Марионетка. Отрежь меня! (СИ)
Глава 20. Запретные чувства.
20.1.СнежанаКогда я вышла из ванной комнаты, сразу нарвалась на недовольный, с примесью каких-то непонятных эмоций, взгляд Саида. Почему ведет себя так? Словно не с мужем разговаривала сейчас, а с посторонним мужчиной, да еще втайне, в нарушение всяких правил.
Вернула телефон. Молча, взяла платок. Подошла к зеркалу и стала повязывать, под пристальное, откровенное подглядывание за мной. Чего ждет? Что вообще происходит? Он не просто напрягает своим присутствием, отчасти — побаиваюсь, не понимая его мыслей.
— В чем дело? — не выдерживаю. Разворачиваюсь к нему лицом, желая узнать причины этих странностей.
Подходит ко мне. И позволяет лишнего: заправляет мои волосы, которые упрямо выбились из-под ткани. Хотела отстраниться, не дал — сильно сжал затылок, заставляя стоять на месте.
— Саид? — уперлась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. — Что вы делаете?
— Лицо закрыть на улице, — опять удивляет. — Не показывать.
— Зачем? — все же удается освободиться, когда ослабляет хват. Отхожу на несколько шагов назад.
— Кожа белая. Много глаз смотреть будут. Не надо.
Намекает на излишнее внимание, из-за моей принадлежности к другой национальности?
Вот парадокс: светлокожие люди предпочитают загар, мечтают приобрести бронзовый или шоколадный оттенок; а смуглым, наоборот — нравится молочная бледность. Но я никогда не была любителем вялиться под солнцем, а свою привередливую и чувствительную кожу берегла.
— Поняла, — покидаю комнату, сталкиваясь в коридоре с Марией.
— Доброе утро, дочка, — она обняла меня.
— Доброе, — чувствуя заботливое отношение к себе, вспомнила о своей маме. Самир обещал ее навестить…
— Саид?! — возмутилась свекровь, видя, как тот вышел из моей спальни. — Что ты делаешь здесь?
— Я говорила с мужем, — заверила сразу, чтобы не думала гнусности.
Хотя его поведение, действительно, настораживает и вызывает подозрения, будто заявляет права на меня — именно это напоминает, как бы не убеждала себя в обратном. Взялся опекать не без своего интереса. Только до конца не ясно: что кроется за этим?
— Все равно… — хмурится Мария.
Потом резко переходит на «арабский», о чем-то быстро переговаривается с ним, совсем не в доброй интонации. Он соглашается кивком головы и уходит.
— Мы врежем замок в дверь для твоего спокойствия, — говорит, вздыхая. — Ох уж, эти мужчины…
— Вы о чем? — ловлю ее взгляд. Новость о возможности закрыться, конечно, радует, но что под своей фразой подразумевает?
— Да ладно, Снежана. Нужно быть слепым, чтобы не заметить, как Саид смотрит на тебя, — подтвердила мои мрачные мысли. — И не стыдно ему… Пользуется тем, что ты не мусульманка и выросла в другой культуре, заявляясь в комнату к чужой жене, на которую глаз положил.
— Такое не впервые случается… — честно признаюсь.
— Почему не сказала?! — Мария повысила голос.
— Надеялась, мне показалось… — опустила от стыда глаза.
— А если ночью решит тебя навестить? Наплевав не только на элементарные нормы приличия, но и всех находящихся в этом доме. Никакого уважения…
И тут, словно ледяной водой окатило от ее слов. Так мерзко становится…
Он приходил, точно приходил…
Да, снился восхитительный эротический сон с участием Самира, но в реальности: губы и руки, гуляющие по моему телу, принадлежали Саиду… А я крепко спала, захваченная в плен фантастических ощущений…
Фу… как же тошно…
— Снежана? — свекровь положила ладонь на мое плечо, увидев растерянность. — Ты чего?
— Не давала ему повода… — отвечаю, сама думаю, насколько далеко он успел зайти? И поэтому ухмылялся, глядя на меня, когда принес телефон? Разве так можно?
— Зачем ты оправдываешься? Верю тебе. Но с этим нужно что-то делать! Пока не поздно.
— Пожалуйста, не рассказывайте Самиру. Он все не так воспримет, — больше всего опасаюсь его реакции.
