Убитая жизнь (СИ)

Сергей растерялся. Он не понимал — к чему клонит начальник.
— И что мне теперь делать, товарищ генерал?
— Ждать, Серёжа. Я тебя выдвигал на должность и отстаивал в кабинетах. Вот и будем вместе ждать — что предпримет прокурор города. Либо он придёт к тебе… сам знаешь с чем. Либо начнёт действовать в обход тебя. Второе — очень не желательно.
Сергей всё же решился задать вопрос.
— А можно более конкретно, товарищ генерал?
— Подполковник, вы начальник полиции города? Вот вам и решать. Свободны.
Сергей встал, потянулся за папкой с отчётом.
— Оставьте у меня на время, — генерал отодвинул документы. — Я внимательней просмотрю. Может быть, и подскажу чего…
— Разрешите идти?
— Не задерживаю.
Когда Сергей взялся за ручку двери, генерал тихо сказал вдогонку.
— Подумай, кто из твоего управления плотно работает на мэра. И этот кто-то достаточно близок к тебе.
По дороге в свой город Сергей вспомнил, что мэр хотел вечером заехать к Тане.
Таня вышла из дома только после обеда. Она долго приводила себя в порядок, замазывая темные круги под глазами, одевалась и причесывалась. Вышла на крыльцо, и долго наблюдала за Евгением и его сменщиком — молодым, худощавым парнем с таким же смешным хвостиком волос на затылке. Только у Евгения хвостик был длинный, плотный и седой, а у парня — куцый, смоляно-черный.
Мужчина деловито объяснял парнишке, как убирать двор, как пользоваться техникой для уборки. Парень слушал внимательно, даже уважительно. Было видно, что Евгений для него не просто взрослый человек, а Учитель. И обучал так необычно, будто какой-то интересной игре, что Тане самой захотелось научиться водить снегоуборщик.
— Можно мне попробовать? — она подошла к рабочим неожиданно для себя и для них.
— Татьяна Сергеевна, — чуть склонил голову Евгений, и кивком указал на парня. — Это Василий. Он меня заменит после моего ухода.
— Добрый вечер, Татьяна Сергеевна, — почтительно поздоровался Василий.
Она протянула руку, и вдруг, Василий нежно взял её ладонь и прикоснулся губами. Таня вздрогнула. Парнишка вёл себя галантно и уверенно — отпустил ладонь тут же, не задержав на лишний миг. Потом подвёз к ней снегоуборщик, стал объяснять, как пользоваться.
Таня попробовала — снег плотным потоком выскакивал из раструба, равномерно падая за площадку. Евгений с Василием шли за ней, контролируя.
Она улучшила момент, когда мужчины отвернулись, и повернула раструб на них. Поток снега посыпался им на головы…
Таня почему-то была счастлива в тот момент. Она играла с мужчинами, стараясь задеть их струёй снега, а они весело пытались увернуться. И когда Таня увлеклась погоней за Василием, Евгений незаметно подошёл к ней сзади и повернул снегоуборщик раструбом против порыва ветра. Снег облепил Тане лицо, попал на обнажённый участок груди, но она не почувствовала.
Сердце бешено заколотилось от его близости. От его прикосновения к её рукам… Она отпустила ручки машинки и чуть не застонала, уткнувшись затылком в грудь Евгения. Ей захотелось взять его ладони и запустить их себе под шубу, где горело огнем, налившись через край желанием, тело.
— Ты не можешь просто так уйти, — прошептала она, приподняв подбородок.
Таня не замечала, что вместо пластмассы ручек снегоуборщика, она вцепилась в руки Евгения. Она сжимала их так сильно, что онемели пальцы.
— Могу, и уйду. Так надо, Таня…
В её сердце кольнуло холодом и страхом. Дыхание сбилось, в легких не хватало воздуха. Таня часто задышала, отпустив его руки. Ноги стали терять опору, газоны закружились…
— Тебе плохо?! — Евгений прихватил её за талию.
— Нет! Не прикасайся ко мне! Иначе я сойду с ума! Отойди!..
Он сделал шаг назад, готовый броситься к ней обратно, но Таня уже совладала с собой.
— Это жестоко, Женя. Зачем ты тогда разбудил во мне это?
Она испуганно поискала Василия, боясь, что он слышит их разговор, но парнишки рядом не было. Он уже убирал снег у ворот в усадьбу.
