Хартблид: Цепи разума (СИ)
— Ответы на многие вопросы, что ты задаешь, можно найти в книгах, — убежденно сказал он.
— Ну, у нас книг нету. Да и папка считает что моё дело — учиться еду готовить, одежду чинить, а как подрасту — замуж выйду. Ката, вон, не смогла… Ой!
— Ката? — переспросил Хартблид.
— Дайкатана, — девочка вздохнула, воровато оглянулась на гроб и тихо сказала:
— Надеюсь не слышала. Папка вчера сказал что сегодня хоронить будем, но мне кажется он время тянет, словно ещё увдеться хочет. Она ведь ещё здесь?
— Нет, — уверенно сказал Хартблид. — Её здесь уже нет. Это всего лишь оболочка.
— Хорошо, но… Давай всё же не здесь.
Девочка сгребла наследство в плащ и посеменила в детскую.
— Её настоящее имя — Ката. Мама пошутила что это в честь Дайкатаны, легендарного меча, перемещающегося во времени и пространстве. А после Катастрофы Ката сказала что теперь она Дайкатана, и найдет способ как вернуть маму.
"я стану мечом" — вспомнилось Хартблиду. "вот это целеустремлённость"
— … Это папка рассказал, когда мы её вспоминали, после того как ты дал нам увидеться.
— А в чём была шутка? — непонимающе спросил Хартблид.
— А?
— ну, про Дайкатану, которая меч.
— А, мама потом объяснила папке что это неправильное название меча, потому что гайдзины неправильно прочитали слово "дайто", что означает "большой меч". Папка сказал что в тот раз он как обычно сделал вид что всё понял, и посмеялся. Мама у нас была странная, ну как видишь, — она выразительно кивнула на плащ со снаряжением, который в данный момент искала куда бы спрятать.
"это что же за хуйня получается," — ошарашенно подумал Харблид. — "Я призвал её дух, пользуясь неверным именем? Или она сделала его настоящим, потому что верила в него?"
— Надо её похоронить, — сказал Хартблид. "её оболочку, её прежнее имя…"
— Харт, а что будет, ну, потом? — Мара заглянула ему в глаза.
— Добрый шаман Гойко поможет душе добраться до Грани, а что за ней — я без понятия.
— Тогда, наверно, лучше тут остаться. Тут всё знакомо, — серьёзно сказала девочка.
"Это у них что, семейное?"
— Ладно, пойду-ка займусь делами. Крысы в амбаре ещё не извелись?
— Не-а. А вредителей поубавилось.
— Тогда пошли повторим обработку.
* * *"Вы думаете, я забыл? А я не забыл! Десять крысиных шкурок!" — Хартблид решил подойти к делу с иной стороны чем раньше. Для начала, он загодя обработал одного зомби бальзамом с добавлением могильного огнецвета. Мыслил он так, что крысы будут грызть зомби, нажрутся яду и сдохнут. В результате можно будет содрать с них шкурки. Если же способ окажется действенным, можно будет применить его и против адских крыс.
Как водится, всё пошло не совсем по плану. Проще говоря, пока одни крысы жрали зомби, Хартблиду пришлось использовать все свои силы — включая духа-отшвыривателя — чтобы отбиться от остальных. Потом ему пришла в голову мысль, что могильный страх должен работать не только против разумных, а затраты сил на него меньше — и наконец выдохнул с облегчением, потому что перепуганные крысы разбежались. Укрепленный зомби их укусы чувствовал слабо и вяло пытался топтать грызунов. Получалось плохо. Тогда Хартблид велел духу их рвать, и отравлять могильным ядом. Дело всё равно двигалось медленно, но пяток крыс уже загнулись в корчах, когда возле амбара послышался протестующий вскрик Мары. Хартблид высунулся и увидел что та с решительным выражением лица встала на пути Фило и Реза:
— Не пущу! Идёт де-ра-ти-за-ци-я! Харт сказал не входить!
— Сейчас закончу, — сказал Хартблид на языке живущих.
— Хех, много уже набил? — поинтересовался Рез.
— Пять, — Хартблид мельком заглянул в амбар. — То есть шесть.
У Реза вытянулось лицо.
— Чем это ты их?
— Яд, — коротко ответил Хартблид и вернулся к истреблению вредителей.
