Она — дракон. Огонь во власти льда (СИ)

Ведь он сказал, что хочет, чтобы я жила, и чтобы была рядом с ним. А если захочу уйти, тогда получу свободу и меня никто не станет останавливать. А еще, если я не буду трусихой, и покажу всему миру свою доброту, и полное отсутствие враждебного настроя против драконов, гонения прекратятся. Я смогу обезопасить не только свою жизнь, но и будущих девочек, рожденных с духами драконов.
— Фиса, мы должны бороться, ты должна противостоять ему… — пробилась словно издалека Суель.
Вот только как бороться? Как унять этот дикий ужас и страх? Но потом ответ пришел сам собой. Если сопротивляться, становлюсь слабой, это как угодить в трясину. Чем больше пытаешься выбраться, тем сильнее она тебя затягивает.
Я просто успокоилась, смотря холодным и равнодушным взглядом в глаза нависающего надомною парня. Его магия почему-то медленно, но все же развеивалась, растворялась, исчезала. Лицо Эштона перекосилось от злости, его явно что-то не устраивало и планы начали рушиться.
И только сейчас до меня дошло, что если во мне находится часть его души, тогда вся эта тьма должна быть подвластна и мне. Верно? А так как я обладаю силой лишать других магии, значит вполне могу представлять опасность и для этого дракона. Но понимает ли он это? И как себя поведет, когда осознает такой факт?
Но последующие мысли были прерваны очередным жадным и настойчивым поцелуем. Вместе с ним в мою душу проникала его тьма, его злость, и эти ядовитые обиды, из-за которых словно что-то разъедало изнутри. Я продолжала смотреть в его черные глаза, пока сама не оказалась в сплошной темноте. А потом словно в убыстренной сьемке увидела то самое прошло, которого меня лишили.
Родители, замок, магический мир, красивый дом, волшебство магии… Улыбки, радость, игрушки, вкусности, магические животные, драконы… Моя магия, огонь в руках, несколько случайных поджогов… Меня поили разными отварами, обвешивали артефактами, но магия все равно вырывалась наружу.
А потом в какой-то момент я увидела их, Эштона и Морана, маленькими. Оказывается, еще тогда я общалась что с одним, что с другим. И когда произошло то самое нападение, я почему-то была уверена, что вина лежит на плечах именно Морана. А вот его сводный и неугодный брат спас меня, уводя из полыхающего дома к порталу.
И почему-то никак не исчезал этот его взгляд голубых глаз. Словно я его предала, словно я сделала неправильный выбор. Но, как бы не было грустно, сама и должна была это осознать, пройдя через боль, обиды и предательство. Ведь рано или поздно, правда все равно вылезает наружу, от этого никуда не деться.
Сознание начало возвращаться из-за того, что яркие лучики солнца светили прямо в лицо. Сначала я перевернулась на другой бок, пытаясь скрыться от света и еще немного поспать. Но когда на мгновение приоткрыла глаза, то ужаснулась, как никогда ранее.
Прямо передо мной лежал Эштон, повернутый ко мне лицом, но вроде как спящий. Сначала я хотела врезать ему кулаком прямо по этому симпатичному, но подлому лицу. Вот только трезвость разума быстро вернулась ко мне, и я просто решила воспользоваться этим моментом, чтобы попытаться убежать.
За несколько мгновений весь пережитый ужас вернулся. А ведь я так надеялась, что произошедшее было всего лишь сном, страшным кошмаром, который исчезает по утру. Но куда уж там, когда решается столько всего в этом мире и сотни, а то и тысячи судеб.
Осторожно, стараясь даже не дышать, медленно поднималась с кровати, смотря то на Эштона, то на единственную дверь, ведущую на улицу. Даже несмотря на то, что он вчера говорил, будто нас скрывает по всему периметру этого дома магия. Я очень надеялась на то, что он и здесь немного преувеличил. И я все же смогу сбежать. Главное, как можно быстрее выбраться из этих четырех стен, а дальше я призову свою магию.
Кажется, пришло время, чтобы совершить первый полет вместе со своим драконом. Пробудить бы ее из того заключения, в который ее погрузил этот сумасшедший парень. А ведь сначала он мне даже понравился, и я задумывалась о возможных отношениях. Но как же мы ошибаемся при первых впечатлениях. Нужно научиться лучше разбираться в людях, и доверять своим ощущениям, а также интуиции.
