Голод (СИ)

— Складная рифма, — сжав губы в подобии улыбки, произнес Трилеев.
— Это опасный тип. Он стравливал людей, кормил их полуправдой и, просто, подставлял.
— Он напал на тебя прямо здесь? У тебя дома? — с удивлением спросила Ксения.
— Ну, вообще-то, это — его дом, — рассмеялся смуглолицый парень. — И это я на него напал, — сделав паузу, он продолжил. — Но я пришел не за этим… просто, мне нужны были лекарства.
Повернувшись, Тео бросил взгляд в сторону кухни. Без всякого сомнения, квартира Данилы напоминала небольшую аптеку. Каждый шкаф, каждая полка — лекарства здесь были везде.
— Нужны лекарства? Из-за этого? — спросил Теодор, кивнув на белую повязку, плотно закрывавшую плечевой сустав его собеседника.
— Ага, — усмехнулся смуглолицый парень. — А давайте, я все сначала расскажу, — с этими словами он предложил своим собеседникам войти в одну из комнат.
Гостиная казалась еще более интересной, чем кухня. Эта комната была превращена в лабораторию. Здесь было все: от добротных стеклянных трубок, до специальных металлических контейнеров для химических отходов. В этой комнате Данила превращал содержимое безобидных дешевых лекарств в столь же дешевые наркотики.
Не теряя времени, Ксения расположилась в кресле-качалке. А ее спутник занял уютное место у подоконника. Включив диктофон, Тео был готов к рассказу смуглолицего парня.
— Меня зовут — Вадим Дмитрогло. Мне двадцать шесть лет. Я — химик. Вот уже три года я работаю… я работал на «Скифа», на Ростислава Александровича Уварова. В нашей команде было десять человек. Кто-то приходил, кто-то — уходил, но число никогда не менялось.
— Чем вы занимались? — с любопытством спросила Ксения.
— «Скиф», сам, биохимик. И команду собрал такую же. Мы производили наркотики и дешевые аналоги дорогих лекарств. А потом что-то изменилось… К нам в группу пришли вирусологи, иммунологи и фармакологи. И заказчик у нас появился — Игорь Львович Майерхофер.
— Знакомое имя, — задумавшись, вслух произнес Тео. — Это случайно не…
— Начальник службы охраны Боровского территориального производственного комплекса фармацевтической компании «Братья Дюмон», — усмехнувшись, Вадим добавил. — Так звучит полное название его должности.
— Значит, он работает на концерн «Братья Дюмон»? — переспросила Ксения.
— Да, — кивнул Дмитрогло. — Скользкий тип… но рыба большая, — расплывшись в ухмылке, он продолжил. — Если продается, то по-крупному. Если крадет — по-крупному… Лжет — по-крупному.
— И много там таких? — спросил Тео.
— Весь этот «международный центр» — одна сплошная яма. «Братья Дюмон» купили здесь все: весь город, всю страну, каждого политика, каждого чиновника… А потом нашлись умники, которые купили их самих.
— В каком смысле? — переспросил Трилеев.
— Большинство работников этого филиала компании не просто продажны — они уже давно куплены. Они, буквально, подрабатывают на их конкурентов… Или, наоборот, работают на конкурентов и подрабатывают у «Братьев Дюмон»… А? — усмехнулся Вадим, а затем вновь вернул беседу в изначальное русло. — Игорь Львович стал нашим заказчиком полтора года назад, в марте две тысячи одиннадцатого. В нашей «команде», от старого состава, остались только мы: я и Скиф. И нас, и новеньких, Игорь Львович легко подловил на свой крючок. Он предложил нам нечто новое: шарады со всеми этими прививками от гриппа… Последний заказ мы получили около двух недель назад. Речь тогда шла о каком-то неизвестном образце, бесполезном для компании, но очень полезном для «нужных людей», — вытерев каплю крови, вытекшую из носа, Вадим продолжил. — Образец вынесли в понедельник вечером. Это сделал Данилка… не без прикрытия Игоря Львовича, конечно.
— Что за образец? — спросил Тео.
— Сначала, мы считали, что это — редкая форма грибка.
— А оказалось?
— Так и оказалось… Просто, кто-то ловко замаскировал вирус в образце с безобидным грибком.
— Что за вирус? — с любопытством спросила Ксения.
