Брутальная Падме, или Новая судьба королевы (СИ)
Секунды тянулись, стрела ещё чуть довернула, почти совсем незримо и вдруг звуки, казалось, совсем пропали. А потом случилось то, лишь часть коего виделось невооруженным взглядом. Зато все далеко вокруг отлично услышали.
Падме много чего придумывала и испытывала. В том числе и этот прототип, под странным именем «Зевс» (*). Его обсчитали, как модель он работал. Произвели, даже испытали на практике, правда не на Набу, а на соседней с ней не населённой планете. Сделали это ради секретности.
Атмосфера там более плотная и агрессивная, чем на Набу, но для проверки работоспособности принципа — годилась и она. Делая проверку сильно с запасом. Всё прошло хорошо. Потом «Зевса» разобрали и отправили на Набу на склад. Оставив настройки с испытаний. Прототип оказался крайне дорог и смысла его доводить до товарного вида или тем более пускать в серию не было пока никакого. Он и без того саранчой прошёлся по бюджету Падме на такие эксперименты.
Когда всё началось, его снова спешно собрали. Он выглядел откровенно сырым и не имел даже полноценного кожуха. Впрочем, на работоспособности это никак не сказывалось. Но до прилета «Тёмной Звезды» и их наемников, «Зевс» оказался не востребован. Зато теперь пришёлся ко двору.
На несколько мгновений титаническое орудие устроило странный резонанс, создавший канал из близкого по разряжённости к вакууму, идущий от орудия на поверхности и теряющийся в стратосфере. И тут же по нему ударил ярчайший луч. Не сильно распыляясь и не особо ослабев из-за внезапно расступившейся атмосферы, сгусток энергии, которым не побрезговал бы и сам Зевс с настоящего Олимпа, молнией пронзил несколько сотен километров и вырвался в черноту космоса.
***
Рурк до последнего думал, что очень удачно подвернулся контракт по блату. Казалось, что внезапно пошатнувшиеся дела, можно будет легко и быстро выправить. Когда ему поставили задачу осуществить сопровождение пары «стилетов» до точки, не подпустив к ним противника — он думал, что это плёвая задача. В саму атмосферу ему спускаться не требовалось — там уже наготове несколько сотен летунов, что должны обеспечить охрану брандеров на финальном этапе. До планеты добрались без приключений. Некоторые из коллег уже успели отгрузить смертельный груз на замершие в страхе города и теперь ждали третьей фазы операции. Она заключалась в прикрытии коллег, улетающих с добром набуанцев.
Пара «стилетов» только начала заходить на вектор атаки. Внезапно, с планеты, как будто подсветили идущий первым брандер. Звука не было, но менее страшно Рурку от этого не стало. Около пятой части двухсотпятидесятиметрового корабля просто испарилось. Вот он только поворачивал к поверхности и в следующую секунду ему некто откусил почти 20 процентов. Превратив её не в обломки, как можно было ожидать, а просто в облако мельчайшей раскалённой пыли.
— Суки! Уходим…, — заорал Рурк. Вот знал он, что дешёвый сыр бывает, лишь в мышеловке. А ведь его уверяли, что у планеты нет полноценной противокосмической обороны. И её функции выполняют спутники, да истребители с тяжёлыми ракетами. Но и то, и то должны были еще до их прилета убрать. Выйдя на орбиту планеты они уже не встретили противодействие. Вот только атаковать город с полноценной противокосмической обороной, он не подписывался. Это явно контракт, ни для него лично, ни для возможностей их небольшого корабля.
Второй «стилет» проявляя тупость и упёртость железяк, что им управляли, завершил манёвр, нырнув в атмосферу. Корабль Рурка по инерции пронёсся над ним, стараясь уйти на более дальнюю орбиту. Говорят, нельзя услышать свою пулю. Если ты её услышал — не твоя.
Мимо нырнувшего «стилета» ставшего совсем, если смотреть с планеты, небольшим в профиле, пронёсся очередной сгусток энергии. Но повезло только «стилету». Потому что летевший выше Рурк, вместе со струхнувшей командой, повторил опыт первого брандера. Могучий луч сверхплотной энергии, подсветив небольшой кораблик небогатого и алчного пирата, как мотылька у свечи, перевёл большую его часть вместе с экипажем в мгновение ока в раскалённое облако.
