Печать мастера (СИ)

Коста протянул вперед ладонь, и они скрепили рукопожатие крепким ударом по плечам. И Лис ещё не убирал руку.
– Тебя ищут, иди, – Коста кивнул в сторону жреца в оранжевом, который с благообразным видом терпеливо дожидался на расстоянии десяти шагов.
– Если передумаешь… – шмыгнул носом Лис. – Если не получиться… Если…будешь на побережье – заходи…
Рыжая стриженная голова, освещенная ярким солнцем мелькнула в ограде храма. Коста дошел до пристани и глубоко вдохнул. Воздух пах солью, море играло бирюзой и слепило глаза. Штандарт Арров реял бело-золотым пламенем на верхней мачте корабля.
* * *
Ночь
Пристань, корабль клана Арр
– Дождь льет с вечера, нужно пустить мальчика.
– Нет.
– Он все ещё стоит на пристани. Целый день, – возразил “Восьмой”
– Пусть стоит, – отрезал магистр Вэй.
– Дождь будет лить всю ночь… мальчик и так ослаб…
– Пусть. Стоит, – отрывисто повторил магистр Вэй. – Ты становишься мягок, восьмой. А это ещё даже не твой ученик…
– Это ученик «четвертого»… и… будет моим учеником. Я уже считаю мальчика учеником, а я забочусь обо всех птенцах… Разрешите ему подняться на корабль, Учитель, ведь всё уже решили…
– Нет. Пусть. Стоит.
Магистр обернулся к восьмому.
– То, что дается легко – не ценят. Люди так устроены, чем больше усилий они прикладывают для получения какой-то вещи, тем ценнее её считают, – он вытащил феникс на свет и залюбовался. – Даже если эта вещь не имеет никакой ценности сама по себе… А то, что получают просто – не будут хранить…Он не начал искать нас сразу, он не пришел к нам… не пришел через день – он пришел через декады, что это значит?
– Он думал и принимал решение взвешенно, – осторожно подбирал слова восьмой.
– Нам не нужны те, кто много думает о себе. Нам нужны те, кто думает в нужном нам направлении. Преданность нельзя купить, – магистр Вэй вздохнул. – А простых исполнителей у нас достаточно… Он пришел сам, потому что не было другого выбора… и это – плохо. Нам нужен второй “четвертый”…
– Второго “четвертого” нет, – возразил восьмой. – Мальчик продемонстрировал прекрасные навыки выживания в незнакомом городе… и он – упорный.
– Хорошее качество, упорство всегда вознаграждается, – пробормотал магистр Вэй.
– Я разрешу ему подняться на корабль? Он не ел со вчерашнего дня…
– Нет, – Вэй пригладил усы. – Завтра. Я решу вопросы с клановыми магами, а мальчик… пусть ждет. И я запрещаю кому-то разговаривать с ним. Это понятно, восьмой? Особенно тебе. Хотя нет, – магистр улыбнулся. – Пошли ученика в город – и пусть откажет ему… внятно и недвусмысленно. Я хочу посмотреть, что будет делать мальчишка. Он должен решить, что никому не нужен… должен дойти до последней степени отчаяния… беспросветного, чтобы не единого лучика… и только тогда протянутая рука будет принята с благодарностью…
Восьмой очень неохотно кивнул.
* * *
Утро следующего дня, пристань
Стоять Коста почти не мог – его шатало, но он держался из последних сил, вымокший до нитки. Его не могли не видеть с корабля, но раз он все ещё был внизу – эта разновидность наказания ему отлично знакома. Он умеет ждать.
Он продрог и сильно хотел есть, но ночь прошла не зря. Когда нет возможности изменить реальность – можно уйти в другую. Он тщательно сортировал и отбирал воспоминания, начав заполнять двадцатый уровень. Все мысли и действия, которые могли счесть неприемлемыми, если его опять отправят на проверку к менталисту.
Лоб и щеки горели, но не от солнца. Полыхали, потому что начался обычный жар – слишком часто за последние декады он проводил время под ледяным дождем.
Со сходней спускался парень – юноша, в белоснежном ученическом халате, старше его на несколько зим, с плетеной корзиной в руках. Замедлил шаг, проходя мимо Косты и шепнул ему, глядя вперед:
– Не стой тут, все равно не возьмут… Твой учитель так решил, и теперь вы сами по себе… Иди отсюда…
Коста вскинулся спросить.
