Подаренная ему. На грани (СИ)

— Бабушка всегда говорила, что у меня характер очень сложный. Думаю, она была права.
— А покажи того, у кого он лёгкий, — Амирхан едва заметно улыбнулся. — Поучишь мне кататься на льду?
— Еще не струсил? — я позволила себе улыбнуться.
— Нет.
— Тогда вперед.
Без падений в этот вечер, конечно же, не обошлось. Мало у кого получается в первый раз на льду остаться исключительно в вертикальном положении. Но, к счастью, мы избежали серьезных травм. Амирхан удивительно внимательно слушал меня, и к концу нашего совместного катания, он уже держался на коньках заметно уверенней.
Нам было проще говорить на какую-то отвлечённую, ничем не отягощённую тему. Просто оторваться от той, как мне казалось, завершенной линии жизни, в которой я существовала на вилле. Но время на катке подошло к концу и неприятный нелёгкий разговор уже нетерпеливо дышал в затылок.
Лёгкий ненавязчивый момент, когда мы с Амирханом были на одной волне на катке медленно, но уверенно начал таять. Я физически ощущала, как атмосфера между нами постепенно становится тяжелой и напряженной.
— Заедем сюда, — не спрашивал, а уже утверждал Амирхан, заметив вывеску кофейни, что была расположена в конце улицы.
Я только кивнула, соглашаясь.
Горячий кофе с молоком и корицей отлично согревал мои пальцы, которыми я обхватила небольшую аккуратную чашку. Приятный аромат щекотал нос, но всё мое внимание уже было сосредоточено на Амирхане.
Я украдкой рассматривала его, пока он выбирал что будет пить, и понимала, что что-то к нему испытываю. Что-то такое сильное и давно пустившее во мне корни. Я готова была до последнего сопротивляться этому, пока Амирхан либо не подберет правильные слова и не скажет, что нам делать дальше; либо пока он навсегда не оставит меня в покое. Тогда пройдет еще какое-то время, и моя внутренняя борьба будет бессмысленной. Всё исчезнет в водовороте прошлого.
Когда Амирхану принесли облепиховый чай с мёдом, я сделала большой глоток кофе и немного обожгла губы. Кажется, я начинала жутко волноваться.
— Я хотел дать нам время, — серьезным ровным тоном начал Амирхан.
Он трусливо не прятал взгляд в свою чашку, как иногда это делала я. Смотрел прямо, впрочем, как было всегда. У меня в голове тенью скользнула мысль о том, что Амирхан хочет ко мне прикоснуться, но не делает этого. Запрещает себе. Его взгляд останавливался и на моих руках, и на лице, особенно, на губах. Если пресекает свое желание, значит, действительно ощущает вину. В противном случае Амирхан давно взял то, что хочет. Так он устроен.
— Прекрасно понимал, что ты всё равно сделаешь то, что задумала, — уголки его губ чуть приподнялись в полуулыбке.
— И как? Что тебе рассказало время? — я по-прежнему сжимала чашку и не обращала внимания, что она жалит мои пальцы своим жаром.
— Что это не блажь.
— И разве твой дядя не попытался тебя отговорить? Уверить в обратном? — я сделала очередной глоток, только на этот раз маленький и аккуратный.
— У меня с Хасаном состоялся быстрый и ёмкий… разговор, — уклончиво ответил Амирхан.
Я тут же смекнула, что между ним и старшим родственником случился не просто разговор. Мне стало немного не по себе.
Между тем Амирхан продолжил:
— В тот день, когда я подумал, что ты тонешь, — он немного нахмурился. — Было решено установить камеры наблюдения в крытом бассейне.
— Я отлично плаваю, Амирхан. И никто тонуть не собирался.
— Это я уже осознал чуть позже. Но камеры для безопасности всё же установил. Так мне было спокойней.
Маленькой тоненькой иглой мое сознание резко прошила вполне очевидная догадка. Амирхан всё видел. Тот унизительный и мерзкий инцидент, что случился между мной и Хасаном.
— Вот как, — тихо ответила я, убеждаясь, что моя предыдущая догадка была верной. Никакого разговора не было. Амирхан быстро расправился со своим дядей, но не спешил выпячивать этот факт. Не спешил строить из себя рыцаря, который бросился защищать честь своей дамы. Мне оставалось лишь гадать, какой именно характер несла эта «расправа». Думаю, она имела прямое отношение к их совместной работе.
 
