Предложение друга (СИ)
— Я буду стоять рядом с тобой, — прошептала она еле слышно, но твердо, — столько, сколько понадобится. А если… если будут стрелять в дверь в упор… как думаешь, мы можем погибнуть?
Он ответил не сразу.
— Я не знаю… дверь металлическая… но тонкая. Если будут стрелять, то, скорее всего в замок.
Оба беспокойно уставились на замок, который не был закрыт ими ввиду отсутствия ключа. Но бандиты могли думать иначе.
— Замок достаточно далеко от нас, — беспомощно продолжил Марк, — пожалуйста, не геройствуй! Если я не удержу дверь, то твой вес большой роли не сыграет. Отойди к окну, там безопаснее!
— Если сыграет хоть самую малость, я остаюсь, — она вдруг вспомнила о родителях, о Максиме, которых может больше никогда не увидеть, — и потом… стоять там и слушать, как выламывают двери… я не смогу!
— Остаётся только надеяться на приезд полиции! — горячо зашептал он ей, — конец рабочего дня, банк без связи… все-равно людей хватятся рано или поздно. Тише!
Они замерли, прислушиваясь. В коридоре еле слышно прошелестели чьи-то шаги.
Марк сделал знак молчать, но Ира и не собиралась ничего произносить, а только крепче вжалась в дверь, пребывая в безмолвной панике. Было ясно, что бандиты ищут их. Негромкие голоса. Все ближе и ближе… она закрыла глаза. Ручка двери задергалась! Одновременно с Марком, Ира навалилась на дверь всем своим телом. Снаружи раздался окрик на польском, в дверь ударили несколько раз, потом отошли… Снова говор, затем тишина!
Марк вытер вспотевшие ладони о брюки, и вновь вцепился в самодельный блокиратор ручки двери. Прошло минут пять, и снова им стало ясно, что бандиты либо ушли, либо притаились за дверью.
— Они сказали, что идут за болгаркой, резать дверь, — одними губами, едва слышно прошептал Марк, — откуда здесь болгарка?!
Ирина по-прежнему хранила молчание.
— Это неважно, — наконец хрипло, еле слышно ответила она. Марк согласно кивнул:
— Возможно, это просто уловка… Не бойся смерти, пока ты жив — ее нет, когда она придет, тебя не будет.
— Что?
— Эпикур, древнегреческий философ. Острее ценим жизнь мы перед ликом смерти… извини… просто болтаю. Чтоб не молчать.
— Марк..
— Да?
— А если… или когда… они придут и начнут вырезать двери? Что нам делать?!
— Мы отойдем к стене, — он вдруг выпрямился и посмотрел на нее, — даже если они зайдут и возьмут нас в заложники, ничего плохого не произойдёт! Им нужны не жертвы, а деньги. Понимаешь?!
Она кивнула, хотя совсем не была уверена в его словах. Ира знала, что так он успокаивает ее. И себя тоже.
Через какое-то время занемело все — и руки, и плечи, и сердце, уставшее колотиться в бешеном ритме овладевшего ими страха. Страха ожидания! Тишина, не прерываемая никем и ничем, все больше давила на них… Марк вдруг повернулся к Ире и изобразил некое подобие улыбки:
— А ты смелая!
Она взглянула ему в глаза, слабо улыбнувшись в ответ.
— Ты тоже… нам разве остаётся что-то другое?
— Да, — задумчиво ответил он, снял очки, потер переносицу, расправил плечи… Потом добавил устало, — есть курицы, которые в подобном случае просто хлопаются в обморок или впадают в истерику. И все. Их не сдвинуть с места.
— Значит, я не курица, — насмешливо прищурилась Ира, тоже немного расслабляясь и растирая затекшие плечи, — хотя знаешь, я еле стою на ногах — коленки трясутся!
— У меня тоже!
Все-таки молодость брала свое — они уже даже почти расслабились и улыбались друг другу. Физически очень сложно слишком долгое время трястись от ужаса, как листок на ветру. Рано или поздно, но тебя начинает отпускать.
— В конце концов, Ира, о нас могут забыть. Или условно посчитать заложниками за дверью — у них там, внизу, своих полно..
Она опять помрачнела и озноб, на несколько мгновений как будто покинувший ее, вернулся снова.
— Марк… у тебя есть девушка? — спросила Ира, думая о близких ей людях.
— Нет.
— Не нашлось достойной? — она не знала, зачем сказала это.