— Яд так не шумит, — с сомнением заметил Рез. Фило философски хмыкнул, набивая трубку:
— главное чтоб амбар не спалил, а уж ежели крыс изведёт — всяко хорошо будет. Ладно, пока он там занят, я пожалуй перекурю, а ты ещё раз запомни: на мельнице огнем пользоваться нельзя, не то мука полыхнёт, не раз такое уже было.
— Да помню я, помню. Я ж не курю, — отмахнулся Рез. В этот момент из амбара донесся особо громкий дробный шум, а затем вышел Хартблид, держащий за хвосты кучу мертвых крыс.
— Готово. Дюжина. Как бы ободрать?
— Я помогу, — сказала Мара.
— О как. Ну ладно, я всё равно курю, Рез, сынок, тащи мешок на мельницу!
— Угу.
…
Из собранного на заросшей огнецветом могиле, Хартблид за полчаса сварил достаточно отравы, чтобы прикончить всех крыс в амбаре, вопрос был в том, подействует ли она на адских крыс. Но это можно было проверить только с помощью опыта. А до этого следовало пообщаться со жрецом. Фило с радостью показал где тот обустроил новое святилище — как оказалось, на опушке леса, где, судя по всему, активно проводились озеленительные мероприятия. Ведь если лес только рубить — его не останется. Судя по виду часовни, её собрали из отходов пиломатериалов, до того неказисто и не внушительно она выглядела. РеХаб оказался на посту и выглядел жизнерадостно.
— А! Хартблид! Зашел в гости?
— Угу, — названный кивнул и с сомнением оглядев часовню, заглянул внутрь. Там горели свечи и пахло благовониями, от которых свербело в носу и начало чесаться тело.
— Не обращай внимания на внешний вид, строили-то ещё когда. Хотелось бы, конечно, чтоб оно выглядело как настоящий храм, но чем богаты тому и рады. А у меня — ты не поверишь, ученица завелась!
— Да ну? — скептически спросил Хартблид.
— Ага! Заряна, ну-ка покажись!
Из часовни осторожно выглянула худенькая девица примерно одних лет с Резом. Хартблид аж залюбовался её волосами, пышными и золотистыми.
— Она сама скромность, в том что касается мирских дел, но голос ангельский. Сама свечи делает, сама разучила псалмы на службах, а как обнаружила в себе силу залечивать ссадины и царапины — ко мне пришла, учиться. Я так думаю, Хартблид, — жрец на миг замолчал, с легкой улыбкой глядя на Заряну. — Я грешен, и не достоин быть проводником благодати Пантеона на этих землях. К тому моменту как ты сможешь пройти через Барьер, а может и найти способ меня перевести, Заряна займет моё место, а я отправлюсь в паломничество и займусь искуплением.
"Мне показалось, или он как-то стал меняться в лучшую сторону?" — подумал Хартблид, разглядывая лицо жреца. Нижняя губа! Она уже не была отвисшей, да и похудение пошло падре на пользу. Теперь его можно было с натяжкой назвать благообразным. Но стоило вспомнить как он себя вёл на судилище, как сразу в душе начинало шевелиться недоверие. Вот так один раз испохабишь репутацию — и всё, до конца жизни вспоминать будут. И вспоминают, скорее всего. Так что паломничество для него действительно выход.
— Падре, я к вам не просто лясы точить пришел, — призрачным голосом сказал Хартблид. Заряна округлила глаза и сделала жест отгоняющий злых духов. — Я собираюсь отправиться в шахты и разобраться с адскими крысами, чтобы староста Фенек смог отправить туда рабочих, добывать руду. С обычными крысами у меня проблем нет. А вот чем взять адских — пришел посоветоваться, потому что не уверен, сработает ли на них моя отрава из могильного огнецвета.
— Создания искаженные скверной Бездны чувствительны к святой воде, — жрец одобрительно кивнул. — У нас тут колодезь, так что могу хоть сейчас осветить тебе пару вёдер, если это поможет.
— И я буду тащить их через весь город? — скептически спросил Хартблид.
— Хорошо, тогда чего ты хочешь?
— Мой учитель говорил, что дети должны видеть мир таким, каким он есть. Так что бери воду, свечи, Заряну, святую книжку, благовония, или что там ещё может помочь в борьбе с крысами, и пошли в шахту. Заход по тактике обсудим по дороге.