— Тебе от этого хуже? — Евгений будто прислушивался к чему-то.
— Мне необычно. И это требует выхода, — призналась она, глядя ему в глаза.
 
— Тебе так кажется. Будь нормальной женщиной, а не чопорной и холодной злыдней. Жизнь обретёт совсем другие краски.
Таня почувствовала, что он удаляется от неё. Сам выходит из её сердца, покидает навсегда. Становилось легко, но в то же время… очень тяжело. Кто заменит его? Кто просто будет рядом?!
— Василий — сирота, — он словно услышал её вопросы. — Но он правильный парнишка. Относись к нему с уважением, и более преданного человека тебе не найти. Возможно, он может стать тебе кем-то большим, — его взгляд обрёл насмешливость. — О, не то, что ты подумала. Например, сыном…
Таня теперь поняла. Он относился к ней, как к дочери! И эта догадка всё расставила по местам. Стало легко и свободно.
— Человек должен заботиться о ком-то, — Евгений вдруг нежно обнял Таню. — Кто ему нравится. Или нуждается в его заботе. И этот кто-то тоже отдает свою нежность и любовь. Искренне, а не в желании сесть на шею…
Он ещё что-то говорил, но Таня не слышала. Она, зажмурившись, ощущала себя котёнком, которого вылизывает папа-кот шершавым языком, доставая из её волос налипшие комочки снега.
Желание овладеть этим мужчиной прошло, и такая быстрота трансформации чувств была обычной для Тани. Она не любила долго эмоционировать, убиваясь в истериках. Мозг разложил чувства по полочкам, и это принесло успокоение и определённость.
За воротами усадьбы просигналил автомобиль.
— Ой, ко мне мэр обещал заехать! — встрепенулась Таня, освобождаясь из объятий Евгения. — А я не подготовилась.
— Василий! — крикнул он парню. — Отгони уборщик и открой ворота.
Тот кивнул и сноровисто раздвинул металлические створки. Во двор заехал чёрный внедорожник.
— Это не мэр, — вдруг остановилась Таня на полпути к дому.
Из машины вышли двое здоровенных парней, оглядели усадьбу, и только потом открыли заднюю дверь салона. Из него на очищенную площадку шагнул Алексей Владимирович. Увидев Таню, обнажил в улыбке белоснежные зубы, но тут же улыбка моментально сползла с его губ. Таня удивилась столь резкой перемене, и подумала, что дело опять в выпавшей из шубы части её тела. Посмотрев на себя, убедилась, что всё в рамках приличий.
— Евгений Юрьевич, — мрачно проговорил нежданный визитёр. — Похоже, что вы везде.
Таня хотела вставить слово, но Евгений легко обнял её за талию, дав понять, что не стоит открывать рот.
— Что здесь забыл, Алексей?
— Это не ваше дело, — резко ответил тот, тут же превратившись из респектабельного инвестора в мошенника, охочего до чужих денег. Таня умела определять людей.
Евгений спокойно подошёл к Алексею Владимировичу. Здоровые парни хотели загородить своего босса, но Алексей властным жестом отогнал их за машину.
— Я сам разберусь.
— Ладно, — насмешливо улыбнулся Евгений и, не поворачиваясь к Тане, попросил. — Пройдите в дом, Татьяна Сергеевна. Мы с Алексеем немного поговорим.
Она послушалась, но зайдя в дом, стала наблюдать через окно за мужчинами. Разговора не было слышно, зато было хорошо видно. Майя Николаевна с Валерией, сервируя стол в гостиной, удивленно посмотрели на хозяйку.
— Лёша, я тебя не искал — ты сам сюда припёрся. Надеюсь, что ты помнишь наш уговор?
— Помню, Евгений Юрьевич… Но решать уже не вам, и не мне.
— Мне насрать на твоих покровителей. Я могу предоставить им документы, обнажающие суть нашей сделки по фонду. Не думаю, что они будут в восторге.
— Не боитесь?..
— Кого? Тебя — нет. А вот тебе стоит бояться, не так ли? Не меня, я им фонд всё равно отдам, но что потом будет с тобой. Они знают про нашу сделку?
Алексей отвернулся. Сжал кулаки до хруста в костяшках.
— Что вы хотите, Евгений Юрьевич?
— Я уеду отсюда, а ты верши свои дела, как хочешь — фонд останется при тебе, но…
Алексей опешил. Резко повернулся к Евгению, удивленно вытаращил глаза.