Дарующий силу. Книга первая: дух (СИ)

Грин чувствовал невероятный душевный подъём — он не сдался и, в итоге, победил! Пусть сущность и дала подсказку в самый последний и ответственный момент, но сам факт того, что он огрызнулся на того, кого боялся до слабости в ногах, уже дорогого стоит.
Урок продолжался, но парень слушал в пол уха и беспрерывно прокручивал в голове момент своего триумфа, почивая на лаврах. Однако, чем больше он думал об этом, тем отчётливее понимал, что ни сам Кавен, ни его семья так просто это не оставят и его ждут тяжёлые последствия.
Когда прозвучал колокол на перемену, Грин уже накрутил себя до состояния истерии и когда чья-то рука легла на его плечо, он взвизгнул и отпрыгнул в сторону, опрокинув стол.
— Ты чего? — изумился Пак, так и замерший с поднятой рукой.
— Извини, что-то накатило… — смутился юноша.
— Два по сто накати, истеричка чёртова, — зло проворчал Здец заспанным голосом, ворочаясь на краю сознания.
— Забыли, — небрежно отмахнулся толстяк от причуд друга и тут же подмигнул, подходя поближе и помогая подняться, после чего восторженно прошептал: — Круто ты его опустил! Никогда бы не подумал, что этот манерный жмых любитель покрутить жопой… Сочувствую!
— Да нормально всё, — улыбнулся Грин, поднимаясь и чувствуя как уверенность вновь возвращается, благодаря поддержке друга, — нечему сочувствовать — я отбился.
— Да я не о том, — по доброму улыбнулся Пак и сочувственно похлопал парня по плечу, — семья Тинеров этого так не оставит и, скорее всего, с тебя живьём снимут кожу на глазах у всего города…
Улыбка медленно сползла с лица Грина, а глаз начал дёргаться. Он едва вновь не захлебнулся отчаянием, но от этого его уберегла странная тишина, внезапно воцарившаяся в аудитории, вместо привычного гомона подростков и Моль понял, что все с предвкушением шоу смотрят в его сторону.
Резко повернув голову влево, он обнаружил причину столь пристального внимания к себе и мгновенно поседел, хорошо хоть этого никто не заметил, ввиду естественного цвета его волос — Лейна Ромер решительно шла в его сторону, гордо подняв голову и сжав пухлые губки в бледную ниточку.
— Я это, — мгновенно охрип Пак и начал рыскать взглядом по сторонам, — пойду спрошу кое-что у учителя!
Он сунул правую руку в карман брюк и поспешно подбежал к чёрной сфере, внутри которой выпивал Локус и максимально сосредоточенно уставился нанепроницаемый барьер. Грин же, как кролик завороженный удавом, стоял и тупо смотрел на приближающуюся такую восхитительную, но такую смертоносную красоту.
— Грин Моль, — произнесла она, звеня благородной сталью в голосе, — я размышляла весь урок и пришла к выводу, что в недавнем инциденте нет твоей вины, поскольку ты подвергся омерзительному домогательству со стороны младшего Тинера. Я допускаю, что ты был вынужден совершить тот поступок, чтобы окончательно не сойти с ума, но, впредь, спрашивай разрешения!
Лейна тщательно подбирала слова, чтобы одновременно не спускать на тормозах дерзкую выходку одноклассника, не провоцировать эскалацию конфликта, пока не выяснит его степень связи с директором через целительницу, ну и главное — не выглядеть распутной девкой в глазах отпрысков других семей. Она гордилась составленной речью — её тонким балансом между напоминанием о собственном превосходстве, чувством справедливости и милосердным прощением простолюдина, совершившего ошибку. Идеальная комбинация! Однако, что-то пошло не так…
Рот парня непроизвольно раскрылся, а брови взлетели вверх. Со стороны сферы защиты учителя раздался надрывный кашель жирдяя, а некоторые из пацанов в классе протяжно застонали и начали с силой биться головами об парты, проклиная свою судьбу.
Девушка непонимающе нахмурила брови и мысленно повторила свою речь, не с первого раза найдя кошмарную, не замеченную ранее, двусмысленность и поспешила исправиться, пока не поздно.
— Не смей просить разрешения! — выпалила она и тут же покраснела, поняв, что сделала только хуже.
— Почему он, а не я?! — отчаянно завыл кто-то из парней.
