Убитая жизнь (СИ)

— Ооо! — взревела Таня. — Заступница нашлась! И чем это вы тут вдвоём занимались, пока меня не было?! А, я поняла! Он нарочно меня отправил к этой Алле! Чтобы у вас времени больше было на развлечение в кровати!..
Майя Николаевна резко подняла руку, и Таня испуганно отшатнулась. Управляющая громко выдохнула и моментально успокоилась, приложив поднятую ладонь к виску.
— Жене позвонила Валерия, когда у вас назревал скандал с модельером, — тихо проговорила управляющая, кивнув на горничную. — Я бы тоже испугалась, поскольку вас некому было контролировать. А до чего доводит ваш психоз, мы уже видели… Вы ни о ком не думаете в этот момент, кроме себя, и я попросила Женю найти выход… И он нашёл.
— Подумаешь! — громко усмехнулась Таня. — И что тут такого?!
— В том, что эти вещи, — вдруг сказала Валерия, — вы бы ни за что не смогли бы приобрести без помощи Евгения. Купили бы, в лучшем случае, безвкусную фигню из синтетики у этого подражателя Маши Цыгаль. И выглядели бы на юбилее мэра, как разноцветная корова с седлом.
Таня в гневе обернулась к горничной, но сказать ей что-то не дала Майя Николаевна, продолжив:
— Женя, между прочим, попросил помощи у своей дочери, чего никогда не делал… Алла — его дочь от первого брака.
— А вы откуда это знаете?!
Таня не удивилась, а только обрадовалась, что её догадка о родстве Евгения и Аллы была правильной.
— Я нарочно подслушала его разговор, хоть он и выходил на крыльцо, — смущенно призналась управляющая. — Мне стало дюже любопытно.
— Ни фига себе! — пролепетала Валерия. — А что тогда Женя здесь делает? У этой Аллы, похоже, денег, как грязи. Что, дочь не поможет ему?!
— Это почему — как грязи? — удивленно возмутилась Таня, ущемлённая в своём превосходстве.
— Потому что, я видела ценник на ваше вечернее платье. И, сдаётся мне, что цифра была не в рублях…
— А почему я не видела ценник? — засомневалась Таня в словах горничной.
— Похоже, что его пропустили, когда снимали все ценники. А я его спрятала от Аллы…
И Валерия протянула хозяйке бирку с её платья — ламинированную табличку, где было начертано: " Салон-мастерская Аллы Волошиной«. Далее указывался фасон платья, размеры, состав материала и цена. Цифра, и впрямь, впечатляла.
— Ничего не понимаю, — удивленно моргнула Таня. — И зачем Евгению это надо?
Все прекрасно поняли, что Таня имела в виду.
— Вот у него и спросите, — предложила Валерия. — Но, думаю, такой подарок, — она показала на бирку, — не делают просто так.
— Выходит, — стала соображать Таня. — Евгений меня купил…
— Ага, — усмехнулась Майя Николаевна. — И придется отрабатывать. Удивляюсь, а другой версии вам в голову не пришло? Выбросить миллионы… Ради чего?
— Что значит — ради чего! — возмутилась Таня.
Управляющая смело посмотрела ей в глаза.
— Евгений не похож на человека готового ради… секса потратить такую кучу денег. Не забывайте, что он работает в управляющей компании рабочим. И ещё, замечу, не проявлял к вам мужской заинтересованности. Если бы вы не чудили, то и внимания бы не обращал.
— Да?! А тогда зачем он увязался с вами в тот день ко мне в офис? — нависла над ней хозяйка, но Майя Николаевна не успела ответить.
Поеживаясь от холода Валерия робко спросила:
— Девочки, может, кофе выпьем?
Они сели за стол, забыв об уходе Майи Николаевны, фамильярности Валерии и уборке дома. Таня, как старшая предстоящего «мозгового штурма», первой получила чашку с горячим напитком, но неожиданно подвинула её Валерии.
— Пей. Тебе нужнее.
И сама удивилась своему поступку. Впрочем, остальные тоже. В этот момент в Тане что-то надломилось. Она поняла, что если сейчас не договориться с Валерой и Майей, то она будет вынуждена тратить кучу времени на поиск другого персонала, и не факт, что найдёт. Нет, найти можно кого угодно, только времени на это уйдёт много и совсем не обязательно, что новый персонал будет лучше. Да ещё запросит денег за свою работу столько, сколько и не потянуть. Валерия, как горничная, Таню устраивала вполне, о Майе и говорить не приходилось — за десять лет она стала чуть ли не самым близким человеком. После Сергея, конечно. Она к ней привыкла, да и управляющая прекрасно справлялась с хозяйством.