— Именно с сыном и поговорю, не с Амином ведь, — настаивает. — Поверь, моему мужу хватит подобного инцидента для развода, на чем будет настаивать, он тебя обвинит во всем и разбираться не станет.
«Да что ж такое…» — как будто все специально подстроено. Очень рассчитываю на понимание и доверие Самира.
— Боюсь… — смотрю на нее.
— Пойдем. Не накручивай себя… — тянет за собой вниз по лестнице. — Самир не позволит обидеть любимую женщину. И я помогу.
— Вы так добры, — кажется, обрела союзницу в ее лице.
— Есть идея! Как насчет того, чтобы поехать в мою оранжерею? Тебе понравится. Там интересно: разнообразие цветов, а какой потрясающий аромат витает в воздухе… Отложим пока экскурсию по городу, не будем Саида приглашать.
— Я только «за», — улыбаюсь, радуясь, что удалось избежать общества навязчивого родственника. Пусть муж сам покажет Дубай — о чем изначально мечтала. Может, у нас появятся свои памятные места?
— У меня там исключительно женщины работают, малазийки, поэтому постоянное сопровождение нам не потребуется, отвезут и заберут.
— Почему нельзя без сопровождения? — решила уточнить. Сколько ни читала о положении прекрасной половины человечества в исламе, полностью не разобралась. Можно разную трактовку встретить, все зависит от страны, где-то существуют послабления…
— Так принято. И вдруг кто-то захочет покуситься на честь женщины, — отвечает.
— Ясно…
«А что делать, если это уже происходит, причем в родительском доме мужа?» — задала вопрос мысленно, но озвучивать постеснялась. Вдобавок: поведение Саида противоречит всем понятиям религии и семейных ценностей, думать о его возможных чувствах — противно…
За завтраком не поднимала глаз, уткнувшись в тарелку, лишь бы видеть ничьих взглядов. Один из них ощущался остро, словно насквозь прожигает, окружая невидимым жаром. И дав себе установку «не смотреть», продолжила есть.
Мария сообщила своему мужу, что мы едем в оранжерею и будем вечером. Он одобрил планы и даже сам отвез.
Я удивилась нескромным размерам помещений, пока свекровь показывала свои владения. А больше всего поразило количество разнообразных растений и невероятный аромат. В теплице с розами, замерла, рассматривая всевозможные оттенки.
— Нравится? — интересуется она, наблюдая за мной.
— О-о-очень! — банально, конечно: люблю именно эти цветы.
— Тогда перед тем, как ехать домой, соберешь букет на свой вкус, поставишь у себя в комнате — будешь любоваться.
И вот: стою, не знаю, какие лучше розы выбрать. Меня привлекли пастельные тона: белые, нежно-розовые и персиковые. Мария объяснила, как правильно срезать, но я не решалась, продолжая разглядывать.
— Белые, — звучит знакомый голос с акцентом сзади, а в следующую секунду он сжимает мои плечи. И тут его понесло. Понятия не имею, о чем говорил. Звучание «арабского», с нотками безумного желания, в тот момент было похоже на признание…
20.2.СамирВесь день не находил себе места, словно предчувствуя беду…
Странное, ничем необъяснимое, тревожное ощущение поселилось внутри, лишая покоя… Навязчивые мысли о Снеге не покидали, подсовывая разного рода мрачные картины… Слезы жены, конечно, расстраивают, но это не причина для переживаний, в глобальном смысле. Главное — она в безопасности, никто до нее не доберется и не навредит.
И что же так сильно меня волнует? Не могу понять… Душу выворачивает наизнанку… Ноет, ноет и ноет…
Загруженность, опять же, не позволяет выдохнуть и расслабиться…
Начал с того, что сам приехал в офис к Александрову. Пора поговорить начистоту. Подарок этот еще — вызывает массу вопросов… По какому поводу такая щедрость?
Он ждал. И совсем не удивился, когда я, без предупреждений и приглашений, ворвался к нему в кабинет. Секретарша семенила следом, пытаясь остановить незваного посетителя и оправдываясь перед начальником.
— Все в порядке, Наташенька, — отмахнулся Александров. — Чай, кофе, сок, воду или покрепче? — это уже мне.