Предложение друга (СИ)

— Везёт тебе!
— А иногда, на ночь глядя, я жарю блины с мясом… ладно, нечасто!
Смеясь и тихо переговариваясь, они достаточно плотно покушали. Ужин оказался великолепным! Максу позвонил переживательный Иракли — как оказалось, чтобы узнать, все ли хорошо.
— Яхта без света, моя машина стоит! Разволновался. Но я же не один?! Короче, с воображением у него беда, — веселился Максим.
Они не стали вскакивать сразу после того, как поели, а еще посидели недолго, обнявшись, бесцельно пялясь в пляшущие огоньки за стеклом маленького иллюминатора. Говорить какие-то банальности не хотелось!
Но эта сытая тишина была легкой и умиротворяющей, она не тяготила никого из них. И казалось таким простым, и естественным сидеть в приятном молчании, гармоничнее которого, в эти самые минуты, ничего не было.
Наконец, оба пришли в движение, почти одновременно. Макс не дал Ире возможности помыть посуду, а просто собрал и рассортировал все по пакетам, в который раз демонстрируя чудеса стремительных сборов. Он собрался за минуту, и еще за минуту закончил все дела с яхтой. Не согласовывая между собой, зачем едут и куда, они просто запрыгнули в машину и тронулись дальше.
Развалившись в мягкой коже кресла, вдыхая чудный парфюмированный запах автосалона, Ира в каком-то полудремотном после сытного ужина состоянии разглядывала, как пейзажи за окном сменяют друг друга. Наступила ночь, но слишком много огней и жизни кипело вокруг них в этом огромном курортном городе! Впрочем, некоторые участки дороги были почти безлюдны. Например, как в этом старом огромном парке, который они проезжали сейчас. Много диких зарослей с оглушительно стрекочущими сверчками в них, в тусклом свете фонарей, утопающие в летнем застывшем зное, будили ее воображение. Казалось даже, что кое-где в них вспыхивают своими огоньками светлячки. Максим тоже ушел в себя и, вероятнее всего, как подумалось Ире, был не менее очарован ночной природой и тишиной!
— Максим! Ты посмотри, какая вокруг нас красота, — восторженно выдохнула она, указывая на старый неработающий фонтан с причудливой лепниной и полуразрушенным каменным ангелом посередине, — этот столетний парк страшно зарос, но насколько же вся эта дикая красота цепляет сильнее, чем новомодные, геометрически правильные парки с ровными рядами деревьев и одинаковыми газонами! Скажи?
Ира, конечно, имела в виду миллион новых преобразований в отношении старинных зеленых зон в их городе, которые активно претворялись в жизнь, и были не по вкусу многим местным жителям. Но что поделать?!
— Да, — он был непривычно задумчив и молчалив.
— А эти розы! Взгляни, — невдалеке показались разросшиеся кусты мелких шиповниковых роз, без надзора садовников слипшихся между собой высокой плотной стеной. Ира опустила стекло пониже, пытаясь уловить их аромат, — да это же… сказка.
Макс резко вывернул руль, паркуясь.
— Если у меня когда-нибудь будет свой дом, я обязательно посажу такие… куда ты?!
Она вгляделась в его напряженный, четкий профиль.
— Хочу совершить преступление.
— Какое?
— Сорвать тебе ветку, — он вышел из машины и пошел в сторону кустов, не оборачиваясь.
— Административное правонарушение, — машинально поправила Ира, озадаченно глядя ему вслед. И чего он так взволнован?! На всякий случай, осмотрелась по сторонам. Никого. Подумаешь, даже если их поймают! Админпротокол, составленный на нее с Романовским — это даже романтично. Нечто запоминающееся!
Она подождала немного. Ей кажется, или что-то идет не так?
— Мааакс!
— Да? — он ответил не сразу, подходя к машине с целой охапкой веток, красочно усыпанных мелкими светлыми розами.
— Ой, красота! — искренне восхитилась Ира, смеясь, протягивая к ним руки.
— Выйди, пожалуйста, — Максим выглядел неожиданно серьезным. У нее отчего-то заныло сердце…
— Ты чего? — Ира легко выпрыгнула из машины и прикрыла за собой дверь, — все нормально?
— Да.