– Никто ничего не сможет сделать, – шепнул ученик в ответ и бодро пошагал в сторону рынка.
 
Коста облизал пересохшие губы – иногда дождь это неплохо, есть, что пить. Повел плечами, разминая затекшие мышцы и переступил с ноги на ногу.
Упорство. Именно сказал Арр в храме. Мастер говорил, что упорство часто граничит с глупостью – если не можешь проложить путь, нужно просто поискать другой.
Но как ещё он может подтвердить упорство? Только демонстрируя глупость.
И…его могли просто проверять.
* * *
Дождь пошел после обеда. И Коста выдохнул – лучше вода, чем палящее солнце. С корабля ещё несколько раз спускались и поднимались клановые слуги, не обращая на него никакого внимания.
* * *
Вечер, корабль клана Арр
– Учитель, вы сказали – после обеда, а время к вечеру, – “восьмой” упрямо наклонил голову – больше уступать он не намерен.
– Пусть постоит ещё. Гордыня нуждается в укрощении. Стоять и ждать – целительное благо, для исправления червоточин в характере – вздохнул магистр Вэй. – Пусть постоит ещё. Когда начнут убирать сходни наверх на ночь – только тогда спуститься и разрешить ему взойти на корабль.
– Слушаюсь, магистр.
Мастер Вэй обернулся к Садхэ, когда за старшим Наставником закрылась дверь.
– “Восьмой” приготовил ему место на острове? Все проверили?
– Так точно. Место, провели беседу с учениками, чтобы никто не упоминал, куда исчез предыдущий номер, и что с ним случилось.
– Прекрасно. Пусть докажет, что не зря ест рис… такая кровь и такой малый круг, – цокнул языком Вэй.
– Но когда ещё мы сможем добыть кого-то из клана Хэсау? – осторожно напомнил Садхэ. – Они начали беречь детей…
– Беречь… – досадливо кивнул магистр Вэй. – Что за время настало…
* * *
Поздний вечер, корабль клана Арр
Они позвали его наверх, только когда спустилась ночь – перед тем, как поднять сходни вверх.
Косту трясло так, что у него стучали зубы, его кидало то в жар, то в холод, но в этот раз никто не позаботился о том, чтобы предложить сухое или позвать целителя.
В каюту к магистру Вэй его привел “восьмой”, чуть одобрительно сжав плечо на прощание.
– Вот мы и встретились снова… ученик, – Вэй сидел в большом кресле, пристроив руки на широкие подлокотники. – Мне сказали, ты был в храме…
Коста молча кивнул.
– Я тоже ставил свечи в память о моем любимом ученике… такая потеря… такая потеря… я отговаривал его, хотя и уважал выбор… но плетения судьбы неисповедимы… Чего ты хочешь, мальчик?
– Отомстить, – хрипло выдал Коста. – Узнать, кто виноват в смерти мастера на самом деле… но я не справлюсь сам… это ваш любимый ученик, Учитель…
Глава Вэй долго крутил в руках кончик витого пояса, вздыхал, пока наконец не развел руками.
– Мы ничего не можем противопоставить совету… клан слишком мал…мы ничего не можем сделать, чтобы восторжествовала правда…
– Помогите, – тихо прохрипел Коста.
– …но сейчас как раз мы набираем группу учеников, которая будет заниматься восстановлением справедливости… Ты можешь продолжить дело мастера, заняв его место… Служить свету во имя мира и карать тех, кто нарушает законы… Карать тихо, потому что мы не можем вступать в открытое столкновение…мы не можем восстановить правду открыто, но… всегда есть иные способы.
Коста слушал молча, глядя в пол – склонив голову.
– Но, когда враг силен, чтобы победить, нужно самому стать сильным… учиться… ждать… терпеть, чтобы в один прекрасный момент одолеть одним прыжком… – Вэй сжал руку в кулак. – Ждать и поймать. Это все… что я могу предложить тебе, мальчик… Сделать тебя сильным…И только потому, что ты ученик – четвертого.
– Я готов.
– Это будет непросто… очень непросто и у тебя всего второй круг… Ты не подходишь, – веско произнес магистр Вэй. – Несмотря на превосходный контроль, твой круг слишком мал, а обучение слишком узко… тебе придется догонять тех, кто учиться уже десять зим…