Дарующий силу. Книга первая: дух (СИ)

Вернувшись в начало схемы, он оторвал карандаш и взял второй лист бумаги, где проделал то же самое. Утерев капельки пота со лба, толстый посмотрел на тощего с видом «и что теперь?». Грин взял из его рук карандаш и просто, не влияя на силовую схему, перечеркнул переходные линии в нескольких местах на обоих листах бумаги и вынул ещё тридцать два листа:
— Теперь черти́ эти части отдельными схемами, точно до моих линий.
— Они не будут работать! — усмехнулся Пак. — Это уже пробовали — отдельные части схемы не взаимодействуют между собой. Чем ты слушал Локуса?
— Рисуй давай, или Милка тебе больше не даст коснуться и кончика сосков! — злобненько произнёс тощий.
— Убедил! — засмеялся Пак и нарисовал несколько разорванных схем, в которых не было и капли магии.
Получив требуемое, Грин начал складывать части схемы друг на друга, чтобы обрывы линий на нижнем листе продолжались в другой плоскости верхнего. Молодой рунер с интересом наблюдал за этими действиями, поскольку проблема больших площадей для размещения схем тоже присутствовала.
Закончив с одной стопкой, Здец приступил к сборке второй и потом, вместо того, чтобы объяснить суть всех действий, убрал их в сторону и протянул Паку ещё два чистых листа:
— А вот здесь две большие, простенькие схемы накопителя.
Пак пожал плечами и за несколько секунд начертил две ровные, двойные спирали, наполненные энергией. Белобрысый взял накопители и аккуратно обернул ими бумажные стопки, придерживая верхний край пальцем.
Но что произошло дальше, Пак не успел понять!
Вокруг руки Грина, на мгновение, возник какой-то конструкт и он с силой хлопнул ей сперва по одной стопке бумаги, а потом и по другой. В тот же миг листы как будто сплавились в единое целое и наполнились энергией. Это было настолько невероятно, что толстяк потерял дар речи и не моргая следил за тем, как Грин, с усмешкой, подносит одну спрессованную стопку к губам:
— Рас, рас, яйцетряс. Проверка студийной аппаратуры, — произнёс он, не используя ни капли магии для активации схемы.
— Рас, рас, яйцетряс. Проверка студийной аппаратуры, — одновременно с этим раздался его голос от второй стопки бумаги.
Шокированный толстяк всё не мог отвести взгляда от невероятного чуда, всё продолжая пялиться, пока энергия в переговорниках не иссякла. Разумеется, подобные одноразовые амулеты были не новостью, но накопитель, обычно, вносился непосредственно в саму схему, чем сильно её усложнял и их делал совершенно бесполезными, отчего все предпочитали переговорники, в которые нужно вливать энергию самостоятельно.
— Такая вот херня, — улыбнулся Грин и продолжил, не давая Паку и секунды опомниться: — А теперь представь, что будет амулет… Нет. Устройство, которым сможет пользоваться каждый, даже неодарённый, и не только говорить через него с кем угодно, но и делиться фотографиями, видео, залипать в социальных сетях, тратить деньги в приложениях, играть и слушать музыку!
— Что?! Я ничего не понимаю…
— Ты и не должен! — торжественно захохотал Грин. — Я сделаю из тебя Пака Джобса, а нашу компанию назовём…
Он огляделся и поднял с пола надкусанный с трёх сторон, слегка обвисший огурец и сунул его под нос толстяку:
— Кукумбер!
  
Глава 17
 
Пак слушал Грина затаив дыхание и не веря, что подобное может сотворить обычный человек, хоть и маг. Уже три часа белобрысый возбуждённо ходил по комнатке и на повышенных тонах рассказывал о невероятном будущем и что он, то бишь Пак, войдёт в историю, как отец новой эпохи.
Толстяк настолько загорелся этой идеей, что уже притоптывал на месте от нетерпения и рвался бой. Проснувшуюся Милиону отправили за кофе и печеньками, а Здец уже вещал про базовые станции по всему миру, какой-то бесплатный спутниковый интернет и глобализацию.
— Да! — Пак вскочил со стула и пламенным взором уставился на Грина, положив руки на его плечи. — Сделаем это! Давай схемы.
— Какие схемы? — опешил Здец. — С меня идея, а с тебя техническое исполнение.
— Погоди, — толстяка аж перекосило от снизошедшего откровения, — да ты же сам не знаешь как это реализовать!
 
