Печать мастера (СИ)
Ему дадут только одну зиму, чтобы учиться и при этот досдать предметы, которые со – ученикам уже зачли. Но он не один такой «отстающий» – последним три зимы назад на Остров попал Семнадцатый номер и…
– Так и не сдал мне, – поморщился зельедел-алхимик. – Башка, как тыква, тупая…
– Зато как бьет, одним плетением – троих, а махом, махом то как, – довольно возражал ему Наставник по подготовке – Шрам, ковыряя босой ногой песок плаца. – Мой Семнадцатый твоих двоих укладывает только так…
– Это не делает его менее тупым, – желчно возразил алхимик. – Спроси – сколько у него по стратегии? Три? – обернулся он к старику, который, как уже понял Коста, выполнял на острове обширнейший спектр занятий – вел занятия по стратегии и философии, заведовал местной учебной библиотекой, а так же фиксировал, в качестве «секретаря» данные всех испытаний.
– Четыре у него по стратегии… Четыре.
– Зачем ему стратегия? Одну стратегию выучил и ему хватит… бей на поражение… ахахахаха… – заржал Шрам.
– До первого чаепития, – с ядовитой сладостью в голосе напомнил алхимик, а низенький сухощавый, почти полностью седой старик поднял к небу глаза и пробормотал что-то нелестное в адрес коллег.
* * *По рисованию и каллиграфии Коста получил «восемь».
Неожиданно высокий балл – «семь», Коста получил сразу по двум направлениям – философия и Искусства. По этим предметам его проверяли дважды, не в силах поверить, что мастер Хо в провинции мог привить ему такие знания и вкус.
– Картины – понятно, Четвертый – мастер-художник, и мальчишка рисует, но стихосложение? Каким образом он мог запомнить все это? – возмущался Наставник по боевке. – Кем надо быть, чтобы заставлять учить стишки и совершенно не заниматься физическим развитием? Кем, Сейши? Он вынослив и обладает прекрасной регенерацией – но это не его заслуга, это данные крови!
– Не стишки, – вежливо поправил его Старик. – А сочинение Алипия в десяти свитках. Наизусть. Даже в нашей библиотеке – свитков только пять. Скажи мне, Шестнадцатый, – старик называл его только так – по номеру, – где твой Учитель смог достать свитки, которые ты цитировал только что?
– А разве их нельзя достать в северной провинции? – уточнил Наставник по искусствам, который был третьим на сегодняшнем испытании – изящный сир, который даже когда смотрел в окно – а в окно он смотрел постоянно, почти не интересуясь тем, что «несёт ученик», старался встать так, чтобы утренний свет выгодно обрисовывал фигуру и подчеркивал профиль. – Это, конечно, край цивилизованного мира, но…
– Решительно невозможно, – веско бросил сухонький старичок.
– Я бы спросил, чего это Учитель по стишкам не знает стишки, – намеренно грубо уточнил Шрам, обращаясь к белокурому коллеге. Сегодня он старался особенно – пришел не только босым, но и грязно-потным, после утренней тренировки, залез, усевшись на стол, и демонстративно чистил ногти от песка, с наслаждением наблюдая, как Наставник по искусствам вытащил надушенный платочек и отошел подальше, стараясь не смотреть в их сторону.
– Именно потому что это – «стишки», – надменно отозвался коллега. – И не представляют истинной художественной ценности, сомневаюсь, что хоть кто-то в Высшем обществе будет способен оценить произведения Алиппия, а я – я готовлю Высших, которые смогут вращаться в любых кругах!
– Да-да, я помню «стишки» с художественной ценностью, восемь шекковых строчек, которые пришлось учить на плацу, потому что запомнить такое дерьмо, чтобы забить себе голову, – Шрам постучал пальцем по виску, – не может ни один нормальный… На каждую строчку – круг, выкрикивая в голос, и только тогда парни смогли запомнить…
– Они не запомнили не поэтому, – Учитель по искусствам резко обернулся от окна к Шраму – полы халата взметнулись в воздухе, – а потому что твои ученики не способны… не-спо-соб-ны запомнить даже…
– Не трогай моих учеников! – взревел Шрам.