 
Ну вот, я удачно села на краю кровати, даже ноги коснулись земли. Осталось только подняться и так же тихонько добраться до двери. Но когда решила, что уже наполовину свободна, горячая ладонь схватила меня за руку и резким движением вернула на кровать.
Эштон смотрел на меня своими темнеющими от ненависти глазами, молчал, но как много было сказано в этом злостном взгляде. Его пальцы сжимали мое запястье все сильнее, и это пугало. Появилась мысль, что сама тьма управляет этим драконом. Вынуждая вредить всем вокруг, чтобы погрузить весь мир в разруху и ненависть друг к другу.
— Отпусти, мне же больно, — прошипела сквозь зубы, пытаясь высвободиться.
— Еще раз попытаешься сбежать, я тебя свяжу, или вообще сделаю так, чтобы ты пребывала в сладком забвении до нужного момента. Поняла? — хватка хоть и ослабла, но меня пока что не отпускали.
— До какого еще момента? — а ведь я думала, что он еще вчера что-то сделал со мной.
— До сегодняшнего полнолуния, того самого, когда впервые проявилась твоя магия. Когда луна окрашивается в кроваво-красный цвет, а темная магия набирает свое могущество. Этой ночью я сделаю тебя своей, сорву все печати Морана, и разорву все возможные связи. Ты получишь свою свободу всего на мгновение, а потом будешь принадлежать только мне. И поверь, нас точно никто не сможет разлучить, и ты будешь принадлежать мне до конца своих дней. А вот какой именно будет твоя дальнейшая жизнь, зависит от тебя самой. Будешь послушной и покладистой, сможешь жить в роскоши и богатстве. А если продолжишь противиться, тогда я усмирю твое сознание ментальной магией.
— Ты и правда думаешь, что я сдамся, и буду добровольно тебе подчиняться? — даже смешно стало от его такой наивности.
— Тогда у меня нет другого выбора, — Эштон схватил меня и снова впился в губы таким жадным поцелуем, что голова закружилась.
По всему телу растекался леденящий холод и что-то такое магически тяжелое, что даже пошевелиться было сложно. Меня словно заполнили свинцом, обезоружили, обездвижили, сломали. Перед глазами на какой-то момент повисла пелена, но мир быстро вернул свое четкость. Вот только я стала совершенно другим человеком, хотя нет, не человеком, игрушкой в руках сумасшедшего кукловода.
— Теперь ты будешь слушаться и подчиняться мне? — его голос звучал, как будто из глубины старого колодца. Но с такой силой, что даже на мозги давило. И как бы я не хотела послать его куда подальше и как можно быстрее, выдала следующее.
— Да, мой господин, — по щенкам хоть и побежали слезы, но Эштон улыбался своей победе.
Умом ведь я понимала, что должна сопротивляться и бороться, но его магия оказалась куда сильнее меня. Особенно здесь, под куполом, где вся моя сила каким-то волшебным образом оказалась скованная. Но пока что меня радовало одно, что мы связаны одним могуществом. Просто нужно найти способ, как яд сделать противоядием.
Остаток дня прошел довольно странно и непривычно. Я наблюдала за всем, что происходило в этих четырех стенах. Следила за действиями Эштона, слышала и осознавала все, что он говорил. Но не могла ни ответить, ни что-либо сделать.
Мне даже не удавалось пошевелить пальцами, настолько сильно его магия сковала все мое тело. Впервые в жизни я поняла, что значит быть парализованной. Было очень страшно, но я улыбалась, потому что парень так пожелал. Интересно, как при этом выглядело мое лицо. Как в ужастике? Или улыбка была естественной?
Где сейчас Моран? Что делает и что чувствует? Связь с ним оборвалась, как будто ее никогда и не было. Смогу ли я выкрутиться на этот раз, или же проиграю, окунувшись в самую настоящую тьму и горечь? И почему эта же магия не желает подчиняться мне, если мы с ней родственные? Или же это я плохо стараюсь?
— Знаешь, а ведь в темной магии довольно много плюсов, даже несмотря на то, что в конце придется заплатить практический собственной кровью, — внезапно заговорил Эштон, мешая что-то в деревянной посудине. — Хорошо, можешь говорить все, что и как думаешь сама. А то эти фразы, как от бездушной куклы, меня уже бесят, — видимо Кебри говорила правду. Достать можно любого, и самого серьезного парня, и самого темного дракона.