— Что за вопрос? — с усмешкой переспросил Вадим.
— Разве ты не сам предложил нам несколько ответов на несколько вопросов.
 
— Предложил…. но ей, а не тебе, — прервавшись на мгновение, Дмитрогло продолжил. — Ладно, проехали. Это я так… пытаюсь разрядить обстановку.
— Так все же? — осторожно произнесла девушка.
— Этот вирус — какая-то идиотская выдумка природы.
— Обоснуй, — с недоверием произнес Трилеев.
— Я не вирусолог и, вообще, не биолог. Но я следил за всем тем, что происходило с подопытными… — отвлекшись на очередное кровотечение из носа, Вадим продолжил. — Этот вирус постепенно овладевает телом человека.
— Как это происходит? — спросила Ксения.
— Начну по порядку? — произнеся себе под нос, резко переспросил Вадим. — Я не вирусолог, но следил за всем этим… Вирус передается через кровь, и при попадании зараженной крови на слизистые оболочки… Возможно, вирус передается при контакте слизистых оболочек, — задумавшись, он добавил. — Но вирус, однозначно, не передается воздушно-капельным путем, и не передается через слезную жидкость.
— И что это за болезнь? — спросил Тео.
— Первые несколько часов проходят без симптомов. А вот, через часа полтора-два после заражения все начинается… все начинается с сонливости и небольшой слабости… — задумавшись, его собеседник прервался. — Зараженный засыпает и вскоре просыпается в плохом состоянии — еще более слабым и сонным… Но интересно другое — вирус способствует выработке нескольких специфических токсинов. Сначала они поражают носоглотку: кровотечения из носа, затрудненность дыхания, а потом и полная непроходимость… Но это позже — после второго сна.
— Второго сна? — переспросил Теодор.
— Потом, через несколько часов, человек снова засыпает и просыпается уже с необратимыми изменениями. За время сна токсины поражают кожу и слизистые оболочки, а вирус постепенно овладевает мозгом, — в очередной раз прервавшись, Вадим задумался. — Нарушение функций мозга начинается с координации движений… все происходит постепенно. Вирус, как бы так сказать, отключает отделы головного мозга. Постепенно, зараженный утрачивает все то, что делает его «человеком»… Заметно повышается уровень агрессии, а начинается это с небольших приступов ярости. Приступы становятся все более тяжелыми и продолжительными. А заканчивается все это тем, что человек превращается в…
Сглотнув, Вадим на мгновение прервался. Рассказ близился к концу, и Тео молча кивнул.
— Нескладно? — глядя ему в глаза, спросил Дмитрогло.
— И что об этом говорят люди, разбирающиеся в вирусологии? — спросил его собеседник.
— У нас был на примете один «эксперт». Но контакты с ним были только у Скифа… у Ростислава Уварова.
— А как на вашего «Скифа» выйти можно?
— Уже никак, — усмехнулся Вадим.
— В каком это смысле?
— Я его убил, — спокойно произнес Дмитрогло.
В ответ, его собеседник лишь промолчал.
— Хочешь спросить — «почему»? — с кривой ухмылкой переспросил Вадим. — Он хотел меня убить.
— За что? — с искренним любопытством переспросил Тео.
— Я инфицирован, — все так же спокойно ответил Вадим, указав на чистую повязку, закрывавшую его плечо и ключицу.
— Значит, скоро тебе станет хуже? — с интересом спросил Трилеев.
— Посмотрим… — расплывшись в ухмылке, произнес Дмитрогло. — У болезни есть одна небольшая закономерность: ухудшения наступают во время сна… В общем, если сдерживать принципы сонливости, то можно протянуть достаточно долго, — прервавшись, Вадим задумался. — У обычного инфицированного первый приступ начинается часов через пятнадцать после заражения. А патологические изменения завершаются, всего, через двадцать пять-тридцать часов после момента заражения.
Рассмеявшись, Вадим прервался.
— Я же не зря к Данилке без приглашения пришел — у него ведь дома целый склад препаратов, — усмехнувшись, Дмитрогло продолжил. — Смесь стрихнина с кокаином… на этом я смогу протянуть дней пять-щесть, — рассмеявшись, он добавил. — Если повезет, то умру, просто, от отсутствия сна… — вздохнув, он неожиданно произнес. — Хотите, я вам обоим кофе сделаю?