Современная дРама (СИ)

Он раздевает меня, как будто разворачивая конфету, наслаждаясь самим процессом. И я от этого улетаю. Мне кажется, что стоит свести ноги сильнее и вспышка удовольствия меня накроет сама по себе. И я почти решаюсь, когда его ладонь звонко ударяет по ягодице. Я дёргаюсь от него и взвизгиваю, понимая, что вот оно. Одно прикосновение, чтобы сойти у ума. Подтягиваю колени к животу, внизу которого раскалённая спираль раскручивается, чтобы все тело свело судорогой.
Ник ухмыляется. Звук открывшегося презерватива, щелчок пряжки ремня. Мужчина коснулся моей лодыжки, погладил выступающую косточку щиколотки и потянул к себе. Я лежала на спине, ещё не приходя в сознание, поэтому то, как он, едва касаясь пальцами, стянул с меня последнюю деталь гардероба, проморгала. А потом…
Тяжёлое тело сверху, горячее дыхание, что щекочет, твёрдая рука, что опускается между моих ног, прикосновение, от которых хочется всхлипывать, вздрагивать и урчать кошкой. Его язык, что скользит по ключицам, двигается ниже, к ложбинке груди. Желание…
И резкой толчок. По взбудораженной коже, по натянутым нервам, по влажным от моего удовольствия складкам. Движения рваные, жесткие. Мужские хрипы и мои стоны, что сливаются в унисон и звучат самой порочной песней.
В объятиях в мужчины, от которого голову кружит. От прикосновений бурлит внутри полноводной рекой бешеное вожделение. От человека, рядом с которым я сама себя вижу самой горячей, сексуальной и несдержанной.
Мне его мало. Я обхватываю его ногами стараясь приблизиться как можно плотнее, где нет ничего кроме будоражащего трения кожи о кожу. Он стонет, когда мои пальцы прокладывают дорожку из касаний по впадине позвоночника. И когда мне кажется, что ещё секунда…
Ник отрывается от меня. Переворачивает лицом вниз. Гладит. Снова входит. Только медленнее, как будто дразня. Его пальцы путаются в моих волосах. Я вжимаюсь в него, подаюсь навстречу, чтобы ощутить как его ладонь скользит по животу, опускаясь опасно близко…
Два чётких, острых движения его пальцев. И меня скручивает снова. Как будто и не было того первого раза за сегодня. И ярко слепит глаза, бьет по нервам. Между ног пылает, и я взвизгиваю, извиваюсь. Мой стон прорезает тишину квартиры. Я хочу отстраниться, но он сильнее и жёстче притягивает к себе не сбавляя темп, чтобы судорожно выдохнуть, рыкнуть, уткнуться лбом мне в плечо, все ещё не убирая рук с пульсирующего желания. У меня перед глазами разлетаются разноцветные круги, а простынь подо мной мокрая. И я мокрая. И он…
Не размыкая тел, Ник перекатывается на бок, перехватив меня поперёк живота. Я все ещё чувствую его пульсацию внутри меня. Он гладит мою грудь, облизывает шею, надавливает на низ живота, чтобы притянуть сильнее.
От него пахнет кострами и горьким шоколадом, такой что с перцем. И кажется что его запахом пропиталась вся я насквозь, словно он забирается мне под кожу. Прерывистое дыхание, одно на двоих. И я переворачиваюсь в его руках, ещё не осознавая, что делаю, касаюсь щетины, упрямого подбородка, прижимаюсь грудью и ловлю его коварный взгляд…
Алиса, ты трижды падшая женщина!
***
Когда твой мозг залит дофамином, любое утро будет добрым. Никому не будет дела до разговоров, пересудов и выяснения отношений. Можно просто открыть глаза и наблюдать, как солнце клюёт в начищенное окно, за которым махровая черемуха. Можно не обращать внимание на разбросанные вещи, использованные презервативы и дезертировавшие подушки. Даже не обязательно ждать от рыцаря на одну ночь какую-то отзывчивость, потому что вы оба знали чем все закончиться и не надо врать самой себе, Алис, что ты ещё вчера не догадывалась, что сегодня он уйдёт.
И это было бы лучше.
Но он спит рядом. Зарывается в мои волосы лицом, подминает под себя мое, разомлевшее от ласк, тело и самым наглым образом не собирается просыпаться. Я попыталась убрать мужскую руку со своей груди, но нарвалась на более изощрённую пытку: меня стали поглаживать. А потом и вовсе нависли сверху и коснулись губ.
