Дочь вне миров (ЛП)

Просто от того, что я услышала, как мои худшие страхи сгустились в слова, у меня подступил ком к горлу.
— Я знаю.
И я знала. Я знала, что маловероятно, что Серел выжил. Я знала, насколько хрупкой была его плоть, как легко было бы одному мальчику-рабу быть убитым из-за жестокости, злого умысла или простой небрежности треллианских лордов.
— Но дело не только в нем, — прошептала я. — Их так много.
Потому что, в конце концов, ради меня уже были принесены такие тяжелые жертвы. Как я могла их не вернуть? Как я могла остановиться на чем-то, что могло бы когда-нибудь отплатить им? Это было все, чего я стоила. Даже несмотря на то, что та часть меня, что скрывалась под всем этим — та часть меня, что прошлой ночью стояла у стены, утопая в ощущении дыхания Макса, — не хотела ничего, кроме этого.
Мы долго смотрели друг на друга.
— Тисана, пожалуйста, — сказал он наконец. — Обещай мне.
Я высвободила свои пальцы из его, затем положила руки по обе стороны от его лица. Я упивалась его чертами. Затем я притянула его лицо к себе и прижалась губами к его лбу. Медленно вдохнула его запах пепла и сирени, смакуя его. И на выдохе я прошептала ему в кожу:
— Я обещаю тебе, что со мной все будет в порядке.
Я отвернулась, прежде чем он успел что-то сказать, и не оглядывалась, пока поднималась по ступенькам ко входу в Башню. Только когда я открыла эти тяжелые двери, я бросила последний взгляд через плечо и увидела, что Макс все еще стоит там и смотрит, как я ухожу.
Я подняла ладонь, но он не ответил. И когда я обхватила трясущимися руками ручку, чтобы закрыть за собой дверь, я подумала, не совершила ли я только что самую большую ошибку в своей жизни.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Каждая вещь в офисе Зерита выглядела слишком дорогой, чтобы ее трогать. Он был большим, просторным и тщательно оформленным: мебель с платиновыми вставками, развевающиеся белые шифоновые занавески, красивые классические пейзажные картины, цепляющиеся за изогнутые стены. Комната была ближе к размеру квартиры, чем типичный офис. Половина стены представляла собой сплошной массив окон, из которых с поистине головокружительной высоты открывался вид на мили и мили бушующего моря. Офис Зерита располагался на втором этаже Ордена Полуночи. На верхнем этаже, как он дружелюбно сказал мне, когда мы поднимались, он жил.
Теперь я сидела в маленьком белом бархатном кресле перед столом из мрамора и красного дерева. Зерит устроился в своем кресле, откинулся на спинку кресла и уперся пятками в край стола, глядя на меня с неизменной улыбкой.
Нура стояла перед окном, спина прямая, руки сцеплены за спиной. Когда Зерит предложила ей сесть, она лишь покачала головой. Он пожал плечами и почти закатил глаза.
— Итак, — сказал он мне. — Тисана. Спасибо, что присоединилась к нам.
Мои пальцы были переплетены передо мной, давление замедляло сердцебиение, которое грозило учащенным учащением. Я тщательно охраняла свои ментальные барьеры — мне не нужно было, чтобы Зерит или Нура знали, как я нервничаю, особенно когда я все еще не могла выкинуть лицо Макса из головы, звук его голоса, умоляющего меня уйти, все еще эхом отдавался в моей голове. В моих ушах.
— Мы здесь, чтобы обсудить мои оценки, да? — Я сказала.
— Да. — Зерит спустил ноги со стола и наклонился вперед, ухмыляясь еще шире. — Ну, ты прошла! Поздравляю.
Я ждала большего. Больше он ничего не сказал. Нура вышагивала за ним длинными, медленными шагами.
— Это замечательно, — сказала я, наконец, категорически.
— Ты довольна собой?
— Да. Но меня больше интересует, что будет дальше.
Нура продолжала ходить.
Зерит выглядел довольным этим ответом.
— Конечно. Вот почему мы позвали тебя встретиться с нами здесь сегодня, в конце концов… — На полуслове он резко повернул голову, чтобы метнуть на Нуру острый взгляд. — Тебе обязательно так маяться?
