Голод (СИ)
— Почему? — увеличив громкость, переспросил МакАдамс.
— «Активация» вируса наиболее быстротечна и интенсивна в периоды сна.
— Насколько быстротечна? — переспросил Артур.
— Если зараженный заснет вскоре после заражения через кровь или слизистую оболочку… Предположим, человек, раненный кем-то зараженным, вернется вечером домой. Вскоре он ляжет спать и примерно через пять-шесть часов проснется и впадет в состояние первого приступа. Он успокоится — приступ повторится еще несколько раз… Пройдет еще часа три-четыре, и его мозг навсегда изменится.
— Как вирус изменяет мозг? Убивает отделы?
— Нет… Однозначно, нет, — глотнув кофе, покачал головой Владимир. — Он, как будто, «перепрограммирует» мозг — трансформирует его. Одни отделы он сохраняет в их изначальном состоянии, другие — просто отключает, а механизм работы третьих резко меняется. В целом, мозг, функционально, резко перестраивается.
— Насколько подтверждены ваши слова?
— По меркам малоизученного вируса — достаточно, а по меркам эпидемиологической катастрофы локального масштаба — очень слабо. О патогенности вируса я имею только поверхностное представление, а о его мутагенности не знаю ничего.
— Что вы говорили насчет сна? Он ускоряет эти процессы?
— Да. А его отсутствие можно серьезно их замедлить.
— Простите, мне предстоит важный разговор, — осторожно произнес Артур, услышав звонок своего телефона.
— Если я что-то еще найду или вспомню, то сразу же сообщу вам, — произнес Владимир, прервав сессию связи.
Прошло лишь еще несколько мгновений, когда МакАдамс понял, что принял вызов незнакомого телефона.
— Артур? — самодовольным голосом переспросил Иван. — Люди, которых вы «позвали» из Приднестровья, уже въехали в город.
— А чей это у вас телефон? — переспросил МакАдамс.
— Начальника городской полиции. Он мертв — его убили… Возможно, кто-то из группы Ростислава Уварова.
— А другие полицейские чиновники?
— Его заместитель тоже убит… Но я взял ситуацию под контроль, — с уверенностью произнес Николаев.
— Ситуацию? — переспросил Артур.
— Полицейские кадры, если точнее.
— Сколько их?
— Двадцать семь человек.
— Очень много… — задумался МакАдамс. — Это — вся городская полиция?
— Нет. Почти все — из соседних районов, — вздохнув, его собеседник добавил. — А местные разбежались. Наверно, кто-то им рассказал много лишнего…
— Это — хорошо, — на мгновение задумавшись, произнес Артур. — Своих людей у нас осталось очень мало — пятнадцать-шестнадцать человек. Остальные: или заражены, или убиты, или, просто, не отвечают на звонки.
МакАдамс хотел что-то добавить, но было уже поздно — Николаев прервал разговор.
* * *Автомобиль начальника находился на своем обычном месте, но что-то было не так. Прибавив шагу, Петр пересек проезжую часть. Перекресток был непривычно пуст, несмотря на то, что это место всегда было основной транспортной развязкой путей, ведущих на восток.
Приблизившись к автомобилю, Петр увидел тело Аркадия, заместителя начальника. Схватив свой АКС, висевший за плечом, парень снял его с предохранителя. Растерянно оглянувшись, он окинул взглядом темные переулки, густой паутиной вливающиеся в оживленную Гончарную улицу.
Попытавшись собраться с мыслями, Петр приблизился к автомобилю. Аркадий был мертв, но на заднем движении все еще можно было уловить какое-то движение. Увидев начальника городского управления внутренних дел, Петр облегченно вздохнул, но, присмотревшись, обомлел.
Евгений Петрович, его начальник, был тяжело ранен и с трудом дышал.
— Парень, ты давно здесь? — повернув голову, выдавил начальник городской полиции.
— Я только подошел, — тихо ответил Петр.
— Тебе повезло, — тяжело дыша, произнес Евгений. — Оказался бы ты тут минут двадцать назад, досталось бы и тебе.
— Кто это сделал? — решительно спросил парень.
— Какой же он криворукий кретин… Фильмов старых насмотрелся: два выстрела в сердце и один в голову, — выдавив из себя усмешку, его собеседник продолжил. — Стрелял прямо через стекло и промазал два раза — оба легких мне прострелил.
