообщались, Потапов сдал ему меня, тот узнавал что умею и знаю, выяснил что я форму в этом году надел, по сути военный чиновник, покивал и ушёл. Тот видимо внимание привлёк, когда ко мне шёл, немцы вынесли на берег ротный миномёт и начали садить по нам, серьёзно меня разозлив, песком все волосы припорошило, я как раз пилотку снял, так что вскочив, встал за ствол берёзы, я сделал два прицельных выстрела, лейтенант наблюдал за миномётчиками в бинокль и когда те повалились, удивлённо посмотрел на меня.
- Ворошиловский стрелок?
- Может быть. Нормы не сдавал. Стреляю хорошо, не без этого.
После этого я сделал ещё три выстрела, все точные, трое немцев что собирались вынести своих убитых, тоже покатились по песку. После этого по нам начали садить все, кто был рядом, потом и гаубицы лёгкие подключились. Лейтенанту уже ушёл, а я в щели пережидал. Потом ремонт делал, стенки всё же обвалились, пришлось укреплять плетнем из камыша и веток. Так день и прошёл. Что интересно, бойцы радовались, что я так метко немцев подстрелил, наблюдая за этим из своих ячеек, а потом ругали что из-за меня под обстрел попали. Вот где логика? Она тут и не ночевала. На обед кстати выдали по банке рыбных консервов, луковицу и по пять сухарей. На ужин три сухаря и снова селёдка. Рыбный день. Кстати, я той что на завтрак давали пополдничал, часа в три дня. Знаете, а вкусная селёдка, жирная, несмотря на непритязательный вид. На ужин тоже не стал есть, в этот раз у меня была картошка-пюре, с жаренной докторской колбасой и подливой. Два куска хлеба, обошёлся без лепёшек, салат из помидор и огурцов, со сметаной, ну и чай с булочкой. Так что уснул я в своей щели, накрывшись шинелью, сытый и довольный. Днём ещё мороженки поел. Да, вот так воевать можно.