Она — дракон. Огонь во власти льда (СИ)

— Ты что, обладаешь духом дракона? — едва слышно прошептала блондинка, а по ее щекам скатывались слезы.
— Удивлена? — и вопросительно вздернула бровь, ухмыльнувшись уголками губ. — Что-то ты уже не так сильно уверена в себе и своих желаниях стереть меня с лица земли…
Но мою речь прервал наглый и головокружительный поцелуй Морана. Сознание словно окатили ледяной водой, а огонь тушили огромные хлопья белого снега, падающего на голову где-то с высока. Мир завертелся в хороводе ярких вспышек, а пальцам пришлось разжаться под напором мужской ладони.
Подлая и мерзкая девицы получила такую желанную свободу и так быстро покидала столовую, что чуть не врезалась в появившихся профессоров. А меня заключили в сильные и леденящие объятья, поглощая огонь злости и жар ненависти. Жадные поцелуи унимали всю боль и возвращали трезвость ума, выбрасывая в реальность.
Ну что же, теперь вся академия убедилась в том, что я принадлежу этому дракону, или, что это он уже принадлежит мне. Пока что это было под вопросом, но совсем скоро мы получим все ответы. Ну а во-вторых, я раскрыла себя, и теперь будет очень сложно как-то выкрутиться или оправдаться. Или же Моран придумает как спасти меня? Не знаю, но его искрящиеся красно-голубыми искорками глаза обещали безопасность.
Большой, но не очень веселой компанией, мы шагали в сторону местного деканата. Понятное дело, что профессора не собирались все это оставлять без разбирательств. Пока что я не была уверена, что они знали о моей истинной сущности. Слишком уж все были спокойны, и злились только из-за того, что я нарушила правило, напав на студентку и применив против нее свою магию.
Странно, почему никто не сказал, что Брина на меня напала первая? Ведь все прекрасно видели, что все это начала именно она, а не я. Но, судя по тому, как многие из тех, кто был ближе всего смотрели на меня, я вообще удивлена, как они дышать смогли, пребывая в таком страхе.
Вот только до сих пор не понимала, почему весь этот мир так боялся девушек, которые обладали духами дракона? Я ведь и правда не стремлюсь в кресло правления, оно мне триста и один год не нужно. Я просто хочу быть свободной и жить той жизнью, которую выберу для себя сама.
Но нет, они из года в год, из столетия в тысячелетия твердят, что такие, как я, самые опасные жители мира. Что нас нужно уничтожать с рождения, что мы не имеем право на существование. А потом удивляются, откуда в нас к ним ненависть?
Возможно, если бы я жила и выросла в этом мире, то испытывала бы такую же гнетущую и пожирающую ненависть и злость, как Эштон. И я сейчас его даже не оправдываю, а просто, кажется, начала понимать. Ведь когда от тебя осознанно отказывается отец, а потом еще и брат, это как-то не особо поселяет в сердце доброту.
— Осторожно, — вырвал меня из раздумий Моран, обняв и прижав к себе.
Оказывается, я так задумалась, что даже не заметила перед собой стену, в которую чуть не врезалась носом. Мы как раз остановились у дверей деканата, за которыми слышались настолько громкие споры, что даже ведущий нас профессор мялся, стоит ли туда входить или лучше собраться позже.
— Я сказал свое слово! — завопил кто-то, и дверь деканата распахнулась так внезапно, что стоящий рядом с ней мужчина чуть не получил ею по лбу.
Высокий незнакомец с белыми волосами, заплетенными в косу, вышел с гордо поднятой головой. Сначала одарил высокомерным и рассерженным взглядом всех нас, и остановился на Моране. Но сверлил его своими глазищами недолго. Фыркнул явно чем-то недовольный, и задрав нос выше лба, ушел в неизвестном направлении, скрывшись за первым поворотом.
— Это отец Брины, — тут же пояснил дракон, не выпуская меня из объятий. — Кажется, ему наконец-то сообщили, что я разрываю с его дочерью какие-либо отношения, — и улыбнувшись, посмотрел мне в глаза.
— Из-за меня? — вопрос вырвался сам по себе, даже раньше, чем я это осознала. А потом быстро прикусила язык, чтобы еще чего-нибудь не ляпнуть, за что станет стыдно.
