Молниеносная для эльфа (СИ)

— Что она должна была рассказать?
— Ещё в детстве, когда нам было лет по восемь, мы отправились к озеру Шамул, помнишь? — Аранэль пристально посмотрел на брата, и продолжил лишь когда тот кивнул. — Она попыталась утопить меня в озере, но отец увидел и остановил её.
— Я тебе не верю! Мама не поступила бы так со своим сыном. Она любит нас.
— Любит, как же! Она любит лишь тебя, а на меня ей плевать. С той минуты, у меня нет матери.
— Это снова твои игры Аранэль? Зачем ты придумываешь эти небылицы? С какой целью?
— Не веришь? Тогда спроси у неё сам, если она конечно ответит тебе.
— Спрошу! Обязательно спрошу. Но пока ты не женился, мама остаётся королевой. Поэтому прояви уважение, и удели время своей королеве. — с этими словами, тёмный покинул беседку.
Араторну не верилось, что мать способна на убийство, тем более своего сына. Аранэль врёт. Но зачем? А если это правда? То что заставило мать так поступить? На этот вопрос могла ответить только она сама.
Недолго думая, Араторн отправился в женское крыло дворца, в покои, где сейчас жила королева.
Мать он обнаружил в голубой гостиной, где оставил её несколько часов назад. Она сидела на софе и смотрела невидящим взглядом в окно, где раскинулась ночь.
— Матушка! — позвал тёмный королеву и она встрепенулась.
— Араторн! Ты поговорил с Аранэлем?
— Да. И он рассказал кое-что ужасающее. Это правда, что ты пыталась его утопить в озере?
Лицо королевы побледнело, став ещё белее чем обычно. Это было красноречивее любых слов.
— Значит это правда! — Араторн тяжело опустился в кресло. — Но зачем? Как ты могла так поступить?
— Да, это правда Араторн. Но у меня были на то причины.
— Причины? Он твой сын! Какие могут быть причины, чтобы поднять руку на собственного сына?
— Я бы хотела рассказать тебе причину, но увы не могу. — опустила глаза королева.
— Почему? — вскинул бровь Араторн.
— Потому что… Потому… — королева начала задыхаться, её лицо приобрело синеватый оттенок.
«Проклятье! — выругался про себя Араторн. — Заклинание молчания!». Он понимал, что мать ничего не сможет рассказать, если хочет остаться в живых.
— Твой поступок связан с Заклинанием молчания? — спросил он, когда королева пришла в себя.
— Да. — тихо прошептала она, словно их кто-то мог подслушать. — Поверь мне сынок, если бы всё сложилось по другому, я никогда бы так не поступила. Я люблю Аранэля ни меньше чем тебя, ведь вы оба мои дети.
— Кто наложил Заклинание? — тёмный слетел с кресла и упал на колени перед королевой, взяв её за руки.
— Прости Араторн, но я не могу…
Уже сидя в своём кабинете, Араторн прокручивал разговор с матерью в голове. Что могло произойти, что на королеву наложили Заклинание молчания? И главное кто? Что произошло, раз мать подняла руку на собственного ребёнка с целью убить его?
Раздался стук в дверь и появившийся Гварет прервал его размышления.
— Думал, ты уже отправился к луре Татии! — по-доброму улыбнулся друг.
— Сейчас иду. Нужно было кое-что сделать. А у тебя, что?
— Квил прислал доклад. — Гварет протянул папку Араторну.
Тёмный быстро просмотрел доклад оборотня, и поднял глаза на друга.
— Сарил?
— Я тоже удивился. Но теперь понятно куда он пропал. Ты думаешь то же, что и я?
— Я не думаю Гварет, я знаю.
— Не поделишься? — спросил Гварет.
— Когда мы вернулись с границы, то я отправился поговорить с Аранэлем. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и я услышал странный разговор. Король сказал собеседнику, что бастард ему ещё пригодиться, когда придёт время отвозить девушек в Жерхен.
— Он имел ввиду Сарила?
— Да. Но знаешь, что самое интересное? Когда я вошёл в кабинет, то Аранэль был один.
— Думаешь, этот таинственный собеседник, ушёл тайным ходом?
— После того, как вы с Квилом обнаружили эти самые ходы, не сомневаюсь. Нам бы только найти, этого таинственного собеседника, и допросить его. Думаю мы бы много от него узнали о пропаже девушек с отбора.