– …им место за куполом или на острове сил… – в два прыжка учитель по боевке оказался у окна и, в одно движение накрутив белокурую косу на руку, зафиксировал Наставника по искусствам.
– Только скажи это! – рявкнул Шрам.
– Десятый! – Сейши обеспокоенно стукнул трость о пол несколько раз.
Шрам выпустил коллегу не сразу – помедлив и сплюнув, и после этого кратко поклонился старику – «Сейши».
– Что и требовалось доказать… какой учитель – такие ученики, грубиян… – Белокурый сир выпрямившись, расправлял одежду.
Коста переводил взгляд с одного Наставника на другого, пока Старик не спросил:
– Вернулись к задаче. Выясняйте отношения не здесь. Шестнадцатый, откуда твой Мастер смог достать свитки Аллипия?
– Не откуда. – Ответил Коста тихо. – Он их написал. – Никогда до этого момента не задумывался, чему именно и по какой причине его учил Мастер Хо.
– Поясни.
– Мастер писал, – повторил Коста. – На память. Мы проходили один свиток в декаду. После этого Наставник писал следующий, сжигая предыдущий пергамент. И так на протяжении девяти зим, – закончил Коста тихо.
– Четвертый, – констатировал старик, и Коста не понял, чего в его голосе было больше – неприкрытого восхищения или негодования. – А я ведь предлагал ему остаться в Наставниках и вести «Искусства»…
* * *Выводы по «искусствам и философии» были утешительными – наличие вкуса, который можно развить до утонченного; способность разбираться в картинах и верно оценивать артефакты, с небольшими ошибками, используя навык «виденья сути».
– Если навык развить, – сварливо дополнил Учитель. – Иногда «искра» гаснет – и сути нет.
– Но, если развить – у нас не закрыто направление по «аукционам», – возразил старик.
– На этот «образ» он не тянет, Сейши, и это понимают все – коллекционер должен быть истинным Сиром, а не смеском со вторым кругом… – высокомерно парировал «белокурый».
– Правая рука? Управляющий? Доверенный слуга? Натаскать на эти роли – можно…
– …но сложно…
Наставники первый раз единогласно и дружно тяжело вздохнули – хором.
– Ну и куда его? Кто возьмет?
– Можно подсунуть нашему «ядоделу» – хороший нюх и чутье, на определение ингредиентов состава натаскать, с его памятью – выучить все цветочки, тычинки и пестики просто, – громыхнул Шрам, явно насмехаясь – старик приподнял брови и неодобрительно покачал головой в ответ.
– Выучить на алхимика за шесть зим без базы? – Наставник по искусствам усмехнулся. – Надеюсь, тебя отравят за такое предложение завтра прямо за завтраком, из нужника декаду не выйдешь…
– Программу утверждать будут лично – Старший восьмой наставник и Магистр Вэй, – напомнил им старик. – На сегодня – закончили. Завтра – последний день и общий Круг. Без ментальной характеристики мы не можем закрыть «карту» и рассчитать общий балл.
– Кайр, козел патлатый, обещал приплыть завтра, но не точно… – сплюнул Шрам сквозь зубы прямо на пол.
* * *Октагон, остров знаний, комната для совещаний в Главном корпусе
День спустя, подведение итогов круга испытаний
– Тихо. Ты что-то хотел, Шестнадцатый?
– Да, Наставник, – Коста встал, выпрямившись, и выполнил короткий уважительный поклон – Учителям – всем сразу. – Я б-б-бы хотел с-с-сказ-з-зать слово в свою защиту…
– Говори, слушаем.
– Это противоречит правилам!
– Тихо. Говори, Шестнадцатый.
– Не…н-н-не-е-е… – Коста сглотнул и выдохнул – заикание вернулось так не вовремя. – Не нулевой потенциал…
– О, он умеет связно говорить, а не мычать, – удивился алхимик.
– Погоняй тебя полдекады и ты дар речи потеряешь, – парировал Шрам резко.
– Помолчите, – встрепенулся старик. – Мальчик говорит слишком тихо. Не нулевой? А какой? – выцветшие старческие глаза за стеклами очков сияли искренней заинтересованностью.
– Не нулевой, – повторил Коста твердо.
– Слабый, слабый, слабый, – гнусавый алхимик брезгливо перелистнул свитки. – Почти во всем…