— То есть проси, но я не разрешу, а лучше вообще не говори со мной, но я не злюсь, точнее злюсь, но на ситуацию, а не на тебя, хотя на тебя тоже…
 
Лейна, всё больше краснела как спелая ягода, уставившись в пол и вдруг, продолжая бормотать что-то невнятное, попятилась из аудитории. Дверь за ней закрылась и по коридорам академии разнеслось протяжное, стыдливо-девичье «А-а-а-а-а!..», напугавшее других студентов. Дверь вновь открылась и девушка вернулась в аудиторию. Как кукла дошагала до своего стула, села, со стуком уронила голову на стол и не пошевелилась даже с началом урока.
— Признавайся засранец — ты спецом устроил всю эту вакханалию, чтобы не дать мне поспать? — прорычал сонный демон, попутно взбивая мысли парнишки, словно подушку.
— Оно как-то само… — пробормотал извиняясь Грин, севший на свое место и пытающийся осмыслить произошедшее.
— Само только говно сохнет, да и то не само. Ладно, один хрен уже не усну… Что за предмет?
— Урок рунологии. — пояснил парень. — Только она для меня бесполезна…
— Знаешь, — Здец вдруг проговорил очень странным, спокойным тоном — не зло, не язвительно, и даже не нравоучительно, но, отчего-то, юноше стало так страшно, как ещё никогда в жизни, — ты прав. Это всё тлен и суета. Вот, — перед взором Грина появилась схема магического конструкта — очень простая, но совершенно незнакомая, — магичь, не стесняйся.
— И что он делает? — осторожно поинтересовался парень, ожидая очередную издёвку от демона.
— Просто убьёт тебя. Быстро и безболезненно. Если не можешь сам, то я помогу.
— Но я не хочу умирать! — мгновено побледнел Грин, чувствуя, что Здец совершенно серьёзен и крайне разочарован.
— Пойми, малыш, в этом мире бесполезно всё — каких бы высот ты не добился, по окончанию тебя всё равно будут жрать черви, а твоё имя никто и не вспомнит уже через несколько лет. Даже если ты станешь равен богу, то от смерти это не спасёт. Всё имеет конец, даже жизнь творца всего сущего. Так зачем всё это?
— Но можно же прожить жизнь ярко! — не согласился парень, чувствуя острое желание доказать демону его неправоту и выуживая из памяти слова каких-то героев детских сказок. — Можно же ценить каждый миг!
— Ну так что же ты не радовался, когда тебя избивали и морили голодом в приюте? Почему ты не ценил тех, кто каждый раз тратил своё время, чтобы сделать тебе больно?
— Это был их выбор, не мой! Я ничего не мог сделать!
— Ты думал, что сопротивляться бесполезно, ведь тогда они с ещё большей силой накинутся на тебя?
— Именно так всегда и бывает!
— Кто тебе об этом сказал? — на этот раз голос Здеца прозвучал насмешливо и Грин сообразил, что попал в логический тупик, поскольку то были его собственные выводы, а проверить обратную теорию он не мог. Демон же продолжил: — Раз уж ты не слушаешь этого почтенного алкаша, я расскажу тебе одну историю о бесконечном противостоянии, но это не пресловутое добро и зло, а нечто совсем другое и морали там нет. Итак:
«Жило-было одно существо, которого одновременно и не было. Оно было всюду и нигде одновременно и вообще всё являлось им, а оно создало всё, в том числе и себя. Единственным смыслом его существования было узнавать и делать что-то новое, чего никогда ещё не было. Но, чем больше времени проходило, тем меньше всего неизведанного и несделанного оставалось, пока в один миг всё, что только возможно было узнано и сотворено.
Загрустило существо, потерявшее смысл жизни, но ничего не могло с этим поделать. Тогда оно поставило себе цель найти новый смысл жизни и думало, думало, думало… пока не сошло с ума. Безумие было прекрасно в своей новизне и ставило всё новые и новые цели, а существо радовалось, найдя новый смысл жизни в достижении этих целей.
Шло время. Безумие исчерпало свою новизну, а существо осознало, что достижение цели не может быть смыслом жизни и изгнало его из себя, чтобы найти настоящий смысл жизни, но вдруг почувствовало, что безумие никуда не ушло и его цель — вернуться. Всемогущее существо вновь испытало нечто новое и это был страх!