«Зевс» сделали правильно, но недостаточно довели до ума. А может дело в том, что из него пытались стрелять быстрее, чем он оказался готов на данный момент. Потому второй быстрый выстрел явно что-то повредил в нём. Огромный ствол скрежетнул, покрылся снопами искр и укутался мутным облаком дыма. Спустя же минуту, оставшийся «стилет» ещё летел, но к нему уже устремились дроны семьи Амидал, из выживших в предыдущих передрягах. А ствол «Зевса» размером с многоэтажку наконец не выдержал, стал деформироваться, заваливаясь на площадь.
Орудие класса поверхность-космос показало себя отлично, вот только оказалось сыроватым и недостаточно продуманным. Так как кроме успеха, дважды породило грохот от схлопывания канала, пробитого в атмосфере. Из-за чего в центре города лопнули почти все стекла, а часть присутствующих на площади техников, невзирая на защитные шлемы, получили травмы слуха разной степени тяжести.
Впрочем, это были терпимые издержки. Оставшийся в живых «стилет», так и не смог нормально долететь до купола, укрывающего столицу Дома Амидал. Дроны семьи, не жалея себя, успели своими «телами» разрушить брандер, который грудой осколков сделал щит видимым, но так и не смог его ни пробить, ни тем более обрушиться на город.
***
(Где-то на Набу)
— Там! — головорез на выглядящем апокалипсичным четырёхколёсном мотобайке (**), украшенном для феншуя черепами, выглядящими настоящими, с визгом развернулся. Несколько приятелей любителя готической красоты с запозданием тормознули, посмотрев, куда он указывал.
Байкеры уставились на мощную бронедверь, над которой висела потухшая вывеска, довольно широко известной даже за пределами королевства транснациональной корпорации, торгующей элитными украшениями. Славная тем, что несмотря на размах и объёмы, создавала свою продукцию вручную и тем самым всегда хотя бы в микроскопическом, но уникальном виде.
Лидер, дав чуток газа, слегка сблизился с явно тяжёлой бронедверью. Он окинул взглядом стену вокруг, и лёгким жестом по панели, выстрелил мощным гарпуном, что торчал спереди под брюхом его страшненького средства передвижения. Массивная машина вздрогнула и дернулась от отдачи почти на полметра назад. Гарпун с небольшой вспышкой воткнулся в дверь, пробив её насквозь и застрял в ней. Трос провис, а бандит с визгом больших и широченных колес сорвался с места, дав задний ход. Тяжёлая и мощная машина рванула, как подорванная, трос быстро натянулся, рванувшись из двери.
Она явно не была рассчитана на такое нелюбезное отношение, а точнее — на него не было рассчитано её крепление в стене. Дверь вылетела вместе с коробкой проема, а лидер бандитов с хохотом, услышав который от нормального человека, того отправляют к психиатру, чуть сам не вылетел из седла. И это невзирая на плотные ремни, которые его удерживали в нём.
Уже слезшие со своих железных скакунов коллеги отморозка, ломанулись к проему, когда из него истерично визжа, вылетели несколько девушек. Байкеры бросились к ним, а навстречу из проема вырвалась серия импульсов и вылетел предмет, спустя секунду грохнувший, оказавшись светошумовой гранатой. Сразу несколько отморозков упали от шока, остальные бросились врассыпную. Из проема выскочила пара охранников, стреляя на подавление из короткоствольных, но мощных пистолетов-пулемётов.
Казалось, отморозки обломают зубы, но нет, от байка лидера ударил курсовой пулемёт, в мгновение превративший в кровавую кашу обоих охранников.
Секунду-другую лидер со злобой смотрел на мёртвые или ещё стонущие тела около ювелирного куша, потом зыркнул на продолжающих с криками убегать девушек. Он дёрнул рукой, направляя пулемёт на них, но вдруг его лицо исказила «улыбка» злобы. Вожак отпустил пулемёт и, довернув рукоять, с визгом шин развернулся. Щёлкнул обвисший трос, разъединяя машину со всё ещё застрявшей головкой гарпуна, в лежащей уже двери. Трос со свистом рванулся, скручиваемый лебёдкой, таща лишившейся расходной головки гарпун за собой.