Он не спешил ничего говорить, и вообще как-то застыл истуканом, поэтому она ловко забрала у него из рук цветы сама, тут же утопив в них нос:
 
— Спасибо! Класс… Но давай быстренько спрячемся в машине, вдруг и правда патрулируют, а то ты так щедро нарвал!
Макс смотрел на нее пронзительно — так, что Ира тоже невольно засмотрелась на его синие, похожие сейчас на василиски во ржи, глаза. Мягко высвободил локоть из захвата ее пальцев, когда она намеревалась потянуть его к машине. Взял за руку. Ира все еще ничего не понимала.
— Я не знаю, с чего начать, — он говорил хрипловатым от волнения голосом, затем прокашлялся и продолжил. Сердце ее бешено колотилось, — поэтому начну с главного! С некоторых, а точнее, с давних пор я понял, что когда просыпаюсь с мыслями о тебе, мой день наполняется радостью. Разве нужно прожить целую жизнь, чтобы понять, что она так коротка?.. Я понимаю это уже сейчас. Я хочу жить! Но не просто жить, а с тобой, потому что нам по-настоящему хорошо вместе, и я знаю это. Не хочу выкраивать минутки или часы такой короткой жизни, чтобы ещё тратить их на сборы и договорённости, я просто хочу приходить домой и видеть там тебя, всегда! Обнимать тебя вечером, засыпая, и начинать каждый новый день вместе. В этом мой смысл жизни, никакого другого не надо. Все мои смыслы — в тебе, понимаешь?! А о чем или о ком твои мечты, твои смыслы, Ира? Скажи, — он сделал паузу, и встал на одно колено перед ней, — ты будешь моей женой?
Ее закачало от волнения, а мысли закружили в голове каким-то нестройным калейдоскопом. Сверчки, изредка потрескивающие в тишине, теперь почти колокольным звоном отзывались в ушах Иры — такими оглушительно громкими они казались ей в этот миг, когда все чувства, все эмоции оказались обострены, накалены до предела!
— Конечно, это не отменяет кольца с бриллиантом, — продолжил Максим с улыбкой, и снял маленький кулон со своей цепочки на шее. Вложил кулон ей в ладонь, — когда-то у меня порвалось звено на цепочке и я отдал ее ювелиру, у которого есть свой магазинчик рядом с мастерской. Там я… случайно увидел вот этот кулон! Он простой, без камней и прочего, но он почему-то напомнил мне тебя.
Ира вгляделась в кулон, переводя дыхание. Тоненькое золотое изделие, миниатюрная абстракция в виде профиля девушки с длинными волосами.
— Очень оригинальный, — зачем-то пробормотала она.
— Да.
На нее странным образом подействовало его волнение и серьезность, которые Макс и не думал скрывать — к Ире вернулась ее шутливая уверенность в себе. Успокаиваясь, улыбаясь, она рывком подняла Макса с колена и благодарно обняла, крепко сжимая его кулон в ладони:
— Максим! Боже, какой ты романтичный, с ума можно сойти!
— Я не шутил, когда говорил, что ждал тебя очень давно, — он разомкнул их объятие, держа Иру за плечи и снова глядя ей в глаза, — и не преувеличивал… Так где мой ответ?!
Темно-сиреневая мгла над ними благоухала ароматами лета. Все вокруг казалось ей теперь волшебным, как-будто бы она спала наяву и видела дивный сон — неужели они могут вот так, просто, сплести свои судьбы, как сплетены сейчас пальцы их рук?! Или их судьбы уже давно были сплетены? Штамп в паспорте меняет только то, что написано в бумажках, но не меняет того, что в сердце… Но до чего же здорово, когда твой мужчина вот этим всем действом, официально именуемым бракосочетанием, готов и хочет, и не боится заявить миру о том, что вы вместе! Ира сглотнула непрошенные слезы и спрятала за спину свои подрагивающие пальцы.
— Мой ответ — конечно, да, Максим!
Он смотрел на нее, как зачарованный, пристально, пару долгих секунд, очевидно, все еще осознавая происходящее. Да она и сама не до конца верила в то, что случилось с ними только что! Широко улыбнулся. Шагнул близко-близко, выдыхая, заметно расслабляясь.
— Ирина Романовская! — медленно, почти торжественно произнес Максим. Взял ее лицо в свои ладони с невыразимой нежностью, — невеста…
Ира тоже улыбалась. Шутливо толкнула его кулачком в плечо.
— Эй, не будь таким серьезным!