— Ты не смог считать его остаточную магию? — удивился Гварет.
 
— В том-то и дело, что не смог. Даже человек без магии оставляет след, а тут ничего, только моя тьма немного заволновалась. Но я списал это на неопределённость и волнение от услышанного.
— А если она поняла кто это?
— Нет. Я бы понял.
— Но тебя волнует ещё, что-то? Я же вижу. Ты вернулся от Королевы сам не свой.
— Аранэль сегодня сказал, что мать пыталась его убить в детстве.
— И ты ему поверил? Королева самая добрая и светлая эльфийка, во всём королевстве.
— В том-то и дело. Королева призналась. Но ничего не может рассказать. На неё наложили Заклинание молчания.
— Ого! Есть зацепки кто это сделал?
— Есть. И в ближайшее время, я собираюсь наведаться в северный дворец.
— Бывший король? Не может быть!
— Может. Если мать пыталась убить Аранэля, а отец знал и остановил её, то мог.
— Но зачем скрывать, что королева пыталась убить будущего Короля?
— Мне кажется, что скрыть хотели мотив матери, а не её поступок. Она не просто так это сделала. К тому же, Аранэль постоянно пытается меня убить. С пяти лет. И мало кто об этом знает.
— Я вот тоже не могу понять его мотивов. Словно он боится, что ты отнимешь его трон. Тёмный не может быть королём.
— Ошибаешься. Арателла была тёмной.
— Простое стечение обстоятельств. Её светлая сестра, умерла при рождении, отец тоже умер. А других наследников, да ещё и светлых у него не было.
— Так-то оно так, но её сами Боги признали Истинной Королевой. И ещё это пророчество. Его изменили.
— Что? — удивился Гварет. — Я, что-то пропустил?
— Нет, друг, не волнуйся. Татие снился Целус, и он сказал, что пророчество появилось сто лет назад, но его кто-то скрыл. И сам Целус угодил в ловушку именно тогда.
— И что в настоящем пророчестве?
— Я дословно не знаю, но Татия утверждает, что в нём идёт речь о тёмном короле, а не о светлом.
— Разве такое может быть?
— Не знаю, но в архивах Арателла, я нашёл свиток. В нем говориться, что сила бога неба, соединилась с тьмой Королевы, и так они смогли загнать Тень в темницу.
— Хм… Если это так, то может и правда, Король должен быть тёмным? Тогда это бы объяснил вашу с лурой Татией, тягу друг к другу. И то как вы чувствуете друг друга.
— Я родился вторым. Поэтому не могу быть королём.
— Ты уверен в этом? Может королева хотела восстановить справедливость, поэтому и пыталась убить Аранэля? Ведь после рождения твоей сестры, целители сказали, что королева больше не сможет зачать. И попытки Аранэля убить тебя.
— Никогда не задавался такими вопросами. Но в любом случае, отец даст мне на них ответы. Он больше не в состоянии контролировать мою силу, как в детстве.
— Устроишь ему допрос с пристрастием?
— Возможно.
Таня
Я вернулась в комнату, сняла туфли и буцнула их ногой.
— Уууууу! — закричала изо всех сил.
На мой крик выскочили девчонки, испугавшись.
— Что случилось? — в один голос спросили они.
— Этот гад ушастый, потребовал, чтобы я разделась! Видите ли он хочет проверить, возбудить ли его моё тело или наоборот вызовет отвращение! Уууу, убила бы! Сволочь!
— Эм! Ты о ком? — спросила Лейра.
— Об этом венценосном гаде!
— О Короле, что ли? — улыбнулась Лейла.
— О нём самом!
— Ой, да нашла из-за чего расстраиваться. Не удивлюсь, если он это каждой участнице говорит. У него же десять фавориток одновременно. Кобель! — обняла меня Лейла.
— Вот вот! Не бери в голову. Лучше расскажи, как выкрутилась? — спросила Лейра.
— Сказала, что бы он тоже разделся. Я ведь тоже имею право увидеть тело будущего мужа. Может оно мне не понравиться.
— Что, так и сказала? — удивилась Лейла.
— Ага.
— Ну, подруга ты и даёшь! — рассмеялась Лейра.
— А пусть знает наших! Землянки никогда не сдаются, и ни перед кем не прогибаются!