 
Слова будто вышли из Таниной души…
— Ладно, я бываю неправа. Простите меня.
Звук упавшей и разбившейся чашки заставил её вздрогнуть. Она хотела уже разразиться гневной тирадой, по обыкновению, но в памяти мелькнул ценник с платья.
Казалось бы, это не должно иметь какое-то значение, но Таня подумала о том, чтобы сказал Евгений, если бы она случайно, по нерасторопности, разбила бы копеечную чашку.
— Простите, Татьяна Сергеевна, — виновато проговорила Майя Николаевна.
— Я сейчас уберу, — сорвалась с места Валерия.
Не прошло и минуты, как всё было убрано и управляющая с горничной встали перед хозяйкой.
— Майя Николаевна, мы будем пить кофе? — устало улыбнулась Таня. — У нас есть что-нибудь сладкое?
Шоколадка нашлась, хотя в «прошлом» Таня запрещала покупать любые сладости. Считала, что от них она толстеет и незачем на это тратить деньги.
Выпив кофе, хозяйка отодвинула чашку…
— Хорошо. Что мы знаем о Евгении? Только без всяких вздохов, ахов и закатывания глаз.
— Непростой мужчина, и неглупый, — хрустнула шоколадом Валерия. — Но не без странностей. Была бы у меня такая дочь, то я бы не работала. А этот «пашет» с утра до вечера, будто ему денег не хватает.
— Работает Женя на совесть, — укорила взглядом Майя Николаевна горничную. — И лишнего никогда не просил. Хотя мог бы…
— Тогда почему он в этом посёлке? — то ли себя, то ли окружающих спросила Таня. — Неглупый здоровый мужчина, пусть и в возрасте. Женат… Вы видели его жену?
— Нет, — резко ответила Майя Николаевна. — Но она точно есть! Я видела и слышала, как он с ней разговаривает. Улыбается, становится таким добрым мишкой. А общих детей, похоже, у них нет, — нахмурилась управляющая. — Когда я спросила его про дочь, он только отмахнулся, сказав, что она от первого брака. И быстро вышел на крыльцо. Было видно, что он недоволен тем, что проговорился.
— Как вы так хорошо в нём разбираетесь, — Таня «включила» ревность, но тут же замолчала.
— Я и постарше вас буду, Татьяна Сергеевна, — показала характер управляющая. — И хорошо знала вашего отца. Они с Евгением даже чем-то похожи. Такие же оба энергичные, властные и очень внимательные к окружению. Бывало ваш отец придёт на кухню под навесом, тогда ещё дом не был построен, и всё обстоятельно спросит — хватает ли еды для рабочих, удобно ли подведена вода на кухню и вовремя ли подвозят продукты. Тут целая бригада работала из Молдавии. И ваш отец ни разу ни на кого не прикрикнул. Вот только посмотрит на рабочего, спустившегося с лесов покурить, так тот сразу обратно.
Таня приуныла, вспомнив отца. Вот кого, а его ей часто не хватало.
— Может быть, Женя чувствует вину перед дочерью? — хлебнула остывший кофе Валерия. — Возможно, он не совсем хорошо расстался с первой женой.
— Скорее дочь чувствует некую вину, — вздохнула Таня. — Я разговаривала с Аллой. Она сказала, что обязана Евгению, но почему — не объяснила.
— Какой загадочный человек, — усмехнулась Майя Николаевна. — И мы о нём ведь ничего не знаем.
— А почему он в обед куда-то так рвётся? — Тане не давала покоя эта деталь в поведении Евгения, но Валерия и управляющая только недоумённо подняли плечи.
— Может быть, он привык кушать дома, — выдвинула предположение Валерия. — Традиция такая…
— Всё равно что-то не так, — буркнула хозяйка и зевнула. — Ох, и устала я от дороги.
Она поднялась и пошла в спальню. Дорога почему-то её сильно утомила, да и почту надо было просмотреть. Дела фирмы, так сказать…
Поднимаясь, заметила, что горничная устало собирает чашки и решила.
— Валер, если устала, то уберёшься завтра. Отдыхай.
И услышала в ответ.
— Спасибо, Татьяна Сергеевна. Но прихожую я вымою.