— Что-то вроде, — Марк усмехнулся, и смешинки в его глазах были теплыми и светлыми, как маленькие солнышки. Будто они сидели где-то в кафе, друг напротив друга, и просто мило болтали. Ира удивилась самой себе — ещё вчера невозможно было бы представить, что она задаст подобный вопрос Марку Денисовичу, да к тому же в таком небрежно-дружеском тоне. Нет, совершенно немыслимо! Хотя можно ли было представить и то, что они окажутся здесь?
— Что насчёт тебя? — поинтересовался он, и Ира, целиком погруженная в свои мысли, даже не сразу поняла, о чем он. Словно очнувшись, она ответила:
— Насчет меня? Ну, не так давно меня бросил парень. И женился на другой.
Его взгляд вдруг стал остро-внимательным. Похоже, что он ждал продолжения и, поскольку она больше ничего не говорила, зачем-то уточнил сам:
— Встретил более достойную?
Она «вернула» ему озорную улыбку:
— Что-то вроде! — и добавила, — по его мнению.
Марк не успел ничего ответить — снаружи послышались шаги и голоса сразу нескольких людей. Как по команде, они отступили от двери. Марк знаками приказал ей отойти как можно дальше к окну. Ира отрицательно помотала головой.
Он неожиданно схватил ее за руки и развернул к себе:
— Послушай! Что бы ни случилось, веди себя спокойно и не вступай в переговоры. Говорить буду я… стой здесь! Если они начнут резать дверь и стрелять, я вернусь сюда! Если не послушаешься… я останусь держать тебя здесь, и наш последний форпост падет прямо сейчас.
Он говорил трагично, звенящая тишина снаружи давила на и без того натянутые нервы. Ира заколебалась, вцепившись в рукава его пиджака:
— А если тебя там ранят?!
К их двери, похоже, подошли совсем вплотную — они почувствовали это по еле слышным касаниям ее извне… Холодок липкими змейками заструился по телу.
В какой-то момент им показалось, что дверь сейчас будут резать — возможно, какие-то подготовительные работы прямо перед взломом помещения. Молодые люди шагнули поближе друг к другу в инстинктивном поиске поддержки, и обнялись в едином порыве. Ира закрыла глаза. Он что-то прошептал ей в макушку, потом замер, прислушиваясь. Отстранил от себя. Подошёл к двери, несмотря на ее отчаянные немые протесты. Сказал что-то по-польски, и ему ответили! Ира подскочила поближе, ничего не понимая.
— Что происходит?! Чего они хотят?!
— Говорят, это полиция, — растерянно произнес Марк, — но это может быть ловушкой. Сейчас, я попрошу их доказать, что они полицейские! Подожди..
Он что-то отрывисто крикнул им. Там замешкались, но ответили. Марк схватил свой телефон и зашагал вперёд-назад в поисках сети, возбуждённо приговаривая:
— Они восстанавливают сеть! Мы можем позвонить в полицию и проверить!
Сигнал слабо, но ловил у обоих, что вызвало их одновременные радостные восклицания. Когда Марку удалось дозвониться до местного участка, они смеялись и прыгали как дети!
Выйдя наконец наружу, с огромным облегчением и нескрываемым счастьем Марк и Ирина встретились со стражами правопорядка. Марк тут же вступил в оживленный диалог с ними, а она, в крайнем волнении, принялась звонить Максиму. Сколько прошло времени, час, полчаса или вечность — сколько просидели они с Марком в своём укрытии, которое, возможно, спасло их жизни?! Она могла только догадываться, каково сейчас Максиму… Он поднял трубку с первого гудка.
— Ира!
— Со мной все в порядке, — быстро заговорила она, — я уже в безопасности!
— Ира… Слава Богу! Я сейчас в аэропорту, оформляюсь на рейс. Скоро буду у тебя. Рассказывай все!
— У меня? — немного растерянно уточнила она, — если в двух словах, то я до сих пор в шоке, не могу мыслить связно! Но, уже все хорошо… извини, можно тебе перезвонить? Здесь полиция, у них ко мне есть вопросы… я перезвоню сразу, как только смогу!
— Давай тогда лучше я? Как раз сейчас прохожу регистрацию..
— Окей! Но, может, ты не полетишь никуда? Я в порядке!
— Пожалуйста, не спорь… Ты меня очень обижаешь этим. Перезвоню! Я очень рад, — он отключился.