— Я относился к нему с огромным уважением, — продолжил Амирхан. — После смерти отца он был рядом. Стал моим наставником во многих делах. Я прислушивался к нему. И, кажется, Хасан немного преувеличил свою значимость в моей жизни.
— И где он теперь? — осторожно спросила я.
— Понятия не имею. Меня это больше не касается. Хасан никогда не ладил с моим отцом. А я унаследовал отцовский характер. Я хватался за семейные связи. Пренебрегал личным мнением. И это вылилось в то, что вылилось.
Мне определённо нравилось то, что Амирхан не пытался себя оправдывать или выгораживать. Если бы он это сделал, я непременно вылила остатки своего кофе ему в лицо и ушла.
— А что же Су? Свадьба? — унизительно было это признавать, но данная тема всё еще меня нервировала.
Да, мне была неприятна одна лишь мысль о том, что Су и Амирхан вместе. Настолько неприятна, что хотелось что-нибудь разбить.
— Ничего не изменилось. Свадьба, как я и обещал, не состоялась. Я понятия не имел, что Хасан привезет Су. Вокруг было слишком много влиятельных людей. Хасан сделал на это ставку. Знал, что я не стану устраивать никаких сцен. Так же знал, что это ударит и по тебе.
— Если бы ты застал меня в ту ночь, когда я убегала, остановил? — немного помолчав, спросила я.
— Ты думаешь, что я не знал? — Амирхан улыбнулся. — Это же мой дом, Вика. Он наполнен моими людьми. Единственное, что на тот момент я еще не знал, так это об инциденте в бассейне. Перед твоим побегом я переговорил с Хасаном. Приказал проследить, чтобы ты села в самолет. Не хотел открывать перед тобой карты. Боялся спугнуть. Я дал нам время, Вика.
Я сидела оглушенная такой правдой и не знала, что сказать. Да, пожалуй, это было очень самонадеянно думать, что Амирхан в собственном доме находился в полном неведение. Но в тот момент мне было совершенно не до того, чтобы задумываться об этом.
— Как Айла? — тихо спросила я.
— Учится, — коротко ответил Амирхан.
Я снова мысленно про себя отметила, что он не спешил давить на жалость или принуждать сделать выбор в его пользу. Амирхан прекрасно знал, что у меня с Айлой выстроились вполне дружеские доверительные отношения. Это была неплохая ниточка, за которую можно было потянуть. Но я снова убедилась в том, что Амирхан не манипулятор по своей сущности. Он пусть и был в родстве с Хасаном, но это совершенно два разных человека.
— Послушай, — интонация голоса Амирхана стала еще более серьезной. — Я хочу быть с тобой. Ничего не изменилось. Ты мне нужна. Ты мой подарок, Вика. Но не в том пошлом смысле, каком ты можешь подумать.
— Амирхан, — я отставила чашку в сторону. — У нас с тобой всё началось…
— Я знаю, как у нас всё началось, — жестко произнес Амирхан. — И я знаю, что этого уже не изменить. Я вырос в достатке и вседозволенности. Но даже не думал, что женщина может проникнуть так глубоко под кожу. Один день.
— Что «один день»? — переспросила я, тщетно пытаясь собрать все свои мысли и чувства в кучу.
— Дай мне один день. Если он ничего для нас не изменит, я уеду и не стану тебя больше тревожить.
— Думаешь, что одного дня достаточно? — я ухмыльнулась.
— Иногда всё решает одна секунда, и вечность перед ней бессильна, — Амирхан отпил из своей чашки.
— Хорошо, — немного подумав, ответила я. — Один день.
  
Глава 27
 
Этот знаковый «один день» наступил далеко не сразу. Я, как и прежде, продолжала работать, а в перерывах в курилке слушать Наташины семейные истории. Все в офисе даже не надеялись на то, что она когда-нибудь раз и навсегда поставит точку в своей печальной истории с мужем. Но, похоже, всему рано или поздно приходит конец.
— Всё кончено, — твердо заявила Наташа и потушила сигарету. — Наша многолетняя эпопея наконец-то подошла к своему логическому завершению.