Растерявшись, Петра едва ли знал, что ответить своему собеседнику.
— А это — «контрольный выстрел», — с кривой усмешкой произнес Евгений, проведя пальцем по ране.
Без сомнения, пуля прошла по касательной, оставив на его голове глубокий рваный след.
— А вы видели того? Который это сделал? — все так же тихо произнес Петр.
— Слишком часто видел, — выдавив ухмылку, ответил его собеседник.
— Так вы знали его? — удивленно переспросил парень.
— Как тебя зовут парень?
— Петр.
— Я тебя раньше никогда не видел.
— Сегодня — мой первый день на службе.
— Вот как, а мой первый рабочий день выглядел иначе, — выдавив подобие улыбки, тихо произнес Евгений, а затем продолжил. — А жена у тебя есть? Дети?
— Девушка есть…
— А звать то ее как? — тихо спросил Евгений.
— Мария, — робко ответил парень.
— Марийка… Как мою младшую дочь, — выдавив улыбку, произнес его собеседник.
— Так кто в вас стрелял? — едва скрывая свою взволнованность, произнес Петр.
— Ты должен найти кого-то из высокопоставленных шишек из концерна «Братья Дюмон». Один из них сейчас в городе… Свяжись с ним. Скажи, что среди них есть предатель, — собравшись с остатками сил, Евгений продолжил. — Это — Иван Николаев, временно исполняющий обязанности начальника службы охраны боровского филиала их концерна.
— Он стрелял и в вас?
— Да, — кивнул Евгений, а затем, закрыв глаза, попытался глубоко вздохнуть.
— По номеру скорой оператор не отвечает, — с сожалением произнес парень.
— Это люди из той службы охраны постарались…
Прервавшись на полуслове, Евгений издал свой последний вздох.
Глава 12
Открыв глаза, Трилеев сразу же посмотрел на дисплей телефона. В комнате светало, а за окном, выходившим на улицу, можно было расслышать первый троллейбус.
— Тео, слушай, как думаешь, может доктор уже… — тихо спросил хозяин квартиры.
Погрузившись в раздумья, Эдуард стоял у окна, всматриваясь в утреннюю улицу.
— Возможно, — пожал плечами Трилеев. — А на каком этаже он жил… живет?
— На первом, — задумавшись, ответил его собеседник.
Обернувшись, Тео бросил взгляд в сторону Ксении, мирно спавшей на диване.
— Чей это телефон звонит? — спросил Трилеев, обратившись к хозяину квартиры.
— Не мой, — отрезал Эдуард. — Может, Ксении?
— Нет, — покачав головой, Тео вышел в коридор.
Там, на маленьком холодильнике, лежал мобильный телефон Бориса. Прочитав на дисплее слово «Патрон», Тео взял телефон в руки.
— Патрон? — приняв вызов, переспросил Трилеев.
— Не понял, — растерялся незнакомец. — А ты кто такой?
— Теодор Трилеев, — спокойно ответил Тео.
— Где Борик?
— Он мертв.
Услышав это, незнакомец сразу же прервал разговор.
— Он не мертв, наверно, — услышав это, вмешался Эдуард.
— Думаешь?
— Я смотрел через окна, выходящие во двор — его там нет. Он застрелил мальчика и уполз… наверно, — глядя в глаза собеседника, Эдуард добавил. — Это — плохо?
— Не, — покачал головой Тео. — Наверно…
* * *Терраса-кафе располагалась на крыше торгового центра, втиснутого между старыми текстильными складами и зданиями ковроткацких артелей. Погрузившись в раздумья, Иван рассматривал утренний город. Лишь сейчас Николаев смог убедиться, что все его вчерашние планы, самоуверенность и надежды были разрушены.
Пятница начиналась совершенно обыденно, и большинство жителей Боровска едва ли могли подозревать о том, что творилось в городе.
Услышав звонок мобильного телефона, Иван тяжело вздохнул.
— Вы на связи? — спросил Артур.
— Как видите…
— Как ваши успехи? — учтиво спросил МакАдамс.
— Все выезды из города под контролем… — сухо ответил его собеседник. — А как ваши успехи?