 
— Я не маюсь, — парировала Нура, нависая над плечом Зерита.
— Ты сегодня вспыльчивая. Нервная энергия? — Он указал на пустой стул рядом со мной. — Присаживайся. Расслабься.
— Я лучше постою.
Нить моего терпения становилась все туже и туже.
— Что мы здесь обсуждаем? — Я вмешалась.
Зерит снова повернулся ко мне. Удивительно, как быстро и плавно изменилось выражение его лица, как исчезло бескомпромиссное разочарование.
— Это еще не общеизвестно, но рано утром мы получили очень тревожные новости. Нашей королеве Сесри пришлось лишить власти еще одну вероломную дворянскую семью. На этот раз это был Райвенай. В результате перестрелки погибло около двухсот солдат и мирных жителей.
Боги! Двести.
— С обеих сторон были задействованы Владельцы, — добавила Нура.
— И дальше будет только хуже, — сказал Зерит. — Возмездие будет. И стало ясно, что гораздо более крупное восстание против королевы Сесри…
— Гражданская война — это неизбежность, — вмешалась Нура. — Мы стоим на пороге войны, которая может быть такой же смертоносной, как…
Зерит снова повернул шею, и его самообладание рухнуло.
— Опять же, маешься. И перебиваешь.
— Опять же, я не маюсь.
— Сядь.
Губы Нуры дернулись в усмешке.
— Я не ребенок.
— Нет, но ты моя подчиненная. — Зерит щелкнул пальцем, и другой стул заскрипел по кафельному полу, словно его резко дернула невидимая рука. — Сядь.
Нура тяжело упала на сиденье, выражение ее лица было ледяным.
Я сидела неподвижно, стараясь не реагировать заметно. Я задавалась вопросом, было ли это шоу для моей пользы.
Нура откашлялась, все еще глядя на Зерита.
— Как я уже говорил… мы наблюдаем ситуацию, которая может быть такой же смертельной, как последняя Ривенайская война.
— Нура и я оба воевали на той войне. Ни одному из нас не суждено вновь пережить то, что мы видели или пережили. — Резкость в голосе Зерита исчезла так же быстро, как и появилась. — Я уверен, что Максантарий выражал бы подобные чувства.
Мне даже не понравилось, как имя Макса звучало в устах Зерита.
— Это ужасно. Но я не понимаю, как это касается меня.
Зерит наклонился вперед, ухмыляясь.
— Я же сказал, что мы тебя проверяем.
— Для вступления в Ордены. — Мне приходилось бороться, чтобы сохранить уровень голоса.
— Для чего-то большего.
Я думала о вещах, которые раньше никогда не имели смысла. Их настойчивость в том, чтобы я двинулся на Таирн. Надрезы, через которые Уилла взяла мою кровь. Необычайный интерес Нуры ко мне. Мои странные оценки.
Но я не позволила своему выражению лица измениться.
— Тогда для чего?
Нура и Зерит переглянулись. Улыбка замерла в глазах Зерита, даже когда она прилипла к его губам.
— Чтобы владеть оружием, — сказала Нура.
И когда Зерит снова повернулся ко мне, эта улыбка вернулась во всей своей ослепительной силе, свет блестел на его зубах.
— Быть оружием, — поправил он. — Оружием, достаточно мощным, чтобы спасти и нашу страну, и твою.
Я только моргнула.
У меня было так много вопросов. Они танцевали перед моим лицом в такой трясине, что я не могла сомкнуть пальцев вокруг одного.
Я решила:
— Что за оружие?
— Это форма чистой магии, — ответила Нура. — Это во много раз мощнее, чем любая природная сила любого Владельца, который ходит по Ара или за его пределами. Даже соперничая с силой вымерших фейри.
— Достаточно мощная, — добавил Зерит, — чтобы закончить войну до того, как она начнется. Без него Великая Ривенайская война продолжалась бы намного дольше и кровавее, чем она была.
— Быть оружием? — повторила я.
Конечно, я неправильно поняла это, не так ли?
— Да. Это станет частью тебя. — Зерит сказал это так небрежно, как будто мы обсуждали погоду. — Точно так же, как твоя собственная магия течет по твоим венам. Но… больше.