— Чёй-та?! Я же тебе говорю — сперва заинтересуем самых влиятельных и они будут нас рекламировать!
— Да я про устройство, идиот! — не выдержав заорал Пак в лицо тощего, понимая что всё это оказалось не более чем безумно красивой сказкой.
— А нахрена бы мне тогда нужен ты?! — резонно удивился Грин. — Я вдохновляю и финансирую, а ты исполняешь!
— Да я даже близко не знаю как это сделать! — прорычал Пак, но тут же махнул рукой и устало опустился на стул: — Забудь, это невозможно, а разговоров то было…
Внезапно Грин подшагнул к толстяку, крепко схватил за кудри и запрокинул его голову назад, приблизив лицо и жутко, утробно прорычав:
— Жирный гандон, ты решил, что быть первым просто и достаточно минимальных усилий?! Возможно мне стоит просто убить тебя и поискать более уверенного в себе партнёра?
— Может тебе поцеловать меня в жопу и показать пример перекрёстного взаимодействия переговорников? — вырвавшись из хватки огрызнулся Пак, взбешённый вдохновенной речью тощего, на деле оказавшейся плодом больной фантазии.
— Ну смотри, свинина! — зло рявкнул белобрысый и, оттолкнув Пака, схватил бумагу и карандаш.
Едва он начал чертить, как толстяк, пренебрежительно наблюдавший за его действиями, замер с открытым ртом, поскольку в первом же штрихе плескалось такое количество энергии, что было удивительно как обычная бумага держит такое.
Грин молниеносно выписывал немыслимо сложные фигуры твёрдой рукой, а воздух в комнате начал вибрировать от колоссальных потоков магического тумана, устремившегося в руническую вязь, засасываемый невероятным водоворотом воли.
Меньше пяти минут потребовалось парню на то, чтобы на листе бумаги не осталось и пятнышка пустого места, после чего он взял ещё три чистых листа и пронумеровал их. На каждом из них он набросал очень странную схему и загнул уголки вовнутрь так, чтобы одна часть схемы касалась другой при надавливании на сгиб Завершающим трихом он проставил цифры на эти уголки.
Пак стоял ни жив ни мёртв, боясь вдохнуть и привлечь к себе внимание, но чудовище находилось с ним в одной комнате и бежать было некуда. Монстр закончил и со злобным оскалом схватил толстяка за ухо и подтянул к столу.
Демон в обличии Грина прижал пальцем сгиб с цифрой «1» на листе обозначенным цифрой «2» и Пак увидел, как на полностью исписанном листе один за другим вспыхивают разные контуры, после чего листы-амулеты «2» и «1» оказались связаны между собой через ту, сложную вязь, сделанную самой первой. После этого он несколько раз объединил переговорники в разном порядке, демонстрируя созданное на коленке то, что никто не смог придумать за тысячу лет!
— Ну так что, чмошник номер два, что скажешь? — злобно скалясь процедил тощий, тыча толстяка лицом в лежащие на столе схемы.
— Ты демон! — прохрипел Пак, безуспешно пытаясь вырваться из невероятно могучей хватки.
— А ты трусливое говно! — прорычал Здец.
— Тебя уничтожат и меня вместе с тобой! — хрипел и дёргался Пак.
— Это всё, что тебя беспокоит? — с какой-то странной интонацией произнесли губы Грина, отчего толстяк моментально замер. — А то, что я демон само по себе тебя не волнует?
— Да срать мне на это! — ответил Пак и добавил уже немного с тоской: — Такие возмущения в эфире не останутся незамеченными и скоро за тобой придут…
В подтверждение его слов входная дверь слетела с петель и на пороге возникли директор Гарчек, Тельмар Верна, его полуодетая дочь Милиона с кофейником в руках и серые безопасники академии. У всех были настолько решительные лица, что толстяк не выдержал и обмочился.
— Здрасте, — просто произнёс Грин, держа Пака за шкирку над полом как нашкодившего котёнка, слегка сдвинув его в сторону, чтобы не накапало на штаны.
— Что тут произошло? — осторожно спросил Гарчек.