Я истерично попыталась вырваться, все-таки зубы почистить не мешало, но Ник… В общем, у этого конкретного мужчины нескончаемое либидо, потому что через минут десять я стала выдыхать ртом и тут же была поймала. Его губы скользнули по моим, язык облизнул и пробрался внутрь.
 
Ещё через полчаса мой мозг можно было высасывать соломинкой, доза сератонинов тоже зашкаливала. Я валялась в помятой постели и почти летала. Объявляю честно, это первый раз в моей жизни, когда я не жалею ни о чем. Вот совсем. Если после душа Никита хлопнет меня по бедру, скажет что-нибудь банально-пошлое, я не обижусь. Хотя, может ускорить процесс и самой его хлопнуть? Уверена, тогда он точно сообразит, что в рыцаря играть нет нужды.
Мужчина присел на кровать. На бёдрах было повязано полотенце, а по рельефным плечам ещё блестели капли воды. Влажные волосы отброшены от лица. В руках телефон. И он не обращает на меня внимание. Я приподнялась на локте. Пристально вгляделась в лицо: упрямый подбородок, нос слегка вздёрнут, пухлые губы… Хорош, дьявол…
Одеяло перекочевало на другую сторону кровати и я, не став накидывать на себя одежду, кого стесняться все свои, прошла в ванну. Стоя под душем, под острыми струями воды, что стекала по подбородку, я прислушивалась. Да. Я ждала когда он уйдёт. И дождалась!
Входная дверь хлопнула и я расслабленно выдохнула. Опёрлась руками о кафель и склонила голову. Так легче. Прошлый раз бежала я, этот раз-он.
Провозилась я в ванне с добрых полчаса. На выходе затянула потуже полотенце на груди и летящей походкой направилась в гардеробную. Уже определившись с комплектом нижнего белья нежно-розового цвета, я вздрогнула от хрипловатого голоса:
— А к нему есть пояс для чулок? — резко развернувшись, я уставилась на Никиту, который снова материализовался в моей квартире. Такой подставы я от него не ожидала, поэтому не сразу нашлась что ответить.
— Что ты тут до сих пор делаешь? — получилось немного грубовато, но он меня заикой сделает, зуб даю. То вчера появился как маньяк, то сегодня. — Ты ведь ушёл. Я слышала, как хлопнула дверь.
— Псину твою выгуливал, — я не знала, что ответить на это жест доброй воли. К слову, объект разговора стоял на задних лапах возле мужчины и передними дергал его за штанину джинс. Вот предательница!
— Как ты вообще меня вчера нашёл?
Я отбросила кружевное безумие и схватила спортивный комплект. Переодеваться под оценивающим взглядом было неудобно, но сообразив, что так мужчина проверяет мою выдержку, я плюнула и стала натягивать трусы.
— Я программист, а ты слишком крепко спишь и хранишь свои пароли от учётных записей в блокноте. Я всего лишь поделился твоей геопозицией год назад…
— Ты псих? — все что он сказал действительно правда. Так выходит он рылся у меня в телефоне?
— Нет, просто есть Олеся, которая дала твой адрес. Но видела бы ты себя сейчас…
Его глаза блеснули искрами смеха и я покаялась, что была так несправедлива. В глубине души покаялась. На самом ее дне.
— Так ты не собирался уходить? — я развернулась к мужчине спиной и скинула полотенце. Рваными движениями натянула лифчик и наклонилась за джинсами.
— А должен был?
— Ну… — я обернулась через плечо. Никита стоял привалившись к дверному косяку, на руках держал Ириску, а та с довольным видом кусала его за пальцы, — мне казалось… Понимаешь…
Как бы так тактично намекнуть, что это не типичное поведение для ловеласа? В голову ничего не шло, поэтому Ник предположил сам:
— Мавр сделал своё дело, мавр может уходить?
— Почти… — я перебрала пальцами воздух, намекая, что направление правильное, а аналогия не очень.
— А если я не хочу? — он спустил собаку с рук и шагнул ко мне.
— Тогда чего ты хочешь? — он двигался, как вальяжный хищник, тигр там или лев. С такой ленивой грацией, которая присуща только настоящему вожаку прайда.
— Показать тебе свою ванну, а то в твоей и одному-то места мало, — он протянул ко мне руку и провёл пальцем от ключицы до груди… — Не откажешься?