— Из-за тебя, — тихо ответил Моран, а потом добавил более громче и очень уверено. — Теперь вся академия знает, что ты моя девушка. Я поцеловал тебя при всех, чем и заявил, что теперь ты принадлежишь только мне. И никакие Эштоны больше не станут тебе докучать. Да и студентки, которым что-то могла наговорить Брина. Ну а если кто-то и рискнет тебе навредить, то наказание не заставит себя ждать.
 
— Ты что, влюблен в Анфису? — удивлено и не веря собственным ушам, поинтересовалась Лори.
— У нас это с ней взаимно, так что… — как-то слишком радостно начал отвечать парень.
— С чего это ты вдруг сделал такие выводы? — тут же возмутилась я и даже попыталась высвободиться, но куда уж там.
— Если бы ты меня не любила, то не давала бы себя целовать, — и засмеялся. Но едва я хотела ответить возмущениями, снова накрыл мои губы жадным поцелуем. А я даже забыла, что нужно сопротивляться, протестовать, и показывать, что Моран не прав в своих мыслях. Но разве можно соврать самой себе?
— Фэ, — Харпер не стала сдерживаться. — Мы вам тут случайно не мешаем?
— Хватит, заходите, — напомнил о себе профессор, и мы всей компанией вошли в кабинет.
Здесь было четыре профессора и даже директор. Скорее всего, у них тут был очень серьезный разговор или даже разбор полетов. И причиной всех этих злых физиономий был именно дракон, стоящий и все еще обнимающий меня.
Я снова попыталась высвободиться, но Моран меня не отпустил, всего лишь немного ослабив хватку. Где-то внутри чувствовала, что грядущих разборок не миновать. Но пока что я не понимала только одного — они знают кто я или пока что нет?
— А мы как раз хотели поговорить с вами, — вышел вперед все еще злющий директор, сверля нас взглядом.
— Я не изменю своего решения, это окончательный ответ, можете зря даже не стараться, — сразу же ответил ему парень. — Мой выбор уже сделан, и он стоит рядом со мной, — и замолчал, смотря на стоящего перед собой мужчину.
— Но как будущий правитель страны драконов, являясь самым сильным среди своих собратьев, может жениться на слабачке первого ранга? Ваши наследники должны получить могущество, а не уничтожать собственный род отсутствием магии. Жители Ривериана не примут такого союза, никто не примет, ни мы, ни ваши родители. Связывая себя с такой, как она, вы никогда не получите кресло правления, даже будучи сильнейшим…
— Директор, тут такое дело… — немного дрожащим голосом заговорил профессор, который привел нас сюда.
— Анфиса обладает седьмым рангов магии, она обладательница духа дракона, — слова Морана прозвучали как гром среди ясного неба. Я всего лишь посмотрела на него округлившимися глазами, не понимая, для чего он это сделал.
— Это правда? Такого не может быть! Зовите охрану! — профессора подскакивали со своих мест, реагируя на новость так, словно им только что сообщили о самом опасном нападении на академию.
— Эта девушка принадлежит мне! — уже полон серьезности и уверенности сообщил парень. — На Анфисе стоит моя печать собственности, так что по магическим законам, мы уже обручены. И ни она, ни я, не собираемся разрывать эту связь. Магия и могущество этой девушки под моим личным контролем, и поверьте, ничего в ней опасного не ощущается. А вот Эштон уже давно излучает нечто темное и гнетущее. Может быть, стоит присмотреться именно к нему? — было так приятно, что Моран заступился за меня, сразу расставляя все по своим местам.
— Но наличие девушки, носительницы духа дракона, запрещено многими законами и правилами. Мы попросту не можем допустить ее пребывание в академии, — никак не унимался директор.
— То есть, вы не доверяете мне, и сомневаетесь в моем могуществе? Может быть, сама по себе Анфиса и опасна, обладая великой силой. Но сейчас эту девушку сковывают древние руны, делающие ее всецело моей. Она попросту не сможет что-то сделать или кому-то навредить.
— Значит, вы берете всю ответственность за нее на себя? — тут же подошел к нам замдиректора, сложив руки на груди.